Легенды Horde Malleus

[WARG]

Призрак демона.

Воин – дварф набил наконец свою трубку самым крепким табаком со смесью курительного горного мха и закурил, отложив обоюдоострую секиру по - дальше. Пламя костра освещало достаточно большое пространство, и всем путникам было хоть и несколько неприятно, но зато тепло и безопасно. Хищники Stragelthorn Vale не тронут остановившихся в джунглях путников, огонь отпугивал их, а если и находились те, кто по – смелее, то путники запросто справлялись с такими вот смельчаками среди зверей. Конечно существовала вероятность нападения диких троллей, но свет огня освещал местность, а верное оружие было у каждого под рукой, да и к тому же те, кто сейчас остановился на ночлег прямо посреди джунглей, были далеко не неопытными юнцами. Среди сидевших у костра было две девушки – ночных эльфийки. Одна, по имени Тильнара была охотницей и подле ее ног мурлыкала большая черная пантера, которую она приручила еще в самый первый раз, когда оказалась тут, в Stragelthorn Vale. Другая, не менее красивая эльфийка по имени Азинирия, была друидом. Посох с листьями каких-то неведомых деревьев лежал у нее на прекрасных ножках. Эльфийка тихо играла на небольшой деревянной флейте.
- Эдвин! Кинь мне флягу с элем! – Крикнул чернобородый дварф, отрываясь от трубки. Тот, к кому он обратился был человек лет двадцати – восьми, с небритым лицом и длинными светлыми волосами. Подле него лежал его двуручный молот а сбоку, на позолоченной цепи висела книга-молитвенник. Паладин. Человек пошарил рукой слева от себя и, нащупав флягу, кинул ее воину. Дварф с легкостью поймал флягу, отхлебнул, причмокнул, и снова вдохнул табачный дым.
- Гилт, от тебя дыма больше чем от костра! – сказала Тильнара и улыбнулась. Дварф раскраснелся и засмеялся в ответ.
- Хехехе, моя леди, у нас в Iron Forge мы частенько устраиваем соревнования, кто больше надымит! Угадай, кто чаще всех побеждает?! – и дварф подмигнул эльфийке. Та лишь покачала головой и еще раз улыбнулась.
- А я пожалуй выпью–ка сока! – заявил высокий худощавый человек – маг в сине –сиреневой робе, и открыл флягу с соком.
- Сильтэрн, потом мне передай, я от сока тоже не откажусь – маленький гном в инженерных очках улыбнулся. За поясом у гнома висели два острых кинжала, а на других ремнях висели ассасинские яды, и всякие мелкие инженерные безделушки.
- Хех, бери – сказал маг и крупная фляжка с соком медленно и плавно полетела по воздуху к роге – гному.
- Вот вы маги, все балуетесь. А я вот не доверяю магии, мне по душе мой малыш. – и дварф – воин погладил свою секиру.
- Магия – оружие искусных. – и худой Сильтрэн улыбнулся. В свете костра блеснули безупречные белые зубы. Дварф только хмыкнул и на лице у него читалась легкая тень призрения.
- А вы слышали историю, которые рассказывают сейчас про джунгли Stragelthorn Vale? – спросил дварф, выдыхая сизый дым.
- Какую конкретно, тут столько историй о джунглях ходит, что уже даже скучно становится – зевнул паладин и отломил ломоть белого ароматного хлеба.
- Новую историю, тьма побери! Не ужели я стал бы рассказывать старые всем известные предания?!. – Дварф громко хмыкнул и успокоился. – Ходят слухи о Тихой Смерти, затаившейся в джунглях. Не один раз были случаи нападения некоего существа, говорят, что это призрак некоего друида – таурена, он нападает бесшумно, в облике громадного льва с рогами, из ничего, из пустого места появляется он и с одного – двух ударов несет смерть тому, кого встретит.
- Ну, это очередные выдумки молодежи. Убил кого-нибудь таурен друид, ну убил нескольких, молодые вот и распустили слух, смешно даже. – Эдвин глотнул эля из своей фляги. – Чепуха, друид – призрак, убивающий любого, кого встретит. Ну – ну. Знаешь, я таких «призраков» через день встречаю – и все от меня ноги уносят – хохотнул паладин.
- Глупец, это не выдумки! – дварф начал выходить из себя. – Мой двоюродный брат погиб тут на прошлой неделе! А он был гораздо опытнее чем я! С ним был спутник – человек – прист, тот еле-еле успел добежать до лагеря, весь в кровавых ранах. И знаешь что, он бы мог сказать точно, что сделал это какой-нибудь друид рогатый или кошка дикая. Я тебе скажу, что этот прист никогда дураком не был!!! И не стал бы чепуху молоть просто так, от нечего делать! Он тоже старше всех нас, и не раз убивал вражеских друидов, а тут другое дело! – Гилт начал злиться и раздражался все больше.
- Ну ладно – ладно, в конце всего это лишь история, слухи… Я все равно не верю, Гилт, можешь хоть меня в капусту порубить своей секирой.
- И порублю! – рявкнул дварф поднимаясь, и при нем уже была его секира. Паладин тоже встал на ноги и теперь уже не шутил. Боевой молот угрожающе смотрел на дварфа своей смертоносной макушкой.
- У ну прекратите! – Крикнула эльфийка – друид Азинирия, и рядом с ней вырос маг, а охотница как бы между тем поднялась и погладила шерстку пантеры, которая всем своим видом показывала, что она в любую минуту может напасть на любого из драчунов.
- Упокоились, оба! – сказала эльфийка – друид. Гном встал между спорящими и дружественно покачал головой. Эдвин и Гилт вроде успокоились. Паладин сел на место, а дварф, ругаясь в пол голоса, отошел от костра и направился из освещенного места в заросли, чтобы справить нужду.
«Идиот, думает я шучу!» - подумал дварф, и в тот самый миг, когда уже застегнул застежку передней пластины на поножах, услышал крик. В мгновение ока дварф бросился к лагерю.
- Святой горн Великой Кузницы… - прошептал воин. Перед ним на поляне лежали истерзанные трупы его друзей. Они не успели даже ничего сделать. Мага так и убили, пока он сидел, оперевшись на походный рюкзак. У него не было головы, видимо нечто оторвало голову одним ударом, и теперь фонтан крови забрызгивал все вокруг. Капли попадали в костер и шипели. Дварф еще крепче сжал рукоять секиры, по лбу струйками сбегал пот. Никогда в жизни Гилт никого не боялся, но сейчас противник был неведом и гораздо превосходил всех тех, с кем дварф сражался в своей жизни.
Тело гнома было перекушено пополам, очки валялись у костра а в глазах гнома застыл неподдельный ужас. Эдвин пал с оружие в руках, он все таки успел видимо вскочить, когда смерть настигла его. Кольчуга паладина была вспорота и из живота причудливым занавесом висели кровоточащие внутренности.
Обе эльфийки лежали рядом. У одной был след от укуса громадных зубов на горле, вторая лежала на боку, в животе были две здоровые дыры, из которых текла кровь. Подле ее ног лежала пантера, с оторванной головой.
Тильнара чуть пошевелилась.
- Жива! – крикнул дварф, и не выпуская из рук секиру склонился над эльфийкой. Из прекрасных глаз красавицы текли слезы. Внезапно глаза стали еще больше и в них читался ужас.
Гилт не узнал, выжила ли эльфийка или нет, сначала он почувствовал жар, будто инфернальный голем засунул ему в глотку свою громадную пылающую лапу. Еще мгновение, и тут же послышался звук рвущегося пластинчатого доспеха, и ненадолго отстала дикая боль, дварф перекатился на спину и потерял сознание. Последним, что он видел – были пылающие глаза призрака – друида. Несомненно, когда-то эта тварь была тауреном друидом, но то кем стала сейчас, нельзя назвать никак иначе как одним словом – демон.

- Он в бреду. – тихо ответил на молчаливый вопрос доктора Фьюджи подмастерье Селентус, - Ему сильно досталось, если бы не отличное дварфское качество его доспехов – он был бы мертв, как все остальные.
Хорошо, что раненого дварфа вовремя доставили в лагерь на севере Stragelthorn Vale, иначе сейчас бы его тело было уже в земле, как тела его приятелей.
- Что он говорит? – просила доктор и строго глянула на Селентуса. Человек пожал плечами и тихо сказал:
- Он все время повторяет одну фразу «Призрак демона»…

Gips отбивался сразу от четырех напавших на него врагов. Человек – рога ловко уворачивался от атак громадного меча, двое паладинов наседали с левого фланга и еще этот проклятый эльф – друид пытался все время заплести его в корни или ударить лучом лунного света. Быстрый взмах меча, скольжение, еще взмах, тычок, и вот, наконец, меч пропорол насквозь неуемного рогу, но как раз в этот момент булава одного из паладинов с силой опустилось на плечо таурена. Левая рука мгновенно отозвалась болью и кисть само собой разжала хватку. Меч стало гораздо тяжелее держать, и паладины усилии натиск, а раны на них заживали под действием заклинаний чертова друида.
- НУ ЖЕ ТВАРИ! СРАЖАЙТЕСЬ КАК ПОДОБАЕТ ВОИНАМ!!! – рявкнул Gips и взмахнул двуручным мечем, который теперь держал только правой рукой. Шит того паладина, который был с мечем, разлетелся на два больших куска, а смертоносный меч едва не отрубил держащую его руку, но опять чертов друид призвал на помощь целительные силы и паладин тут же ретировался.
«Проклятье, я погибну так или иначе и Stragelthorn Vale будет мне могилой, но я унесу с собой как минимум еще одну жизнь!» - зло подумал воин – таурен, и предпринял последний маневр. Резко крутанувшись на месте, таурен разорвал дистанцию с паладинами и метнул меч в друида. Подобно копью из баллисты, меч насадил ночного эльфа и по инерции опрокинул вниз.
Gips рассмеялся и ударил себя латной рукавицей в грудь! Это будет славная смерть! Воин кинулся в рукопашный бой, но вооруженные и одетые в пластинчатые доспехи паладины не были вскружены грядущей победой. Молниеносный удар булавы и могучий таурен осел на одно колено.
- СУКИНЫ ДЕТИ, НУ ПРИКОНЧИТЕ ЖЕ МЕНЯ, СЛАБАКИ! - взревел таурен. И тут его глаза округлились. Бесшумно, позади паладинов появилось нечто. Полупрозрачный призрак громадного рогатого льва с демоническими пылающими глазами. Поразительно знакомыми глазами…
Мощные когти порвали броню паладина с мечем словно она была сделана из бумаги. Ноги врага подкосились и захлебываясь кровью, враг повалился на землю. Второй паладин растерялся, и этого хватило стоящему на одном колене таурену, чтобы в рывке с одной ноги свалить паладина на землю. Тяжесть и импульс навалившегося таурена, вкупе с тяжестью собственных пластинчатых доспехов, лишили человека равновесия. Паладин упал на землю, булава и щит вывалились из рук, а шлем уже отлетел в сторону, сорванный могучим тауреном. Кости паладина трещали, сидевший на нем таурен изо всех сил принялся колошматить человека кулаками по лицу, после первого удара, паладин попытался взбрыкнуть и освободится от навалившегося таурена, но уже после второго поцелуя с кулаком в латной рукавице потерял сознание. А таурен все бил и бил, пока на месте головы не оказалась отвратительная лужа из крови, мозгов и обломков костей черепа.
Таурен поднял голову, но никого уже не было. Gips откатился от тела паладина и сел, прислонившись к стволу громадного дерева. Он было даже подумал, что ему померещился странный дух, но тело первого паладина красноречиво говорило, что некто помог таурену в этой, казалось бы, безвыигрышной битве. И этот призрак смутно напоминал Gips’у кого-то… Внезапная догадка заставила опытного, и прошедшего тысячу битв воина вздрогнуть.
- Вот значит как… Даже после смерти ты сеешь смерть, капеллан… - тихо пробормотал таурен и принялся перевязывать раны.

[WARG]

Слеза Колдуна.

_Андэд варлок медленно шел по туманной долине. Ни солнца, ни луны в небе не было. Да и было ли само небо? Мириады легких проблесков в вихре серых, слегка отливающих алым облаков. Шаг, еще один, мысли носятся в голове, точно конница рыцарей Альянса.
_«Куда я иду? Зачем вообще я делаю над собой усилие шагать? Я умер второй раз?» - Alessandro остановился. Туман вокруг стал еще гуще, казалось, что это не испарившаяся влага, а единое живое существо, которое извивалось причудливыми кольцами, принимая гротескные, не поддающиеся описанию, формы. Колдун вновь зашагал, опираясь на посох, который заканчивался бледновато зеленым искрящимся камнем. Трофей из Монастыря, ничего особенного.
_В мгновение ока туман рассеялся, и колдун-нежить оказался на вполне нормальной едва заметной тропе. Густая трава по обе стороны от тропы, громадные деревья, какие можно встретить только в Фераласе или Фелвуде, но совершенно незнакомые; птицы, с кроваво красным оперением и с полупрозрачными телами порхали с ветки на ветку; все здесь было каким-то сонным, непонятным, застывшим, одиноким…
_«Я опять в трансе? А может наркотик убил меня окончательно, и теперь я в мире грез?» Alessandro огляделся, позади дорога и сам лес растворялись в призрачной голубоватой дымке, как бы давая понять, что назад пути нет, прошлое ушло, и его не вернуть. Впереди тропа виляла и шла на подъем, и лес заметно редел, но по-прежнему не было ни солнца, ни луны, а небо было спокойного серовато – белого оттенка, алого отсвета не было, и в воздухе пахло дождем.
_Наконец лес расступился, открыв взору колдуна холмистые долины, поросшие высокой травой. Кое-где в низинах оврагов были небольшие озера, именно не болота, укрытые, как обычно, камышом и осокой, грязные и вонючие, а кристально чистые озера, многие из них тянулись на долгие лиги.
_Редкие деревья росли на вершинах холмов, позади темнел застывший в голубоватой дымке причудливый лес. Не было ни ветерка, все было каким-то сонным, вялым, как будто неведомый чародей наложил на это прекрасное место сонные чары.
_А тропа поднималась на вершины холмов и спускалась к живописным берегам озер, Alessandro шел, не зная усталости, пока впереди не показался одинокий дом, ветряная мельница и распаханное небольшое поле.
_«Живые? В этом странном месте кто-то живет?» - варлок удивился и лишь ускорил шаг, сейчас ему было плевать, кто живет в этом доме, и что с ним сделает хозяин.
_Дом стоял на вершине холма, рядом стояла ветряная мельница, ее крылья медленно, но словно по команде мерно вращались, слегка поскрипывая, но самое поразительное было то, что ветра не было. Во дворе дома рос большой дуб, к ветке которого были прикреплены качели. С веселым смехом на качелях качался светловолосый мальчик, а рядом на траве сидела маленькая девочка и играла с куклами. Возле мельницы появились еще два человека – высокий стройный мужчина, который нес на плечах мешок с мукой и юноша, с длинными слегка рыжеватыми светлыми волосами, который катил небольшую тележку, нагруженную разнообразным инвентарем, помогая отцу.
- Кнейл, поставь ее у сарая – обратился отец к сыну, занося мешок в амбар – небольшую пристройку к дому.
- Алессандро, Эйвелинн идите, обед уже готов. Селениусс, Кнейл вас это тоже касается. – из окна высунулась красивая женщина, с глазами цвета самого яркого изумруда.
_«Этого не может быть! ЭТО И ЕСТЬ МОЕ ПОСМЕРТИЕ?! Это невозможно» - колдун сделал шаг, потом еще один, и прошел в открытую дверь.
_Семья сидела за столом, который ломился от всяческих яств, приятно пахло свежим хлебом и булками, в тарелках остывало жаркое, рядом стояли салатницы и два кувшина – судя по всему один с вином, второй с молоком.
-Алессандро, прекрати баловаться! – сделала замечание женщина, и непоседливый малец тут же затих, гладя на мать из-под пшеничного цвета челки.
_«Этого не может быть… За что мне это?!» - андэд сел на колени. Тут его явно никто не видел. Видимо, все это было лишь иллюзией. И тут Alessandro едва не вскочил с криком от удивления и страха. Из темных глазных отверстий в мертвом черепе, где когда-то давно были глаза, текла самая настоящая, живая и теплая... кровь! Неужели он плакал?!
_Это была его семья, мать Элиза, отец Селениусс, старший брат Кнейл и младшая сестричка Эйвелинн. Тут был и он сам…
_«Что это за место такое?! Я не помню, чтобы мы когда-то жили в таком вот доме, может это всего лишь мои мечты? А где Эмили, почему ее нет в моих мечтах?!» - колдун поднялся с колен, и уставился на маленького мальчика, который уже все съел из своей тарелки и торопливо выскочил из-за стола. Малец замер на некоторое время, глядя прямо на колдуна, и махнул рукой, делая жест следовать за ним.
_Alessandro был поражен; тот, кем он был в детстве звал его за собой, маленький мальчик похоже был единственным, кто видел его. Кутаясь в капюшон, чтобы скрыть уродства смерти, колдун вышел из дома и подошел к большому дубу, где его ждал светловолосый озорной мальчуган.
- Догоняй! – и малец кинулся бежать вниз по тропе с холма. Alessandro, поспешил за ним, но с каждым шагом мальчик все больше удалялся от него. Вот уже исчез в туманной дымке дом с мельницей, и лишь одна дорога, которая шла на подъем и вела… к замку?!
_Маленький Алессандро остановился и крикнул Alessandro - колдуну:
- Догоняй! Ты же всегда хотел быть лучшим!!! Не отставай!!! – и малец снова побежал, исчезая за воротами прекрасного замка.
_«Что это? Это моя мечта? Зачем он манит меня зайти в этот замок?» - но ноги сами несли варлока, и вот уже он оказался на главной площади, на которой не было никого. Тишина. Ни единого движения, ни дуновение ветра, ни звука…
_Замок ждал его, ворота, обрамленные фигурами рыцарей, были открыты, а мрак входа затягивал. Колдун вошел в замок и в центре зала увидел самого себя, того самого светловолосого мальчугана. Перед ним стоял человек в черном балахоне и протягивал ему что-то на цепочке.
_Молнией сверкнули воспоминания. Амулет путника!!! Тот самый, который ему давным давно отдал пришедший в их деревню путник – маг, который так и не показал своего лица, так и не снял капюшон балахона!
_Alessandro подошел ближе и услышал те самые слова, которые ему сказал незнакомец:
- Юный Алессандро, возьми этот амулет, именуемый Слезой Колдуна, и помни, он дарует могущество и силу, но взамен берет жизнь и разбивает надежды.
- Жизнь? – мальчик явно испугался.
- Ты ХОЧЕШЬ быть лучшим?! Не это ли твоя мечта? Возьми этот амулет, или откажись от мечтаний! – фигура в балахоне тряхнула рукой и амулет со странным голубовато-фиолетовым сделанным из драгоценного камня изображением разбитого, перемолотого и слепленного в единую фигуру черепа, обрамленный восемью серебряными стрелами, идущими по кругу, блеснул в свете горящих свеч.
- Да, я хочу стать лучшим. – твердо сказал мальчишка и в маленькую ладошку опустился таинственный артефакт. Фигура в балахоне кивнула и, сделав несколько шагов, скрылась в откуда ни возьмись появившемся тумане.
_Колдун смотрел на маленького мальчика, который держал в руке амулет, и чуть не вздрогнул, когда мальчишка повернулся и, уставившись на него, четко и громка спросил:
- НЕУЖЕЛИ ТЫ НЕ ХОЧЕШЬ БЫТЬ ЛУЧШИМ, ТЫ ЗАБЫЛ СВОИ МЕЧТЫ?
_Пол под ногами варлока в мгновение ока обрушился, и Alessandro камнем обрушился в кромешную тьму.

- Приходит в себя!!! – радостно прогремел Mazzila, склонившись над варлоком – нежитью. Послышались одобряющие крики. Тролль-знахарь кивнул и сказал:
- Колдуна можете забирать, магия вновь вернулась к нему, как и его жизненные силы. Этот же пока останется здесь. –и он указал на так и не пришедшего ни разу в себя разбойника Ksiang’a.
- С возвращением друг! – прогремел капеллан гильдии Horde Malleus, таурен – охотник Mazzila.

_Alessandro встал, разделяя общую радость своих братьев по оружию, но мысли его были далеко. Он вспоминал тот самый вечер, когда он принял дар от странного путника и то, что было потом. Он вспоминал, как показал красивую вещицу и рассказал о случившимся родителям. Отец был суров и строг, он приказал выкинуть эту вещь, и никогда больше не заговаривать о ней, и маленький Alessandro расстался с ней, но он не выкинул ее, а положив в железную шкатулку, закопал возле старого дуба. Мысли варлока были только о том, что он ДОЛЖЕН вернуть этот амулет, принадлежавшие ему, и только ему.

[WARG]

Тени из прошлого.

- Ну ты даешь! – восторженно крикнул Mazzila, и залпом осушил огромную кружку эля, и хохоча, добавил, - Прямо сейчас готов людишек резать! Эк ты сочинил, Alessandro!
_Нежить варлок слегка кивнул и убрал скрипку в футляр, который носил за спиной. Братья и просто те, кто был в таверне, громко зааплодировали, какой –то орк разгоряченный музыкой рявкнул, что прямо сейчас пойдет в Ашенваль на Астанаар, и голыми руками ушастых передушит. На слово «ушастые» обиделся подвыпивший паладин эльф крови и началась потасовка.
- Mazzila, послушай, мне нужно отправиться в путь и забрать одну, эммм, реликвию, принадлежащую мне. Возможно меня не будет неделю, или чуть больше.
- Да без проблем, колдун! – мы пока собираемся вновь посетить старый добрый Лайкшир, а то кулаки давно уже чешутся, а тут еще и твоя мелодия! Как ты назвал ее хоть? – таурен откусил кусок жаренного мяса.
- Forces. Ладно, до встречи капеллан! До встречи, братья!!! –и нежить вышел из таверны. Послышалось ржание демонического коня и стук копыт.
- Эх, вот дает наш колдун! – сказал таурен-охотник Mazzila и мотнул могучей головой.

_Alessandro отозвал коня в полмили до того самого места, где когда-то располагался небольшой городок, где он жил после того, как ушел из родительского дома, где он жил с Эмили… Снова воспоминания накатили на колдуна, но усилием воли андэд отогнал их прочь. До его родной деревни было не больше трех миль, нужно было пройти через бывший городок, который он сам же и спалил, предавшись безумию мести, и по главной дороге обогнуть небольшой старый пруд и там, пройдя поле, покажется его родная деревенька.
_Нахлобучив по - сильнее капюшон, чтобы никто не смог увидеть лица, а точнее черепа с черной меткой, поправив перчатки, колдун Alessandro зашагал вперед, к руинам небольшого городка, где несколько лет назад вместе с домами сгорели его надежды и вместе с его возлюбленной умерла жизнь и в нем.
_Первое чувство, которое испытал колдун-нежить было удивление. Он представлял, что сейчас впереди молчаливо появятся черные скелеты обгоревших зданий, заброшенный, поросший травой и плющом забор, но нет; его встретили новые, крепкие и красивые дома, звук кузнечного молота, смех детей, которые резвились у большого дерева и лай собак. Город воскрес, и при том стал еще лучше, чем раньше. Он больше не находился во власти мерзкого гнома, оп причине смерти последнего, родители не боялись отпускать детей гулять вечером, и сейчас, под алым светом заходящего солнца, городок выглядел неимоверно красиво. В таверне, самой большой по размерам, и, видимо, единственной в этом городке, собрались наверное, все мужчины, слышались пьяные песни, крик, смех, гам, из открытой двери и окон валил табачный дым и слышались тосты и здравницы.
_Колдун медленно шел по центральной улице, и старался не привлекать к себе внимания. Разумеется это было очень тяжело сделать, его тут же окружила детвора. Шумная стайка малышей наверное целую минуту кружила вокруг варлока, но потеряв интерес, дети разбежались, увлеченные новой игрой. Наконец показались окраины города, и провожаемый злобным лаем всех местных собак, колдун покинул городок.
_Уже стемнело, как на горизонте показались маленькие и немногочисленные огоньки в окнах домов. Родная деревня Alessandro была все такая же маленькая как и в детстве. Десяток – полтора маленьких домиков, дом старосты в центре деревни, и небольшая корчма, которая еще больше покосилась от гнета времени.
_Alessandro направился к дому, где прошло его детство, но найти его оказалось не так то и легко – мельницы не было, и лишь большой древний дуб – великан возвышался башней над старыми домишками. Старый слегка покосившийся дом, в окнах которого едва заметным светом горел огонек, разрушенная мельница, которая немыми руинами виднелась неподалеку, заросли давно некошеной травы, как это все было не похоже на отца!
_Колдун подошел ближе и остановился, на лавочке возле дома сидел седобородый мужчина, и покуривал трубку. Только подойдя на несколько шагов ближе, Alessandro заметил, что вместо правой ноги у мужчины был деревянный дешевый протез.
- Селениусс, дорогой, иди в дом, ужин уже готов. – на мгновение в окне появилась женщина, в чьих волосах частили седые пряди, и только прекрасные зеленые глаза были такими же молодыми как в далеком детстве.
_Первым порывом колдуна было бросится к отцу и обнять его, потом обнять мать, но варлок – нежить быстро поборол это желание, теперь для него возведена огромная стена между теми, кто умер и воскрес, став отреченным, и теми, кто жив, не хотелось пугать отца и мать своим уродством смерти.
- Путник, ты никак ночлега ищешь? – прохрипел мужчина и слегка неуклюже поднялся со скамьи. – У нас место есть, это тебе конечно не Штормвиндский отель для знати, но и не голая холодная земля. Заходи, расскажешь новости старикам.
- Спасибо – прохрипел Alessandro стараясь изо всех сил придать голосу живые ноты.
_Колдун медленно зашел в дом, ступая на скрипящие половицы. Прекрасно ориентируясь, Alessandro прошел в главную комнату.
_Здесь все напоминало о детстве, каждый угол, каждая мелочь.
- Здравствуйте, присаживайтесь, у нас немного еды, но думаю на троих точно хватит. – проговорила женщина. – Меня зовут Элиза а это мой муж Селениусс. А как вас звать?
- Alessandro. – проговорил колдун и сел, стараясь чтобы никто не углядел и частички его лица. – я не голоден, мне не надо еды.
_Мужчина неуклюже уселся на стул и сказал:
- Имя у тебя редкое… Нашего сына тоже звали Алессандро . Ты и в правду не голоден?
- Нет.
- Ну тогда расскажи, что творятся в мире, откуда ты родом, и чем занимаешься?
_Колдун помолчал несколько секунд и сказал:
- Я странник, родом из здешних мест. Играю на скрипке. Этим и живу. – солгал колдун. Муж и жена переглянулись, и муж сказал:
- Наш сын тоже играл на скрипке. Какое совпадение.
_Колдун промолчал. И через некоторое время спросил:
- А что случилось с вашим сыном, почему вы говорите о нем в прошедшем времени? Он у вас единственный ребенок? – голос Alessandro сорвался на хрип нежити, испугав женщину и мужчину – Простите, у меня больное горло.
_Отец грустно улыбнулся и начал свой рассказ:
- Ты уж не обижайтесь на нас, стариков, душу отвести хотим, так мало народа здесь теперь бывает. Нет, сын у нас не единственный ребенок… Был… Он умер. Его… Казнили. Я уверен, что по ложному обвинению! – взорвался мужчина.
- Тише, тише милый, все хорошо. – успокоила жена мужа.
- Вообщем его казнили в соседнем городе несколько лет назад, еще до пожара, который спалил этот чертов городок. Теперь там новый город, гораздо лучше прежнего. Старший сын, его звали Кнейл, умер полгода назад, он работал в городе, что на севере отсюда, не помню названия уже. Он помогал нам деньгами, когда обрушилась мельница, и… я потерял ногу. Его убили разбойники по дороге сюда, когда он вез нам деньги. Вы думаете несправедливость все это? Да, нет справедливости вообще!!! – Селениусс снова вышел из себя и ударил кулаком по столу. На этот раз жена промолчала, лишь положила руку на плечо мужу.
- А еще у нас есть дочка, которая недавно вышла замуж, и теперь неизвестно, жива ли она или нет, от нее нет новостей. Тот, за кого она вышла – барон западных земель, жадная тварь. Он взял ее в жены почти не оставив выбора, мы ничего не могли поделать с этим. – Alessandro почувствовал, как начал закипать в нем гнев, а в голове мигом всплыли формулы страшнейших разрушительных заклинаний.
- Да… мы живем в нищете, на собственные продукты, спасибо моей красавице Элизе, она содержит огород и в придачу к этому – куриц. А я старый калека, только дрова колоть могу, вот и колю, и себе, и всем кто попросит. Так вот. Не подумайте, что мы жалуемся…
- Где владения этого барона? – спросил колдун, удивив своим вопросом и женщину и мужчину.
- Эмммм, миль пять – семь отсюда его замок стоит. Точнее его летний замок.
- Благодарю. Это вам. Скажем так, я знал вашего сына. Он и впрямь не был виновен в том, в чем его обвинили. – сказал колдун, резко встал из за стола и положил увесистый мешок с золотом.
- Сорок золотых, этого хватит, чтобы купить домик в соседнем городке, завести небольшое хозяйство и жить несколько лет без нужды.
- С…спасибо вам но… - проговорил мужчина, но в доме уже никого не было.

_Alessandro быстрым шагом направился к дубу. Магией он раскидал землю и перед взором колдуна предстал старый, проржавевший сундучок - шкатулка. Мгновение, и идеально чистый, зловеще поблескивающий амулет оказался на груди колдуна. Нити сплетаются в веревку. От судьбы не уйти. Колдун оседлал демонического коня и помчался на запад, к замку барона. Теперь ему хотелось выпустить все силы своего смертоносного искусства.
_Пылающий конь стрелой мчался в ночи, и при свете полной луны зловеще поблескивал таинственный амулет под названием Слеза Колдуна на груди варлока – андэда.

-

[WARG]

Механизмы Судьбы. Сестра.

_Стражник, которого звали Халл, зевнул и потянулся. Его напарник, коренастый человек, сильный как два быка, лишь усмехнулся:
-Что, Халл, спать охота? Я б ща вздремнул! Чертов барон и его служба, да и его гроши! – стражник презрительно сплюнул. Достав флягу с каким-то дурно пахнущем алкоголем, Мелф сделал пару глотков, и утер губы рукавицей.
- Смотри! Что это там!? – встрепенулся Халл, вглядываясь в приближающую фигуру на пылающем коне. – Колдун!?
- Чертовы сукины дети, ненавижу их! Иногда таких тварей вызывают, что дрожь пробирает! Наверняка гном, эти карлики всегда рады пойти по темному пути магии и вообще маги у них в почете.
- Ммммм, уффххх аааррр – Халл начал пыхтеть будто его тошнило.
- Твою мать! –рявкнул коренастый Мелф и кинулся на приближающегося всадника со своим боевым молотом. Позади валялось истлевшее тело его напарника. Сиреневый луч ударил в грудь человека, силы таяли с каждым шагом и когда стражник добежал до всадника, ноги его подкосились и он упал замертво на землю.
_Колдун-нежить лишь довольно улыбнулся, если это можно так назвать, и убрал в сумку светящийся остроконечный камень сиреневого цвета.

_Эйвелинн только вздохнула, принимая оскорбления супруга как должное и постоянное. Она уже привыкла к такому обращению, к угрозам, к изменам, она даже смирилась с пьяным изнасилованием, которое устраивал мерзкий муженек- барон. Как же ей хотелось всадить в один миг ему кинжал прямо в сердце, и смеяться, видя как он делает несколько неуклюжих шагов и забрызгивает всю спальню кровью. Но она не могла решиться на это.
- Жена! Е…ть тебя в рот! Где ты?! – послышались шаги на лестнице и ор пьяного барона. Эйвелинн грустно вздохнула, сейчас все повторится с тысячный раз, этот пьяный урод, нагулялся со шлюхами, а теперь идет позабавится с тем ,что принадлежит ему. «Алчный, похотливый ублюдок! Будь ты проклят!!!» -стиснула зубы красавица Эйвелинн.
_Дверь с ударом распахнулась и в проеме появился барон. Дорогая рубаха была испачкана его же собственной блевотиной, от него несло алкоголем, воняло потом и омерзительно несло тем самым пятном на рубашке.
- Ах вот ты где, моя прекрасная стерва!!! Иди сюда, сейчас я тебе вставлю!!! – барон почесал брюхо и затуманенным взором уставился на еще такую молодую Эйвелинн. Шатаясь, он подошел к жене и грубо схватил ее за волосы.
- Я хочу чтобы ты меня там целовала! Давай! – и барон нагнул девушку, заставляя заняться его мужским достоинством.
- Будь ты проклят! – сама того не осознавая крикнула молодая баронесса. Барон ослабил хватку на миг, а потом сильно ударил девушку по спине. Бедняжка упала на пол и слезы сами потекли по ее прекрасным щекам.
- Ах ты сука!!! Ну тогда молись!!! – выродок схватил девушку за шею, и грубо бросил на кровать. Толстые вонючие руки полезли под юбку, быстро стягивая трусики. В лицо ударил невыносимый запах перегара. Слезы ручьем потекли по лицу баронессы, лишь мысль о том, что завтра она проведет весь день в бане, будет омывать тело теплой водой, давала слабое успокоение. Барон стянул с себя штаны, и грубо раздвинул Эйвелинн ноги. Молодая баронесса уже приготовилась терпеть еще большие унижения, как вдруг глаза барона расширились и он в беспамятстве бросился бежать, ноги его запутались в спущенных штанах, он пополз, хныча и дрожа. В дверях стоял человек, лицо которого скрывал капюшон.
- Хочешь покончить со всем этим? Все в твоих руках. – неживым, грубым голосом сказал человек и метнул небольшой изящный кинжал в кровать. Кинжал воткнулся в мягкую перину.
_Глаза Эйвелинн еще больше расширились от страха, барон потихоньку приходил в себя так и не заметив таинственного гостя в дверном проеме.
- Уфффф, что это было?! А тьма тебя разбери, это твоих рук дело? Я еще не закончил, жена! – похотливый боров снова кинулся на молодую баронессу, тряся своим достоинством.
- Ты и не начнешь. – тихо, но на удивление спокойно, сквозь слезы, проговорила молодая баронесса, и барон налетел на кинжал. Глаза пьяного округлились, изо рта хлынула кровь, ровно как и из раны в брюхе. Слабая, беспомощная девушка преображалась на глазах. Тоненькие изящные пальчики еще сильнее стиснули рукоять кинжала и клинок снова вонзился в тело, располосовывая толстое брюхо. Внутренности омерзительной кучей вывались из живота барона прямо на баронессу. С криком, девушка выбралась из-под тела барона, она смеялась и плакала одновременно, а потом, когда пришла в себя, ее вырвало.
- Кто ты?! – проговорила Эйвелинн, вытирая лицо попавшимся под руку платком.
- Я… твой брат. Ничего не спрашивай и не говори! Надо уходить отсюда.
_На лестнице послышался шум, та новая стража, которой не было, когда колдун поднимался сюда, бежала со всех ног наверх, будто чуя, что с их господином случилось что-то неладное.
- Садись! – крикнул колдун и в мгновение ока в комнате появился демонический конь. Рывком, колдун посадил молодую баронессу на коня и пригнувшись выбежал в коридор и свернул на лестницу. Стража сначала опешила, и этого хватило чтобы прорваться через первую кучу охранников. Конь ужасающе фыркал и ржал, разбивая копытами черепа стражников. Колдун посылал вперед теневые болты и заставлял тела стражников заживо разлагаться.
_Наконец беглецы оказались во внутреннем дворе замка. Дождь стрел и арбалетных болтов встретил их, в ответ колдун вызвал огненный ливень, сея хаос и смерть среди отряда стрелков. Демонический конь мчался к воротам, вот наконец тьма окутала беглецов. Колдун гнал коня в лес, чтобы погоня была сбита с толку и их не нашли.
_Конь исчез, отозванный силой варлока, а Alessandro замер на месте. В теле прекрасной Эйвелинн, его сестры торчало две стрелы. Девушка еле- еле дышала, на губах выступила кровавая пена. Ее было уже не спасти. Колдун растерялся лишь на секунду, мысли сами шли в голову, и единственное решение, которое принял колдун – нежить, это превратить свою сестру в отрекшуюся, в живого мертвеца.
_Багровый луч силы медленно, словно не хотя, потянулся к лежавшей на боку девушке, силы колдуна таяли на глазах, а жизнь Ейвелинн уступало место бессмертию. Еще мгновение, и колдун упал на колени, а молодая баронесса стала едва заметно дышать. Ее прекрасная кожа стала белой как снег, она была как всегда прекрасна, дитя Луны, нежный ночной цветок. На ее теле не запечатлелись уродства смерти, как на теле ее брата, которого вернуло к жизни желание отомстить и сила случая.
- Сестра… теперь ты отрекшаяся… В мире смертных тебе теперь нет больше места. – Колдун отвернулся, зная наперед реакцию Эйвелинн.
- Я?... Умерла? Ты… сказал что я умерла?... – Андэд девушка приподнялась на локтях и медленно вытащила стрелы.
- И воскресла…
- Кто ты!? Дьявол???!!! Что ты сделал со мной?! – голос девушки, преображенный новой жизнью, стал настойчивее и громче.
-Я… Alessandro…Твой брат… Я так же как и ты восстал из мертвых. – и колдун откинул капюшон. Девушка уставилась на череп колдуна с черной меткой – крестом, глаза ее округлились, и он прошептала:
- Ты не можешь быт моим братом… Чудовище!!! Ты!... Зачем ты превратил меня в монстра!? – и девушка кинулась на колдуна с тем самым кинжалом, которым убила своего мужа. Колдун схватил ее за руку, отнял кинжал и пошептал:
- Прости меня сестра… Прости… - легкая зеленоватая вспышка и Эйвелинн почувствовала, как сознание покидает ее, новый странный мир мерк в ее глазах с каждой секундой, теперь это был ее мир, мир бессмертной.

- Ты хочешь отдать ее на обучение, колдун? – прохрипел глава Ассассинского клана в Андресити, смотря пылающими глазами на молодую девушку – андэда. – Хорошо, мы вырастим из нее превосходного убийцу.
- Иначе она не приспособится к этому миру… - тихо проговорил колдун, и отдал вору – слуге мешок золотых монет, тот в свою очередь передал их главе клана. – До встречи, сестра…
_Варлок отправился в Пылающие Степи, откуда вот-вот должны были выступить его братья по гильдии во главе с капелланом Mazzil’ой на городок Альянса – Лайкшир. Мозаика на амулете дрогнула и слегка изменилась, лишь на секунду придя в движение…

[WARG]

Механизмы Судьбы. Битва на мосту.

_Ручейки воды стекали по доспеху могучего таурена – охотника. Все было подготовлено, и несколько дюжин братьев и сестер Horde Malleus ждали последней команды своего капеллана.
_Новый раскат грома огласил вечно душные и пыльные Пылающие Степи, но в этот раз попавшие под небывалый ливень. Вода заполняла трещины в земле, грязные ручьи текли с черных гор, и дымились затушенные ливнем далекие костры огров и орков Черной Скалы.
_Mazzila проверил в последний раз крепление шлема и зычным голосом прогремел:
- Вперед, братья и сестры!!! – и боевой, закованный в латы, кодой капеллана дико заревел и рванулся вперед. С боевыми кличами ордынцы отправились в поход на городок Альянса, расположенный в Редриджских Горах – на Лайкшир.

- Амерфельд! А ну быстро иди домой! Нет, ну это наказание а не ребенок! Вот вернется отец из Черной Скалы – вот он тебе ремня надает!!! – женщина выбежала из –под крыши своего дома и помчалась вдогонку за темноволосым сорванцом. Струи дождя хлестали ее по красивому лицу, она проворно перепрыгивала ручьи, слегка приподняв полы длинной оранжево-алой юбки.
- Ну сейчас ты получишь! – крикнула молодая мать, и внезапно остановилась рядом с замершем на месте малышом.
_Со стороны Пылающих Степей неслись всадники, подняв целый вал брызг грязи и воды. Молодая Фаррена прищурилась, стараясь разглядеть, кто это скачет, вполне возможно что это был отряд ее мужа, отправившийся два дня назад в Черную Скалу. Громогласный, пугающий, такой незнакомый и жуткий звук боевого рога вывел Фаррену из оцепенения, она схватила малыша на руки и со слезами на глазах бросилась к караулу стражников на мосту.
- ОРДА!!! – кричала женщина, пока пробивший насквозь ужасающий черный болт арбалета не заставил ее и маленького Амерфельда замолчать навсегда. Раздался громоподобный смех таурена, и в город ворвались враги, сметая стражников, как океанская волна сметает детские песчаные замки на берегу.

- Уахахаха! Неистовствуйте, воины!!! Мстите им за их жалкие набеги и смерти наших братьев, сестер, жен и детей!!! ЗА ОРДУ!!! – ревел Mazzila и резко развернул своего кодоя на трупах стражников. Звук ломающихся костей, крики, мольбы смешались со свистом стрел и арбалетных болтов и кличем ордынцев.
_Защитники вместе со стражей пытались оказать сопротивление, пока женщины и дети бежали в укрытие – катакомбы, но сопротивление было быстро смято, и вместе с грязной водой в озеро потекла кровь.
Алым пламенем запылала таверна, подожженная Kenpach’ом и Gipsik’ом. Трупы стражников градом сыпались в озеро. Боевые кабаны Napas’а и Mazzil’ы окружили группу женщин и детей, которые не успели добежать до катакомб. Им всем грозило рабство, и не было в городе тех, кто мог их защитить, как вдруг…

- Будьте вы прокляты, отродья Орды!!! – взревел командир конницы и еще сильнее пришпорил коня. Бронированный конь человека – паладина врезался в ряды братьев Horde Malleus, неистово давя копытами всех, кто оказался на земле. Длинноволосый паладин с размаху ударил громадным молотом, явно добытым где-то на просторах Внешних Земель – и андэд отлетел к озеру, уже без головы. За паладином неслись воины – дварфы и люди, прикрываемые плотным огнем гномьих ружей и заклинаний магов. Началась сеча.

- Хохо! Вот это я понимаю, а то баб бить никой радости! – Захохотал капеллан своего крыла гильдии Horde Malleus – таурен охотник Mazzila, разрубая топором дренея – мага. Зарядив арбалет, Mazzila послал болт из жуткого оружия, добытого в темных залах Наксарамасса в голову воина – дварфа.
- Накрывайте друидов «дождем» - крикнул Напас, уворачиваясь от кинжала разбойника – человека и разряжая свое ружье в паладина – дварфа, который решил помочь роге. Паладин сделал еще несколько корявых шагов и упал на землю с раскуроченной головой.
_Kenpach и Gipsik принялись читать заклинания, и друидов, что затаились в тылу врага и посылали исцелительные заклинания, накрыл дождь огненных и ледяных градин. Но врагов было гораздо больше, и они все пребывали из сотворенного альянсовским колдуном портала.
- Перегруппировываемся у моста! – крикнул раненный в плечо и ногу Mazzila. – Роги – убейте колдуна!!!
_Перегруппировка заняла несколько секунд и Horde Malleus вновь пошли в наступление.

_«Давай же, скорее!!!» - мысленно подгонял коня Alessandro. Пейзажи Дасквуда мелькали в глазах, демонический конь громко храпел, выдыхая струи пламени. Впереди показались окраины города Даркшир.
_Трупы стражников, лужи крови – вот что увидел колдун – нежить, как только конь принес его на главную площадь города. На фонтане сидели орк и тролль, перемазанные в крови и пели боевые песни.
- Андэд! Куда так спешишь?! – крикнул орк и сделал глоток из фляги.
- Нет времени болтать! В Лайкшире сейчас битва!!! – Крикнул Alessandro и натянул поводья своего демонического коня.
- Как битва!? Туда ж как раз отступили эти трусы, защищавшие этот городок! Так, парни, по коням! – рявкнул орк и из ближайших домов вывалились добрая дюжина орков и троллей. Последними из дома, таща на плече полуголую человеческую женщину вышел таурен с мехом цвета ночи и эльф крови - разбойник.
- Ну беги, пташка, хе хе хе! – пробасил таурен и отпустил заливающуюся слезами женщину, которая еле держалась на ногах.
- Вперед, за славой!!! – крикнул орк и оседлал боевого волка.
_Через секунду отряд ордынцев возглавляемый орком - воином и андэдом – колдуном мчался по направлению к Редриджским горам.

- Проклятье, они давят нас числом! – Крикнул капеллан Horde Malleus, - Gipsik, Girl, открывайте порталы, мы отступаем!
_Маги принялись открывать магические двери, как вдруг на противоположной стороне моста появились враги. Дюжина воинов Альянса атаковала с тыла ордынцев, когда как основные силы во главе с паладином давили со стороны Лайкшира.
- Твою мать! – рявкнул Mazzila и разрядит зловещий арбалет в гнома – разбойника. Черный полт пробил насквозь низкорослого защитника Альянса и вонзился в ногу мелькнувшего позади воина – человека.
- Музыка? – крикнул сражавшийся слева от капеллана воин – таурен Stormwarrior. И действительно, откуда-то сто стороны дороги на Дасквуд слышалась известная, и такая приободряющая мелодия…
- Alessandro!!! – крикнул Mazzila и снес голову эльфийке - разбойнице своим жутким топором, добытым во внешних землях.

- В бой!!! – кричал орк, погоняя своего волка, а справа несся колдун Alessandro, играя на скрипке свою боевую мелодию. Мгновение – и войско орка врезалось в тыл противника, который зажал ордынцев Horde Malleus со стороны половины моста, ведущего в Дасквуд и Голдшир.
_Жалкая дюжина Альянса была смята за считанные секунды и войска Орды с силой ударили в авангард основных сил врага.

_Бой длился по меньшей мере пол часа, пока измотанные обе стороны не отступили на разные стороны моста.
- Эй командир, - крикнул орк Mazzil’e, думаю сейчас нас священники подлатают, и снова в бой!
- Ты прав, сейчас сметем этих недоносков! – пробасил таурен – охотник.
-Смотрите! – крикнул Напас, указываю на сияющую птицу, явно магического происхождения, которая летела к войскам Альянса со стороны Голдшира.
_Через мгновение войско альянса развернуло вновь свой боевой штандарт и пошло в атаку.
- Что – то тут не так… Тьма с ними, в атаку воины!!! – Крикнул Mazzila и ордынцы с боевыми кличами пошли навстречу врагу. Не успев схлестнуться, ордынцы поняли, в какую западню угодили – со стороны Голдшира, видимо из самого Штормвинда, пришло большое подкрепление. Войска Орды оказались заперты в центре моста, а через секунду защитники Лайкшира врезались в первые ряды.
- Маги, открывайте порталы! – Крикнул Alessandro, и в мгновение ока руки его загорелись салатовым демоническим пламенем. Небо на мгновение блеснуло зеленым светом, в воздухе быстро вспыхнули пылающие зеленым огнем руны и огромный пылающий шар упал на авангард врага, превратившись в огромного инфернального голема. Тварь взревела и одним ударом смела троих человек, продолжая шагать по трупам убитых. В середине войска Орды маги трудились, открывая порталы, а арьергард принял на себя удар подкрепления.
_Сминая ордынцев, неслись закованные в латы паладины, охотники посылали в ордынцев град стрел, а маги и священники колдовали, скрывшись в центре войск Альянса.
- Скорее, уходите! – крикнул Alessandro, видя, что маги открыли портал. Громадный голем, разметав защитников Лайкшира, обходя войско Орды, атаковал пришедшее подкрепление.
- Колдун скорее! – крикнул тот самый орк, которого Alessandro встретил в Даркшире. Варлок Alessandro кинулся к порталу, но в этот самый миг магическая сеть сковала его, колдун упал, и тут же на него налетели враги.
_Последнее, что видел Alessandro, это как рассыпается в прах и пепел уничтоженный инфернальный голем.

[WARG]

Механизмы Судьбы. Дорога к боли.

_Колдун - нежить наконец очнулся. В темнице было темно и сыро, через маленькое окошко высоко в стене пробивался тусклый лунный свет. Alessandro пошевелился – все тело андэда неохотно подчинялось, отдаленная боль была везде – любое живое существо чувствовало бы эту боль гораздо сильнее, но тот кто раз умер и восстал из мертвых чувствует боль в несколько раз слабее чем любой живой. Первый порыв был призвать на помощь темную магию – но увы, темница, в которой он пленен, охранялась негаторами магии.
_Полностью раздетый, колдун встал и посмотрел на здоровенную дверь своей камеры, и в этот миг створка малюсенького окошечка открылась – показалась часть человеческой физиономии, после чего створка тут же закрылась.
_Через пару минут дверь со скрипом отворилась и в камеру вошел омерзительного вида человек. Высокий, с худым, даже несколько костлявым телом, коротко стриженный, причем как-то кусками, будто вся голова его была покрыта лишаями. Беззубой улыбкой он улыбнулся, глядя в лицо колдуну, и тихо проговорил:
- Отлично. Ты пришел в себя. Возьмите его под руки и отнесите в мой зал. – повинуясь приказу, следом за тощим человеком в камеру вошли два близнеца – гнома, настолько уродливых, что казалось все уродства смерти у нежити – это лишь некая форма красоты, по сравнению с этими отвратительными тварями. Горбатые, полуслепые, с льющимися изо рта слюнями, совсем без бород – лишь с омерзительной, испачканной слизью щетиной, недоноски сгребли под руки андэда и поволокли его в след за тощим человеком, рядом с которым шел здоровенный детина в маске и нес в обоих руках камни на цепях, которые сияли сине-сиреневым светом – переносные негаторы магии.
_Деверь в зал открылась – она представляла собой жуткую пасть некоего монстра, и Alessandro втащили внутрь. Пыточный зал. Этот тощий человек был палачом. Колдуна прицепили к огромной цепи и заковали в кандалы, так, что он висел, не доставая до пола. В специальные зажимы громила повесил негаторы, и палач тихо проговорил:
- Ну что ж, нежить, теперь пришло время тебе испытать боль. – Он без эмоций посмотрел в черные глазные дыры андэда и принялся командовать служками - гномами.
- О! Да ты никак думаешь, что ты мертвяк, и так больно тебе не будет? Ха ха ха, нет, ты ошибаешься, специальным зельем я верну тебе чувствительность живого человека, инквизиция долго трудилась над формулами этого зелья, и поверь мне, оно работает просто отлично! Что-то я с тобой заболтался, мертвяк.
_Палач принялся смешивать какие- то растворы, из которых Alessandro узнал настой Корня Жизни, желчь мурлока, нечто очень похожее на целительное зелье весьма концентрированное и отвар из листьев Солнечной Травы. Были еще какие – то зелья, но варлок не успел уследить за быстрыми манипуляциями палача. В миг приготовленное зелье забурлило, и палач радостно хихикнул. Служки специальными щипцами разжали челюсть андэда и вставили воронку. Палач, не медля ни секунды, вылил все зелье в воронку.
_ Alessandro в миг почувствовал как все тело стало теплым, как разогрелась кровь и вместе с тем стала гораздо ощутимее боль от недавних побоев.
- Приступим! – воодушевленно сказал палач и взял в руки зазубренный нож. Волна боли заставила колдуна выгнуться и заскрипеть зубами. Пока палач резал на время оживленную плоть пленника, служки взяли нечто похожее на долото и прислонив к зубам колдуна принялись выбивать зубы, предварительно вставив в рот небольшую металлическую пластинку, чтобы выбитые зубы не попали в горло.
_Пытка продолжалась около часа, после чего изуродованное тело отволокли обратно в камеру. Из разорванных, перерезанных, располосованных тканей струилась кровь, да-да, именно живая кровь. Через несколько десятков минут действие зелья должно закончится, но пока то, что некогда было колдуном Alessandro, лежало практически бесформенной кучей и превратилось в сплошную боль. И лишь одна вещь, которую палач не сумел снять с шеи колдуна ни одним способом, в том числе и гоблинской циркулярной пилой – загадочный амулет, слегка сияла в лунном свете и вновь мозаика амулета пришла в движение.

_Mazzila выпил до дна бутыль с исцеляющим зельем, раны, и так подлатанные священниками, перестали болеть уже окончательно. Совсем недавно они телепортировались в лагерь Орды на Болотах Печали, и теперь готовились выступать на Даркшир. Никто не знал, жив ли еще Alessandro, но все знали, что обычно пленных ордынцев казнят именно в Дасквуде, и если есть хоть малейшая надежда – нужно сделать все, чтобы спасти друга.
- Выступаем, братья и сестры! Даже если Alessandro уже нет, мы отмстим за него! – прогремел голос Mazzil’ы и боевые братья Horde Malleus запели боевые гимны, отправляясь в поход.

Утро пришло внезапно, и колдун Alessandro совершенно не удивился, когда в его камеру вошли закованные в латы рыцари, схватили его под руки и потащили по лестнице, гремя его кандалами. По обе стороны от караула шли воины люди и дварфы и несли негаторы магии. Палач встретил колдуна омерзительнейшей улыбкой, он был одет в походные одежды – это означало, что узника должны были куда-то отвезти.
- Пленный колдун-нежить доставлен для транспортировки в Дасквуд! – вытянулся «по струнке» глава группы рыцарей перед другим рыцарем – паладином в позолоченных доспехах с наплечников в форме орла.
- Хорошо. Теперь отвезите его к месту казни.
- Так точно! – рыцарь вновь вытянулся «по струнке»
Alessandro засунули в клетку, два негатора магии повесили на специальные подвески и еще два негатора остались у сопровождающих воинов, ехавших в по обе стороны от клетки на колесах, в которой везли пленника. Судьба его была предрешена.

[WARG]

На руинах сознания. Механизмы Судьбы пришли в движение.

_Широкая площадка эшафота вымокла под струями непрекращающегося дождя. Не смотря на дождь за окраиной города Даркшир, который совсем недавно подвергся нападению Орды, собралось много народа – из Лайкшира и Голдшира. Стражи окружили место казни, герои из разных гильдий тоже были начеку, ведь вполне возможным было возвращение Орды.
_Тощий палач подошел к закованному в цепи андэду, бросил холодный взгляд на толпу и принялся смешивать зелье – перед смертью, колдуна ждала пытка при полной чувствительности. Народ шумел, слышались выкрики, кто-то даже умудрился кинуть камень в колдуна, правда, не попал. Слева от пыточного эшафота был приготовлен столб и огромная куча хвороста под ним, которая с каждым разом все только росла – люди приходили и вносили свой вклад в святое дело в виде связок хвороста или дров.
- Начинайте. – проговорил верховный обвинитель инквизиции, и кивнувший в ответ палач взял зазубренный нож. Alessandro снова оказался один на один с болью.

- Вперед, еще чуть – чуть осталось, думаю, мы не опоздали! – крикнул Mazzila. Заряжая свой чудовищный арбалет. Отряд Horde Malleus и отряд орка, который решил помочь соратникам – ордынцам, мчались по серым тропам Ущелья Десвинга. Про себя капеллан своего крыла гильдии надеялся лишь на одно – чтобы Alessandro был жив, и чтобы они успели освободить своего брата – колдуна.

_В глазах с каждым действием палача все больше темнело от боли, Alessandro взглянул на толпу, мокнущую под ливнем, но разгоряченную его мучениями. Хруст заставил колдуна – нежить сильно дернуться в цепях, хрип из неживого горла донесся до толпы, еще более распаляя людей, все ждали финала пытки, аутодафе. Тощий палач чем – то взмахнул перед толпой, а потом с легкой улыбкой показал это закованному в цепи колдуну. Нога, отрезанная неумолимой гоблинской пилой, чуть ниже колена, истекающая теплой кровью, его кровью, той самой, что застыла и стала холодной после его смерти и теперь вновь разгоряченной ужасным пыточным зельем. Стоящие слева от эшафота священники – люди принялись лечить колдуна, чтобы продлить его мучения. Визг пилы – и вторая нога теперь лежала под телом Alessandro, в лужи крови. Боль была нестерпима, колдун нежить хрипел, но отрезанный язык не позволял сказать и слова. Когда пила пошла по ребрам, пальцам рук, боль, наконец, смилостивилась, и несчастный пленник потерял сознание.
_Alessandro уже не слышал, как в экстазе билась толпа, как кричали стражи, стараясь утихомирить это озеро людских тел, а люди тем временем все прибывали, ведь финал зрелища еще не состоялся! Медленное сожжение, именно это ждало сейчас несчастного колдуна, которого уже медленно стаскивали с пыточного стола, прихватив все отрубленные конечности. Мозаика амулета снова пришла в движение.

_«Ну что ж, похоже, это конец. Как странно, и как загадочно это место». Alessandro поднял голову и увидел над собой абсолютно черное, чистое небо, на котором в хаосе двигались едва заметные блестящие точки – звезды. Земли же здесь не было, был лишь сплошной серый туман, который тянулся во все стороны на необозримое расстояние. Медленно передвигая ногами, сквозь которые с легкостью проходил туман, колдун побрел вперед, с удивлением замечая, как меняется картина «неба» и «земли» с каждым шагом. Вот он прошел поле битвы, где дварфы бились с себе подобными дварфами, все были в странных, давно устаревших доспехах, вот картины показали ему как молодой Тралл основывает Оргримар, а тут он совсем еще дитя, лежит возле трупов своих родителей и к нему подходят люди. Сотни, тысячи картин прошлого мелькали перед колдуном, который лишь безмолвно шел вперед. Внезапно то, что заменяло здесь небо стало багрового цвета и стало сверкать разрядами сотен черных молний. Под ногами появилась каменная мощеная дорога, которая тянулась до самого «горизонта». Впереди дороги показалась темная точка, которая с каждым шагом непропорционально росла, будто сама приближалась к колдуну.
_«Замок!!!» - удивился Alessandro. И впрямь перед колдуном предстала громаднейшая и наипрекраснейшая черная цитадель, с сотнями башен, скрывающихся в бушующем черными молниями алым небом. Возле огромных, обрамленных костями драконов или еще каких громадных созданий, ворот стоял караул. Всего двое – орк и нежить, оба колдуны. Alessandro остановился и тряхнул головой, и узрел наконец истинный облик Стражей. Два огромных ангела – орк с черноперыми крыльями парил над землей, все тело его изменилось, подверглось чудовищной метаморфозе. Андэд с демоническими крыльями, тоже подвергшийся ужасной метаморфозе, голова которого пряталась в капюшоне, от которого исходило ядовито-зеленое сияние.
- Входи, Избранный!!! – прогремели чудовищные голоса, огромные ворота отворились, и колдун медленно, не оборачиваясь, вошел во внутренний двор Замка.
_К открытым вратам уже самого Замка вел мост, по обе стороны от которого была бездна. Черная антиматерия великого Ничто вырывалась из бездны и рассыпалась, лишь слегка поднявшись над замковым мостом. Alessandro просто шел, не останавливаясь, влекомый лишь одной целью – дойти до конца, подняться на самый высокий шпиль замка.
_ Войдя в открытые врата, дойдя до самого центра зала, Alessandro вдруг остановился. Врата с грохотом закрылись за его спиной, огромная мозаика под ногами, в виде Восьмиконечной Звезды Хаоса запылала огнем, причем каждый луч пылал своим пламенем, отличным от других.
_С четырех сторон, под далекую жуткую музыку, от которой внутри все сжималось, шли четверо. Таурен, вроде совсем обычный, но глаза… Они пылали нестерпимым алым огнем, хотелось скорее отвернуться, спрятаться от этого взгляда. И еще была ужасающая аура силы. Навстречу ему шел андэд, с двумя мечами, глаза которого пылали голубым пламенем. Слева от таурена шел орк, в черном доспехе, ничего примечательного, кроме глаз, пылающих зеленым пламенем, и навстречу ему, абсолютно без всякого шума, шел андэд, казалось совсем без оружия, но жуткое молчание, и нестерпимый желтый огонь внушали животрепещущий ужас.
_Alessandro стоял в самом центре, пока таинственные фигуры не остановились, и в тот самый миг колдун узнал их. Великие Хранители Молотов, могущественные отцы его родной гильдии, слившиеся с Первородным Хаосом, без сомнения, это были они – таурен Eukahainen, андэд – рога, в прошлом аватар самого Пьющего Кровь – Garretshadow, орк Stain и молчаливый рога – андэд Abgefloren. В мгновение ока Хранители стали меняться, принимая свою демоническую форму. Огромный, пылающий багровым пламенем рогатый демон – разрушитель с кровавыми крыльями – Eukahainen. Смертоносный, здоровенный демон – андэд с двум мечами вместо рук, весь покрытый костяными шипами – Garretshadow. Молчаливый, в черном балахоне и ростом в несколько человеческих, с громадной косой, казалось сотканный из самой Тьмы – Abgefloren. Огромный, в черных демонических латах, рогатый демон – рыцарь Stain, с пылающими салатовым пламенем, цепями.
- Приветствуем тебя в Обители Хаоса, Избранный Судьбой! – прогремел Eukahainen.
- Не удивляйся так, Избранный, тебе давно был дан Ключ, ты давно был избран Законом Хаоса. – проговорил демон с ужасающими клинками, которые были продолжением рук, Garretshadow.
- Замкни круг, заставь хаотические Механизмы Судьбы прийти в движение! – так ревел рогатый Stain.
_Безмолвный Abgefloren лишь медленно поднял руку, как бы делая знак сделать шаг вперед, и перед Alessandro появилась спиральная лестница, сделанная из сияния звезд и черного тумана. Всего один шаг – именно этого хотели Хранители, и колдун седлал этот шаг. Мгновение ока неведомая сила подхватила ничтожную песчинку, которой являлся Alessandro, и стремглав понесла его вверх. Мелькали стены и полы чудесного неприступного Черного Замка, вот и самый высочайший шпиль его уже остался внизу, вот и он скрылся из виду, а сила все несла колдуна вверх, туда, где в ужасающе багровом небе сверкали иссиня – черные молнии, сверкали беззвучно, без грома, но от этого только еще больше пугали они.
_Еще мгновение – и нежить – колдун уже стоял на небольшом черном облаке, вокруг него били черные молнии, били в него, пронзая могущественной силой Хаоса. Хранители Молотов расположились полукругом позади колдуна, они как бы парили в воздухе, не было опоры под их ногами. На большом расстоянии носились по кругу, центром которого был Alessandro два ангела – Стража, один мчался против часовой стрелки – тот, что был андэдом, второй же наоборот, мчался по часовой стрелке, тот, что был орком, которого при жизни звали Ziba.
_И тут среди бушующей мощи Первородного Хаоса началось явление Их. Один за другим из разрозненной материи стали являться Восемь фигур, которые были столь громадны, что для того, чтобы увидеть Их головы нужно было смотреть высоко вверх, запрокинув голову назад, а чтобы узреть стопы Их нужно было склонить голову и всматриваться в бездонную пропасть. Боги. Великая Восьмерка Древних Богов Хаоса. Ниже, прямо под ногами колдуна обозначилась твердь, на которой коленопреклоненные стояли сотни орков, андэдов, троллей, тауренов и кровавых эльфов, были там и существа олицетворяющие силу стихий, были и непонятные полусатиры, и все они пели на неизвестном языке Гимн своим великим Богам.
- Зерно, получившее влагу Хаоса, Избранный Судьбой, но не принявший Длани Ее пока, среди тысяч и тысяч именно ты был избран для Великого Ритуала. – раскалывающий в осколки сознание, голос прозвучал над всеми собравшимися – так рек тот, кто стоял в самом центре, с громадными крыльями, черными как ночь, главу которого скрывала звездная вуаль незримых высот.
- Да, именно тебя выбрала Сущность Хаоса из всех живущих в мире материи, задолго до того, как ты получил Ключ, висящий у тебя на груди. Именно ты должен стать нематерией в материи, ты должен стать тем, кто сломает грань между мирами…
- Бойся же, ибо младенец ты беззащитный перед силами и Хаоса и Порядка – проговорил Третий. – У тебя не будет силы как только ты будешь рожден в мире материи, но у тебя будет Тень, ибо поистине ты будешь сразу после Нас в мире нематерии.
- Однако не будет поступь твоя легка там, где властвует прикосновение и там где нематериальна мысль. В мире живых ты будешь один из тысяч, но даже тогда ты будешь Избранным, если примешь Длань Судьбы. – на этот раз это был голос Богини.
- Ты умрешь и родишься, каждый шаг твой будет шагом вперед, шагом к великой цели, даже если от всех мыслей твоих о великом останутся после рождения лишь туманные призраки. – так рек пятый Бог, голос его казался более молодым, нежели голоса предыдущих четверых Богов.
- Поистине Закон Обусловленности и Судьба подскажут тебе после твоего рождения, что должен сделать ты, и будет это зовом твоего нового сердца или нелепой случайностью - это будет Судьбой.
- После того, как ты родишься, и спадет пелена с тебя, подобно ягненку будешь слаб ты, ибо нити судеб многих прервутся, дабы сплелась новая Судьба, новый Путь, ТВОЙ ПУТЬ! – пророкотал седьмой Бог, и Alessandro почувствовал, как потекла из черных дыр, где некогда были его глаза алая, обжигающая кровь.
- Но чтобы проросло семя нужно обильно полить его кровью. Жертва нужна, чтобы из зерна появился росток, кровь нужна, чтобы алым цветом расцвел цветок. Готов ли ты отречься от всего дорого твоем мертвому сердцу? Готов ли ты забыть любовь и чувства, чтобы открылся перед тобой Путь, чтобы стать тем, кем в глубине души ты всегда хотел стать? – молодой голос Богини, которая завершала Восьмерку.
Alessandro упал ниц, не в силах сдержать эмоции. Кровавые слезы текли по его обезображенному смертью и пытками лицу.
- Тот, кто должен стать великим, должен отречься от сожаления и страха! Встань, Избранный! Встань и посмотри перед собой!!! – Загремел ужасающей мощи голос главного Бога Восьмерки. Колдун встал и взглянул во тьму рушащегося небосвода. Жизнь его пролетала перед его взором, и то, что было скрыто от него. Он видел себя, совсем малышом, когда ему снились кошмары, в которых он взбирался по спиральной лестнице мертвых тел, видел Alessandro – юношу, видел Эмили, видел смерть ее, и все что было далее, видел жизнь сестры и брата, видел жизнь матери и отца после его смерти и все что было дальше. Смерть, воскрешение, месть, одиночество, отчаяние, храбрость, ярость, победа – все это проносилось перед взором колдуна, и последнее, что было в этом жутком калейдоскопе образов – это то, как на него смотрят люди, собравшиеся возле его изуродованного тела, все те, кто искренне желал ему смерти. Alessandro видел себя их глазами, он за секунды проживал их жизни, и подобно ледяной воде на него выливались потоки чувств – от безумного желания мести, смерти и боли, до необоримого страха и ужаса. Они и впрямь были точно жертвенные агнцы, хотя жертвой был в тот миг именно он, они были словно пустые сосуды, и лишь малые из них блестели перед взором колдуна храбростью или отвагой, честностью или другой добродетелью, но таких среди этой сотни было очень мало, и блеск их глушили страх и ненависть, отчаяние и слабость. Именно не люди это и не ночные эльфы, не дварфы и не дренеи с гномами, но агнцы жертвенные, агнцы на алтаре его мечты, его пути, его желания.

- Napas, ты и пятерка братьев останьтесь здесь, мы прорвемся к месту казни и выхватим Alessandro из рук палачей. Все ясно? Нужно спешить! – Mazzila проверил еще раз свой чудовищный арбалет, и громко крикнул:
- В бой!!! Пронесемся как молния и освободим нашего колдуна! – в мгновение ока могучий кодой капеллана своего крыла гильдии Horde Malleus, Mazzil’ы, захрипел и помчался на виднеющуюся в дали толпу людей и прочих сторонников Альянса. С боевыми криками орки и тролли, таурены, андэды и эльфи крови из гильдии Horde Malleus и из отряда орка стрелой помчались вперед.
_Napas и еще пятеро остались позади, им было поручено прикрыть отступление.

_Mazzila выстрелил, и арбалетный болт насквозь пробил голову дренея – мага. Толпа начала метаться, лишь издали завидев приближение Орды, внезапно отряду стражников пришел на помощь большой отряд. Силы Альянса заняли боевые позиции вокруг эшафота, толпа зевак спряталась за ними, а костер, на котором должен был сгореть колдун, уже запылал ленивым медленным пламенем.
_Внезапно крики огласили место будущего боя, а боевые ездовые животные ордынцев резко остановились, в десятке метров от лини врагов, едва не скинув наездников. Все, и Альянс, и Орда смотрели лишь на сияющие тучи, сквозь которые к светлому кругу спрятанного солнца приближалась черная тень луны, и приближалось невообразимо быстро. И что-то зловещее и донельзя жуткое было в этом, настолько жуткое, что все следили лишь за этим, позабыв обо всем, настолько сильна была магия ужаса приближающейся к солнцу луны.

- Прими же Длань Судьбы, сотвори из эшафота – алтарь, сделайся зерном и полей себя кровью. Убей любовь, убей привязанность, убей страх, убей остатки доброжелательности, убей милосердие! Воплотись и потом родись, вымости дорогу к победе их телами и телами всех тех, кто встанет на твоем Пути! Прими Длань Судьбы! Прими Ее или развейся прахом. Пусть же луна затмит солнце в мире материи, или пройдет мимо, лишь сокрыв его на мгновение, если дрогнешь ты и не примешь Длани, сотвори алтарь из места заточения! – так гремел голос Пьющего Кровь.
_Alessandro почувствовал, как давит на него наступившая тишина и тихо ответил:
- Я принимая Длань Судьбы. – В мгновение ока Боги растворились в дымке, исчезли Хранители и Ангелы, исчезли последователи Богов, исчез весь этот странный нематериальный мир, Alessandro взглянул – и увидел тех, кто собирался сжечь его, увидел пламя, уже лизавшее его тело, и вдруг взгляд его встретился со взглядом таурена, его друга и капеллана – Mazzil’ы. Колдун открыл рот, желая разорвать сущее своим криком, но отрезанные обрубок не издал практически ни звука. Он понял, ЧТО сейчас должно свершиться, понял, но изменить что либо было слишком поздно. Тьма, больше похожая на сон, словно нежная мать, обняла изуродованного колдуна – нежить, и он полностью отдался ей, и в этот миг он осознал – это Судьба, а сожаление должно умереть, уйти навсегда.
_Мозаика на амулете последний раз дрогнула, зашевелилась, и превратилась в обрамленный черными линиями череп, в лицо колдуна Alessandro, а восемь лучей, обрамляющие ее засияли багровым светом, и в этот миг Механизмы Судьбы пришли в движение…

[WARG]

Кровавое озеро под черным солнцем.
Felwing Пылающие Крылья.

_Mazzila посмотрел на того, кто некогда назывался Alessandro. Теперь же от него осталось лишь искалеченное тело, без ног, без кистей рук, с разломанной грудной клеткой. Когда посмотрел таурен охотник в глаза, точнее в глазницы, своего товарища, колдун изогнулся, открыл беззубый рот и попытался что-то прокричать, но ни слова не вылетело изо рта андэда, он дернулся лишь еще раз и затих, словно сон или смерть унесли его. Таурен бросился к столбу, к которому был прикован колдун, как в этот самый миг его остановил крик сотни людей, и недоуменные выкрики его братьев и сестер по гильдии.
_Сквозь серые дождевые тучи, к бледно-белому диску солнца, сокрытому пеленой, подползла луна и закрыла его. В единый миг из слияния светил потянулись в стороны восемь лучей алого света и дикий, неживой, даже скорее демонический вопль огласил всех, кто наблюдал за этим торжеством светил – а источником крика был амулет на груди изуродованного колдуна – нежити, и мир в единый миг изменился.
_Люди и орки, дренеи и кровавые эльфы, тролли, ночные эльфы, гномы и андэды, таурены и дварфы – все, кто был возле эшафота, оказались в неведомом мире, или измерении: черного цвета земля, из которой, словно одинокие деревья, к багровому небу с пляшущим черным солнцем, тянулись громадные колышущиеся отростки, словно водоросли на дне морском, ярко красного цвета. В землю с багрового неба били черные молнии, рассыпаясь облаками черного тумана, который как бы окружал скучившихся пленников таинственного мира.
_Костер, на котором пылал Alessandro, вмиг достиг небес и все кто стоял рядом с ним бросились в рассыпную, ибо с каждой секундой рос столб этого зелено-черного демонического пламени, пока не принял в итоге облик громадной длани, держащей своими пальцами из огня и тьмы черный, как сама ночь, сотканные из самой первородной тьмы черный дымящийся кокон – яйцо.
- Капеллан, что происходит? – чуть не плача спросила маг Girl, но Mazzila лишь перезарядил арбалет и рявкнул:
- Horde Malleus, все ко мне, принять боевое построение, Stormwarrior, Easyway, постройте боевую шеренгу с правого фланга!
_Таурен посмотрел на отряд людей, который был гораздо больше численностью, и на беснующуюся толпу простых обывателей. Альянс также построился в боевые колонны, две небольшие армии смотрели друг на друга, но никто не решался нападать. И в этот самый миг на небе блеснула огромная восьмиконечная звезда, блеснула и погасла, и с ней пришла ужасная и неотвратимая смерть.
_Первыми узрели ужасы воины Альянса – из черного тумана стали появляться немыслимые уродливые твари. Все они были не похожи друг на друга, но каждый воплощал собой ужас и смерть. Огромные крылатые уроды, все покрытые шипами, ползучие не то слизни, не то черви, тыщеглазый уродливый монстр, который медленно полз, работая огромными передними лапами – ластами, оживший черный туман с сотнями щупальцев, получеловек полускалапендра с громадным фаллосом – и еще сотни и сотни невообразимых даже в страшном сне уродливых порождений бездны. Твари медленно ползли, скакали, парили, шагали, катились и как бы образовывали окружение вокруг пленников. Нет, это не пресловутые демоны Пылающего Легиона, это живой и первородный ужас Хаоса.
_Кольцо вокруг пленных сжималось, а над ужасной черной землей прозвучал громоподобный голос, который был понятен всем до единого, и голос этот рек:
- ВСЕ ВЫ – ВЛАГА ДЛЯ НОВОГО РЕБЕНКА ХАОСА, ДЛЯ ИЗБРАННОГО СУДЬБОЙ! ВАША КРОВЬ И ЖИЗНЬ ПОЙДЕТ НА КОРМ ЭТОМУ СЕМЕНИ, НИТИ СУДЕБ ВАШИХ ПОРВУТСЯ, И ИЗ РАЗОРВАННЫХ ВОЛОКОН ВАШИХ СУДЕБ СОТКАНА БУДЕТ НИТЬ СУДЬБЫ ИЗБРАННОГО! ПРИМИТЕ ВАШУ СУДЬБУ КАК ДОЛЖНОЕ, АГНЦЫ НА АЛТАРЕ ЕГО МЕЧТЫ! – и как только голос смолк на Альянс и Орду накатила ужасная волна из живых тварей нематериального мира.

- Что это, Тьма меня разнеси! – Крикнул Napas, видя как луна накрыла солнце и к месту пленения Alessandro с небес спустился огромный вихрь, из черного и багрового пламени. - КАПЕЛЛАН!!! БРАТЬЯ!!! – Napas оставил волка, ибо зверь не хоте и делать шага в сторону ужасного катаклизма, и побежал бегом к воронке. Пятеро братьев кинулись за ним. Но чем ближе приближался к воронке орк – охотник тем сильнее становился встречный ветер, и наконец он достиг такой силы, что орка просто подняло в воздух и швырнуло назад. Ломая ветки деревьев орк упал на землю, к нему подбежали его братья, которые поняли, что бесполезно приближаться к проклятой воронке, и оттащили орка по – дальше.

- Держать строй, воины! – кричал седоусый паладин – человек, и с размаху снес голову уродливому демону, который, брызгая кровью, упал на черную землю. Рядом с ним, плечом к плечу бился таурен – друид, сметая демонов грозой. Но на место каждого убитого демона вставали двое новых, кричали люди, разрываемые чудовищными когтями, хрипели умирающие орки, поглощаемые ужасными демонами, состоящими из сотен пастей и огромный зубов. В миг закричали десятки человеческих женщин и ночных эльфиек – столапый уродливый демон поднял их над собой, насадив на огромные спинные отростки – фаллосы, длинные как копья и толстые как боевые молоты. Крылатая тварь влетела в центр войск Орды и перед тем, как ее убили, сумела разрубить пополам двоих ордынцев. Здоровенный двухголовый червь открыл пасти с тысячью движущихся зубов и поглотил десяток убегающих людей, но совместными усилиями магов и колдунов Орды и Альянса, был поджарен в пепел. Хаос творился на поле бойни, на великом Алтаре, Жертвеннике для зреющего Зерна, для Избранного.

«Боль. Я падаю? Или взлетаю? Что это? Что это за алые потоки, которые несут меня вниз? Я растворяюсь в них! Боль уходит. Я умер.» - Alessandro медленно падал вниз, падал в кромешной тьме, и лишь алый поток в котором он падал ограждал его от внешней темноты. Растворялось тело, и вот уже миллиард летевших рядом друг с другом частиц смутно напоминали очертанием колдуна – нежить. «Кровь! Это кровь!!! Кровь моих врагов и… моих друзей. Этот поток – это кровь, моя жертвенная кровь» - и в это миг поток искривился, падение завершилось и Alessandro оказался в коконе из черного тумана, кровь потоками проникала сквозь туман, кровь была его ложем, кровь была его одеялом. Тьма окутало свое дитя, тьма, кровь и нечестивое пламя.

«Что это?! Неужели это все правда?! Эта смерть, от которой не уйти, эта боль? Все совсем как тогда, возле УнГоро кратера, только гораздо ужаснее и хуже.» - Думал Mazzila, и уже зазубрившийся двуручный топор снова снес мерзкую конечность, тянущуюся к нему. Миг – и огромное жало мерзкой крылатой твари с лицом младенца едва не попало в охотника. Взмах топора – и перерубленная пополам тварь, и она упала в озеро крови, крови людей и орков, крови демонов и живых. Секунды хватило, чтобы перезарядить арбалет и выстрелить в подбежавшего шипастого бронированного урода, ростом с унгроского ящера. Болт попал в нёбо пасти и удар топора довершил дело. Протяжный визг и Mazzila лишь успел повернуть голову – тварь с шестью руками – мечами летела к нему, и не было уже возможности отразить ее удар. «Вот и конец. Неужели это все правда из за тебя, Alessandro?» - Но шестирукая тварь пронзила одним мечем плечо подбежавшего таурена друида. Удар могучего молота отбросил тварь, а Mazzila успел снова зарядить арбалет и добил монстра. Израненный, хромой, весь в крови, таурен – друид Easyway криво улыбнулся капеллану и сказал:
- Вот и конец, да, капеллан? Смерть не остановить. Отступай, пробивайся капеллан, я задержу этих уродов, сколько смогу, мне все равно не жить – я даже исцелиться не могу, кровь и жизнь покидает меня.
- Болван! Какого хрена несешь чушь, в бой, брат!!! – и Mazzila разрядил три болта по очереди - и два уродливых слизня ужасно булькая, подохли. Easyway наколдовал лунный свет и мерзкая крылатая тварь упала, догорая уже в озере крови, которое уже доходило до щиколоток.
- Брат!!! – крикнул Mazzila и бросился с топором на несущегося монстра, но опоздал – зазубренное лезвие пронзило Easyway’я насквозь, захлебываясь кровью и кровавой пеной, друид кинул последнее свое заклинание – заклинания исцеления на своего капеллана, и тут же второй удар разорвал таурена напополам.
- НЕЕЕЕЕТ!!! – мощный топор разрубил демона и вонзился в дно кровавого озера. Таурен охотник огляделся – всюду кипела битва, несколько демонов окружили толпу девушек – среди которых была и Tomraider из его гильдии. Монстры не нападали, но девушки ничего не могли сделать, оставаясь пленницами уродливых тварей. Альянс и Орда бились плечом к плечу, надеясь выжить в этой мясорубке. Слева Mazzila заметил троих демонов алого цвета с щупальцами – кнутами, которые хлестали обессиленного Stormwarrior’a. С диким ревом бросился на выручку своему брату по гильдии Mazzila, запел смертоносно боевой топор и первая тварь повалилась замертво, подняв кровавые брызги. Второго одолел Stormwarrior, а третий пал от арбалетных болтов капеллана. К тауренам подбежал израненный священник – человек и перед тем как умереть – бросил на них заклинание исцеления. Не успели раны более – менее затянуться, как на охотника и воина надвинулся громадный бронированный уродливый демон – походящий на краба. С шипованных жвал стекала густая слюна и кровь жертв, на шипастой спине – панцире были насажены трупы орка и дварфа. Демон ринулся на боевых братьев, но его атака не увенчалась успехом. Mazzila изо всех сил ударил топором по опорной лапе демона. Топор разлетелся на металлические осколки, но и лапа треснула и отвалилась. Демон просел, едва не придавив охотника таурена. Stormwarrior атаковал тут же – его топор с силой ударил прямо в уродливую морду, струя крови брызнула из раны и ужасающего вида гигант осел, и больше уже не поднялся.
- Когда же кончится этот ужас, капеллан? – крикнул Stormwarrior, и в этот миг его пронзило дымящееся жало какой – то уродливой личинки, размером с кодоя. Громадный шип торчал из груди справа.
_Mazzila не слышал собственного крика. Какофония стонов, стенания, рева, звуков молитвы, треска костей, звуков работающих жвал и челюстей, ор демонов – все сейчас было едино, и было как густая смола. Тварь, напавшая на Stormwarrior’a сдохла, истыканная болтами арбалета. Mazzila откинул грозное и верное оружие в сторону – без болтов оно было бесполезно и схватил выпавший из рук Stormwarrior’a двуручный топор.
- Брат, давай, хватайся за меня, не умирай – слезы сами катились по лицу сурового капеллана, он взвалил на плечо истекающего кровью воина и попятился к остаткам сил Орды и Альянса, которые с каждой секундой уступали порождениям тьмы.
- Капеллан… я… кххх ааааррррххххх, счастлив… был быть… вашим боевым… братом. Слава… Орде… - и глаза таурена закрылись уже навсегда.
- Будь ты проклят, колдун – демон!!!!!! – Рявкнул в сердцах Mazzila и оставил тело Stormwarrior’a. Тонконогий демон, который приближался к Mazzil’е имел два здоровенных тонких лезвия, больше напоминавших ленты, в одну секунду преодолел расстояние до таурена и атаковал. Mazzila атаковал в ответ. Тонкие лапы сломались под мощью удара капеллана своего крыла Horde Malleus, тварь упала к ногам Mazzil’ы, но последним ударом отрубила правую руку таурена. Могучая рука упала в озеро крови. Мощный удар откинул Mazzil’у в сторону и он потерял сознание.

- СОЗДАЙ СЕБЯ ТАКИМ, КАКИМ ТЫ ЖЕЛАЕШЬ, ВОПЛОТИ МЕЧТУ, СТАНЬ ВЕЛИКИМ. – звучал голос внутри Alessandro. Зародыш в крови жертв стал развиваться. За спиной обозначились маленькие крылышки.
_«Я сплю. Я абсолютно спокоен. Нет больше любви, нет дружбы, ненависти, страха, боли. Я абсолютно спокоен. Я избран Судьбой и Хаосом и я стану могущественной сущностью в нематериальном мире, а потом мне суждено будет родится в мире смертных. Я абсолютно спокоен. Я вижу смерть. Я вижу как умирают мои враги, я вижу как умирают мои друзья. Все, что было дорого мне в мире живых, боле не имеет для меня цену – я лишь мощу свой Путь, путь к Мечте. Я зло? Нет, я уверен что это не так. Я тот, кто я есть. Еще совсем чуть-чуть осталось, и я расколю кокон и стану Сверхсущностью. Вы боитесь меня? Вы ненавидите меня? Вы не понимаете меня. Это всего лишь закон Упорядоченности, Выбор Хаоса, Судьба. Я абсолютно спокоен. Нет больше кровных и родственных уз, нет больше видений прошлого и этой девушки, нет более ничего, что может помешать мне воплотится Сверхсущностью. Нет более Alessandro, но есть Felwing, который вот-вот родится. Еще совсем чуть-чуть. Мой час сейчас пробьет. Я абсолютно спокоен. Что есть жизнь в мире смерти? Капля, камень дороги, ведущей во Врата, нет жизни, нет смерти, есть Движение. Вы проклинаете меня, вы проклинаете этот день. Вы проклинаете случайность. Но вы не виноваты в том, что случилось, как не виноват и я. Я лишь капля в океане Хаоса, но капля, на которую попал луч света. Случайность. Упорядоченность. Судьба. Пройдя по дорогам жизни, умерев и идя по пути смерти, втянутый в бесконечную войну, взлетевший и потерявший все надежды. Мертвый. Я абсолютно спокоен. Это мой выбор – это моя мечта, а то, что вы оказались на дороге шторма, вырывающего древа ваших жизней – это лишь случайность, это Судьба.»

_Mazzila открыл залитые кровью глаза. Левая нога отозвалась ужасной болью в районе копыта. Охотник потянулся к больной ноге левой рукой – изуродованное копыто и нижняя чат ноги отозвались дикой болью. Не выпуская из руки топор покойного Stormwarrior’а, Mazzila поднял взгляд – он лежал в озере крови, последний десяток людей и трое ордынцев бились против порождений ужаса, но исход их боя был уже известен. Лохматый уродливый треногий демон с вытянутой головой, напоминающий женскую промежность, целиком заглотил израненного человека -паладина, того самого, который возглавлял отряд Альянса. Громадная не то черепаха, не то слизень с панцирем, утыканным шипами, на которых были насажены более десятка людей, и несколько ордынцев, медленно наступал на последних сражавшихся. С разорванной одеждой, скрученные по ногам и рукам две человеческих девушки, одна ночная эльфийка и Tomraider висели над землей, схваченные демонами, будто те решили оставить девушек на закуску. Живой черный туман с сотнями отвратительных щупалец наступал слева. Мгновение – и прямо в центре остатка войск живых из-под земли появился огромный не то богомол, не человекоскорпион, и принялся рвать живых. С яростным криком, насаживаясь на смертоносное жало, орк воин последний раз воткнул свое копье и убил демона. Это был тот самый орк, который помогал Мазззиле со своим отрядом рубак. Слизень навалился всей тушей на оставшихся живых и в мгновение ока огромный язык отправил последних в поганую утробу твари. Демоны развернулись в сторону нечастного охотника – таурена, и в этот миг по кровавому озеру прошла дрожь.
_Огромная пылающая Длань застыла. Пламя больше не полыхало, а скорее походило на салатово – черный лед. Демоны в благоговении уставились на Длань и черный кокон. Длань медленно разжалась, так, что кокон оказался на раскрытой ладони. Черная молния невиданной силы ударила в такой же черный кокон, и маленькая трещинка побежала по идеальной черной оболочке. Еще миг – и еще одна салатовая трещинка появилась на коконе.

_«Я воплотился! Какой восторг! Я сделал себя таким, каким я хотел. Тем, кто всегда таился в глубине моей души. Осталось лишь принять дар и родится в мире смертных. Я свободен!»

_Ростом выше любого таурена и эльфа, с крыльями из зеленого демонического пламени, в пылающими черно – зеленым огнем глазами на дно кровавого озера опустился прекрасный в своем величии и ужасный в своей силе демон. Мощное, мускулистое тело, казалось не принадлежало ни одной расе, оно же и было броней этого демона, черно – зеленой броней. На голове был слитый с телом, с природной броней ужасный шлем, с короной из шипов.
_Демон жестом приказал поднести к нему девушек. Бедняжки бились в ужасе, и вот пылающие крылья накрыли сперва одну, потом вторую – новорожденный демон наслаждался женскими прелестями, доставляя пленницам ужасную боль. Боль, кровь, наслаждение, смерть – он срывал последние ростки, рвались последние судьбы на Его Алтаре.
- Тварь!!! – Рявкнул Mazzila, и подползая к отродью, который когда-то был его боевым братом, замахнулся топором Stormwarrior’а. Тяжелая когтистая лапа какого-то демона вдавила таурена в дно озера, Mazzil’a поднял взгляд на новорожденного демона – и последнее что он увидел – это как тварь приступила к последней жертве – к Tomraider, дальше была боль, в глаза впились когти и уже слепой охотник потерял сознание.

_«Как это прекрасно! Я абсолют! Сейчас я должен родиться!» - Felwing откинул последнюю девушку – эльфийку крови охотницу и рассмеялся. Демонический смех сотряс небосвод, который в единый миг стал трескаться, демоны стали снова превращаться в черный туман, сквозь трещины пробивался бледный свет, а великий Избранный смеялся, пылая демоническим зелено-черным огнем. Наконец столб пламени достиг неба, небосвод окончательно разрушился, и все исчезло.

_Омилии внезапно стало плохо. Молодая эльфийка крови – колдунья упала на колени прямо за пещерой ночных тенетников, что рядом с деревней нежити Дарккнель. Бедняжка тут же не в силах держаться даже на коленях, упала на спину. Живот начал за считанные секунды расти, начались схватки, и эльфийка крови закричала – и родила. Маленький черный отвратительный сгусток начал шевелиться из него в миг начал подниматься силуэт, который рос прямо на глазах у плачущей эльфийки. Наконец тот, кто родился, принял свой облик – бледновато – сиреневатая кожа андэда, безглазое, крест накрест заклейменное лицо, светлые длинные волосы. Голый мертвец расправил плечи и отвернулся от эльфийки крови. Сердце бедняжки не выдержало, и она умерла.

_- Отец, что творится с коровами? – маленький Огюст в ужасе подбежал к бородатому мужчине, который сам в ужасе смотрел на беснующихся животных. С сосцов коров текло черное, как ночь, молоко.

_Тауренша из круга Ценариона по имени Маэльтина с ужасом наблюдала, как год назад посаженные деревья вокруг поста Ценариона поражаются какой-то неизвестной черной болезнью. Стволы, листья, - все покрылось черным налетом и в единый миг молодые деревца рассыпались прахом.

- Святой отец, что происходит!? Боже спаси нас! – кричали прихожане, которые наблюдали ужасное явление – образа святых начали «плакать» черными слезами.

Старый орк – охотник попятился назад. То, что наблюдал он, было в его жизни в первые – маленькие кабанята, только что рожденные напали на свою мать и загрызли ее откуда ни возьмись взявшимися огромными зубами, а потом сами распались на черные облачка пыли.
- Вот дела… - прохрипел седой орк и поковылял домой.

_Молодой гном - чернокнижник принялся вызывать своего первого подручного демона – маленького импа. Руны накладывались одна на другую, заученные слова мерно повторялись в последний раз… Внезапно вместо импа перед гномом появилась черная воронка. Нечастный ничего не успел предпринять: его затянуло в воронку и разорвало на куски.

_Братья Horde Malleus, во главе с Napas’ом медленно стали подходить к месту, где совсем недавно был чудовищный вихрь пламени. То, что увидели они в низине, заставило затрястись от ужаса даже самых прожженных битвами рубак.
_Перед глазами ордынцев предстало озеро из крови, внутренностей и разорванных тел. Остатки людей, орков, гномов, тауренов – всех, кто попал в этот ужасный смерч, плавали или лежали на дне озера. Эльфийка Shelest не выдержала и ее вырвало, она поторопилась отойти от ужасного места.
_Со слезами на глазах, четверо братьев Horde Malleus спустились и вошли в ужасное озеро. Вот показалось разорванное изуродованное, едва узнаваемое тело друида Easyway’я, вот разорванное тело андэда Kenpach, словно пережеванное огромными челюстями. Napas внезапно бросился вперед, подняв кровавые брызги. В крови, головой на чьем-то изуродованном торсе, на спине лежал капеллан своего крыла гильдии Horde Malleus, охотник – таурен Mazzila.
- КАПЕЛЛАН!!! БРАТ!!! НЕЕЕЕЕТ! Закричал в безумстве Napas и схватил изуродованного таурена за израненные плечи. Правой руки не был вообще – лишь кость сразу после локтя и ужасающим, словно откушенным, куском мяса. Нижняя чать левой ноги была сильно изуродована. И глаза. Их попросту не было, ручейки крови стекали по слепому лицу таурена. Орк в безумии продолжал трясти тело капеллана и кричать. Он не верил, что ТАКОЕ могло случится, хотя и был закаленным бойцом. Внезапно рука таурена сжала его, совсем несильно, и капеллана тихо, выплевывая кровь, проговорил:
- Слишком… сильно трясешь… брат… Napas. – и тут же таурен потерял сознание.

_В Шадовпрей Вилладж, к шаману принесли таурена, живого, но изуродованного каким-то ужасным сражением.
- Он выживет? – Орк – охотник был хмур. За его спиной в одинаковых табардах с Восьмиконечной Звездой стояли четверо его согильдийцев.
- Я сделаю все, что смогу, все будет зависеть только от него. – Старый шаман кашлянул и жестом велел гостям уходить. Ему предстояло не мало бессонных ночей врачевания и ритуалов.
- Кто же сотворил такое с тобой, охотник. Такой черной ауры я не видел никогда в жизни… Но я сделаю все, чтобы ты выжил. – старый знахарь принялся рассыпать по обнаженному телу таурена какие-то травы и принялся призывать духов. Бой за жизнь таурена охотника Mazzila начался.

P.S. Автор благодарит Кентаро Миуру за роман в картинах (мангу) – «Берсерк» (“Young animal” – “Berserk” ) за вдохновение к сюжету о смерти Alessandro и перерождении его в Felwing’a Пылающие Крылья. Также отдельные благодарности композитору Сусуму Хирасаве за оригинальные саундтреки к аниме «Берсерк», которые вдохновляли автора на протяжении написания нескольких последних глав. Знакомым с сюжетом манги и аниме «Берсерк» и имеющим саундтреки пожелание – читайте эту главу (этот рассказ) под саундтреки – “Behelit”, “Murder”.
P.P.S. Не кидать тапками за достаточно злобный рассказ.

[WARG]

Мститель.

- Сосредоточься. Тебе придется смотреть не глазами, но духом! Давай! Сейчас ты должен будешь метнуть нож в шар энергии, который я призову! Смотри духом или будь слепым до конца дней! - старый тролль - шаман снова вышел из - себя после очередной неудачной попытки Mazzil'ы открыть в себе внутреннее зрение. - Давай, я не буду повторять тебе сотню раз! Или ты сделаешь это - или пусть тебя заберут Те, от кого ты чудом спасся!
_Таурен с силой сжал челюсти. Черная молния воспоминаний отозвалась во всем теле ноющей болью. Вдох. Выдох. Тишина. Лишь легкий океанский бриз колышит волосы на голове. Вдох. Выдох. Темнота вокруг так и осталась просто непроглядной темнотой. Вот уже как три месяца назад таурен охотник, бывший глава своего крыла гильдии Horde Malleus, пришел в себя, оттолкнув распростертую и готовую схватить руку смерти. Нога зажила, вместо правый руки, чуть ниже локтя была, замотанная в кожанные повязки, культя. И все же он выжил. Слепой, без руки, лишенный всего - те братья, которые остались в живых после страшного катаклизма, точнее те, кто просто не был в сердце ужаса, не посетили его ни разу. Да и живы ли они, не известно. Вдох. Выдох. Тьма все такая же густая, но... среди тьмы теперь виден серый шар, в самом центре! И молнии!!! Таурен протянул левую руку и метнул кинжал прямо в серый шар. Ничего не произошло, серый шар лишь дрогнул и остался на месте. И через секунду таурен увидел знакомые места Пустошей, окраину деревни троллей, и самого старого знахаря. Все было как в тумане и лишь в двух цветах - черном и белом.
-Поздравляю тебя, охотник, теперь ты видишь духом. Твой слух и обоняние, твоя чувстсвительность, которые стали гораздо сильнее за все это время, теперь усились еще и внутренним зрением. Ты молодец. Любуйся - теперь это цвета твоего мира.

_Шли дни, Mazzila привыкал видеть мир в черно - белом цвете, каждый день проходил в тренировках - метании кинжалов, боях одноручным оружием, беге, охоте. И с каждым днем крепла в душе жажда мести. Проклятые твари Хаоса, проклятые Темные Боги... и он, тот, кто предал всех, дабы вознестись. Он теперь где-то здесь, на этой земле, в своем новом теле. Эта тварь, этот ублюдок... Alessandro. Таурен знал лишь одно - Сын Хаоса в этом мире, и он должен отплатить за все. В памяти всплыли картины бойни, несчастная эльфийка Tomraider в объятиях чудовища... Он заплатит за все. Предатель...
- Mazzila, теперь ты полностью выздоровел и я не в праве более задерживать тебя, хоть ты и очень хорошо помогаешь мне, старику. У меня для тебя есть подарок, но вот только примешь ли ты его...
- О чем это ты, Стрианварах?
Тролль помолчал и начал свой рассказ:
- Давно мы с моим страринным приятелем бились в битве с порождением Внешних Земель - с могучим демоном... И одолели его. После победы я забрал себе в память и как реагент его правую руку. Она до сих пор жива и... ритуалом я могу сделать так, чтобы эта рука стала твоей. Но я не могу сказать, что случится с тобой после этого, и останешься ли ты тем, кем был до этого...
- Я прерываю тебя, мудрый шаман чтобы сказать - я согласен на все. Я должен отомстить, и если для этого мне придется поделить свое тело с демонической плотью - я согласен.
- Ну чтож, да будет так... надеюсь, твой гнев не приведет тебя в бездну...

- Бегите!!! Все, скорее!!! Беги... - крик прервался - арбалетный болт пронзил голову кричашего человека и вылез изо рта. Трое молодых дварфов бросились на таурена с алебардами. Взмах ужасающего топора - и двое перерубленных воинов упали на землю. Третий дварф закрылся щитом, но и это его не спасло. Последнее, что он видел - это как ужасный красно - фиолетовый кулак пробил его щит и... дальше была лишь тьма и боль.
_Охотник с демонической рукой и каким-то зловещим блеском в глазах скрылся в зарослях, оставив после себя лишь четыре окровавленных трупа.

[WARG]

Встреча

_- Вижу! Вижу великие перемены! Король придет! Король Тьмы! Легионы неживых волной накатят на привычный всем мир! Будет война! Новая кровавая война! Еще вижу старые, древние силы, почти забытый Великий Хаос! Сын Его уже в мире живых, сын воплощенный, но не познавщий истины в новом теле. Дальние Боги, боги тварей крылатых и тварей ползучих снова попытаются изменить лик мира. Смерть и холод, Хаос и Тьма, Болезнь и Изменение грядут!Вижу! Вижу это!!! - старая орчиха шепелявила и от этого голос ее звучал еще страшнее и таинственнее. Таурен молча сидел возле небольшого костерка, напротив старухи. Орчиха замолчала закрыла блеклые слепые глаза. Таурен поправил повязку на глазах, некогда зрячих, но теперь уже никогда не увидящих краски этого мира, лишь внутреннее зрение, мир в полусерых тонах- это и был удел Маззилы.
- Молодой ты еще, охотник, но вижу на твоем сердце отпечаток древних сил, и... - орчиха запнулась и что-то прошептала, видимо обережные слова - и печать жертвы.
- Не стоит об этом... - глухо проговорил охотник. Чудовищная демоническая рука сама легла рукоять громадного топора. В памяти пронеслись ТЕ САМЫЕ минуты. Последний бой, ужасы Хаоса, воплощение того, кого некода звали Алессандро. Алессандро. Челюсти сжались еще сильнее, в груди заклокотало пламя ненависти.
- Здрава будь, старая... Спасибо за предсказания. - Охотник положил перед старой орчихой небольшой кошель золотых, а также оставил остатки магических реагентов, которые орчиха попросила его купить дабы войти в транс и заглянуть за кромку времени на несколько мгновений.
- Месть приведет тебя к смерти. - сказала старуха и отвернулась. Охотник не отреагировал, лишь медленно поднялся и вышел из шатра. Вокруг лежали степи и ночь в них была прохладна и наполнена разнообразными звуками. Медлено охотник таурен побрел в сторону лагеря Таурахо, что находился в нескольких часах хотьбы. "Кто бы ты ни был сейчас, Алессандро, я найду тебя и те, кто был принесен тебе жертву, будут отомщены."

_Иглогрив не успел добежать до молодого, если так можно сказать о мертвецах из отрекшихся, чернкнижника. Душа врага последний раз блеснула в камне и застыла в нем навсегда. Фелвинг усмехнулся и направился в логово иглогривых, в их лабиринты, где ему нужно было убить одну мерзкую тварь - старую чародейку иглогривых - Чарглу. Верный демон бездны периодически бормотал на наречии демонов, и покорно отправлялся в атаку на следующего врага, потом все это повторялось, пока чернокнижник, его хозяин, не добрался до высокой хижины, в которой жила старуха Чаргла. "Хех, ну это будет не сложно, я сыграю над ее трупом реквием."- подумал Фелвинг, и демон бездны с ревом рванулся в хижину. Свиномордая старуха пронзительно взвизгнула. волна магии окатила чернокнижника. но было уже поздно. порча и стрела тени сделали свое дело и труп старухи упал на землю возле демона бездны. Чернокнижник достал скрипку и принялся играть над трупом поверженного врага. Откуда у него были умения игры на скрипке он и понятия не имел, ровно как не помнил свою жизнь живого. Музыка полилась как только смычек коснулся струн, захватила чернокнижника, как это всегда бывало и понесла по миру образов и представлений.

_"Скрипка?! НЕ МОЖЕТ БЫТЬ!" Таурен практически ощутил жар гнева, исходящий от него. Ноги сами понесли опытного охотника на звуки музыки. "Ошибки не быть не может!" Все тело отозвалось болью и решимостью. источник музыки приближался, таурен достал чудовищный арбалет. Демоническая рука, таинственный и опасный подарок старого тролля - знахаря, казалась, пылает пламенем, настолько сильно было жжение. Выскочив из очередного поворота лабиринтов иглошкурых, охотник увидел чернокнижника андэда. Те же длинные светлые волосы, то же лицо, с прибитыми крест накрест ремнями, если это был не он, то мир должен бы рухнуть в пропасть и развалится на куски. Маззила выпустил болт, который пробил наспех собранный щит чернокнижника от жертвоприношения демона бездны. Подобно тряпичной кукле, андэда отбросило к земляной стенке лабиринта. Болт пригвоздил чернокнижника к каменной глыбе, попав в грудь, в районе ключицы. Охотник достал громадный двуручный топор и направился к пригвожденному чернокнижнику. Жажда мести рвала остатки души и сознания. Чернокнижник наколдовал порчу, но заклинание лишь блеснуло вспышкой и рассеялось.

_"Чертов безумец, кто это и почему он накинулся на меня?" - подумал чернокнижник, а таурен охотник с повязкой на глазах достал громадный топор и быстро приблизился к своей жертве.
-Тварь, это тебе за всех них!- размахнулся топором охотник и внезапно удар прервался и топор вместо того чтобы разрубить чернокнижника, плошмя упал на голову андэда. Мир в глазах колдуна потух, и он уже не видел как разбойник тролль осыпал безумного таурена градом ударов.

_-Глупец! НЕ стой на пути моей мести!- взревел таурен и, отбив наконец атаки тролля схватил его демонической рукой и отшвырнул на каменную глыбу. Тролль застонал сделал пару шагов, зашатался и упал. Темный охотник развернулся и на его пути встал уже не просто чернокнижник. В ареоле ярко салатового цвета с пылающими неистовым зеленым огнем глазами стоял андэд. Нет, это еще не был воплощенный Сын Хаоса, но сущность завладела телом заново рожденного, и теперь охотнику противостоял андэд с разумом и частицей силы Сыны Хаоса. ПОток темной энерги откинул охотника, но тот успел всадить болт в грудь андэда. Сияющий салатовым светом андэд даже не отдернулся, и лишь поднял руку. С пальцев андэда сорвалась стрела тьмы и ударила в грудь охотнику. Любой другой уже умер бы от такого удара, но охотник Маззила жил своей ненавистью, демоническая рука в миг вспыхнула алым пламенем и дико взревев, таурен кинулся с громадным топором в атаку. Андэд раскинул руки. демоническая сила отшвырнула охотника к противоположной стене, топор выпал из рук и упал к ногам с металлическим звоном.
_-Ничтожество, ты не тронешь меня, настанет время и Фелвинг станет тем, кем должен стать,ты не помешаешь этому. Отправляйся в след другим жертвам! - андэд вскинул руку, и в этот момент Маззила у прыжке рубанул наотмаш топором. Лезвие топора расколость, андэда отбросило в сторону, сияние салатового цвета пропало, и враг охотника снова стал наопытным чернокнижником. Андэд пришел в себя, рана была практически смертельной, андэд лишь поднял голову наствречу поднимающемуся чудовищному арбалету, как в этот самый миг из тела охотника вылез сначало один потом второй клинок. Кровавая слюна потекла по могучему подбородку, арбалет выпал из рук. Разбойник тролль вытащил мечи и толкнул таурена в спину. Охотник упал на колено и проговорил - прохрипел последние слова:
- глупец... бойся...его. - и могучий охотник упал на землю, истекая кровью.
- Благодарю... - прохрипел чернокнижник. - Безумец...
- Молчи. Сейчас перебинтую тебя. Мое имя Мерфитис.
- Фелвинг.
- НУ чтож Фелвинг, Наверное это судьба. Я как раз искал в свой клан чернокнижника.- и тролль улыбнулся. При слове "судьба" почему то чернокнижник едва не потерял сознание и видно было что преде глазами его пронесся какой-то странный образ.
- Судьба. ТЫ... прав. Рад вступить к вам...
- Вот и отлично. Пойдем. Тебе у нас понравится...
Хромая,опытный разбойник-тролль и андэд зашагали к выходу из кургана иглогривых, и лишь одно слово носилось в голове Фелвинга - Судьба. Позади истекал кровью безумный таурен охотник, бывший глава своего крыла гильдии ХОРДЕ МАЛЛЕУС, которое было принесено в жертву Хаосу. Он был последним из своего крыла потому что те, кто выжил и не попал в воронку, уже давно погибли. И Напас, и Шеллест. Теперь к ним наконец шел и их капеллан.

[WARG]

Хранители Теней и тени Могущественных.

_- Взвод Экзарха! Держите оборону на перевале! Остальные - за мной! Штурмуем Укрытие Каменного Очага! В бой!!! - Мерфитис осадил черного боевого медведя, тот яростно взревел и кинулся вперед. Неудачливый гном не успел отпрыгнуть от могучего, мчащегося с большой скоростью, ездового медведя, и его жалкое тельце курьезно поломанное, как тряпичная куколка, отлетело в сторону. Впереди кипела битва, на центральном поле Альтеракской Долины сошлись легионы Орды и Альянса, и Смерть пела тут свои гимны, а Хаос творил тут свой безумный танец.
_На подступах к бастиону взвод орков-воинов сминал ряды противника, Мерфитис с отрядом своих воинов из клана ХРАНИТЕЛЕЙ ТЕНЕЙ мгновенно форсировал место схватки и спрыгнув с боевого медведя, всадил меч в горло отступающего к лестницам башни дварфа - воина. Рыжебородый дварф сделал еще пару шагов по направлению к лестнице и, истекая кровью, завалился на бок.
- Вперед, Хранители! - и Мерфитис первым бросился на ряды защитников. Слева его страховал воин Мадьяр, справа был воин Ррумба, позади Лелечка и Фелвинг осыпали ряды врага смертогносными болтами тьмы и огня. Гарнизон башни пал в считаные минуты, и тролль - разбойник Мерфитис водрузил знамя Орды на флагштоке поверженнго бастиона, а внизу, за бойницами, на поле брани кипела битва...

_- Выпьем же за отличную службу, братья и сестры! - Мерфитис поднял кружку с пенящимся орочьим пивом, и все остальные последовали его примеру. Таверна была полна народом, шумели орки, неуклюже, стараясь никого не зацепить, что в прочем им не удавалось, ходили таурены; бард-нежить играл на лютне веселые песни ,посвященные победам Орды, два пьяных эльфа крови танцевали на столе, весело напевая на своем языке песни о давно минувших временах; было тепло и весело.
- еще один тост! За ХРАНИТЕЛЕЙ ТЕНЕЙ!!! За лучший клан Орды! За наш любимый клан! - Встал громадный таурен - охотник Гонтлес, и в ответ на тост послышали дружные крики гильдийцев. Фелвинг осушив кружку с пивом, принялся играть наскрипке, а изрядно подвыпившие Экзарх и Неш достали гитары и таверна наполнилась громкой и веселой музыкой, бард -нежить не отстал, и подключился к музыкантам, подыгрывая им на лютне. Мультик и Мерфитис пустились в пляс, могучий, закованный в кольчужные доспехи таурен - шаман Старый накатил сеще пива и тоже пустился в пляс. Скоро вся таверна ходила ходуном, дышала табачным дымом и голосила на все лады смехом, веселыми криками и музыкой. Отличались от всех собравшихся в таверне лишь двое - тролль воин и эльфийка крови. Лица их были скрыты капюшонами, а на груди несколько зловеще сияла таинственная восьмиконечная звезда. Они выглядели так, будто обладали могущественными знаниями, как будто они пришли из далекого прошлого.
_Народ из таверны разошелся только к глубокой ночи. Фелвинг мделенно брел к оргримарским воротам, как вдруг из тени вышли двое. Чернокнижник отштатнулся, это были тролль воин и эльфийка крови - жрица. Фелвинг в мгновение ока призвал стража Скверны, и могучий демон грозно рявкнул, показывая непрошенным попутчикам, что он в любой момент готов разорвать их в клочья. Но ни тролль ни эльфийка не сделали ничего такого, чего ожидал Фелвинг. Они не напали, а напротив, поклонились и отсалютовали чернокнижнику, озадачив его еще больше.
- Слава Темным Богам, принц! - сказала холодно эльфийка жрица, и склонила голову. Тролль вторил ей:
- Слава Темной Восьмерке.
_Чернокнижник понял, что напоролся на каких то сектантов какого-то очередного безумного культа, и хотел уже было ответить грубостью этим непрошенным гостям, как вдруг эльфийка проговорила:
- Ищи меченых Тьмой, принц. И не забывай о нас. - Фелвинг уже открыл рот сказать что-то в ответ, но лишь туман был перед ним, и ни жрицы, ни воина поблизости не было. Полная луна вышла из за облаков, послышался вой варгов. Чернокнижник тряхнул говой и внезапно в голове мелькнула хаотическая мысль, которая сбила нежить с толку и засела прочно в сознании - "Ищи Луну Хаоса, он поможет тебе идти по Твоему Пути". Вслед за ней возникли еще два каких-то странных сочетания - "Разрывающий гнев" и "Кровавый Ручей". Фелвинг подумал. что в этот раз не стоило мешать орочье пиво, дварфский мед и вино эльфов крови. Решив что оставит все думы на завтра, чернокнижник завернул за угол и направился от ворот к Волоку, где намеревался вздремнуть, если получится отогнать рой мыслей...

[WARG]

Возвращение Темного Охотника.

__-Это точно он, Ёркхар! Посмотри на него, на его руку! – молодой тролль пристальнее посмотрел на лежащего перед ним таурена. Орк, стоявший несколько позади тролля указал другу на правую руку Маззилы. Тролль взглянул и ужаснулся. Правая рука таурена была багрового цвета, с черным пульсирующими венами, временами, казалось, на коже вспыхивали какие-то непонятный пугающие руны и письмена.
-Да, это точно он. Учитель верно указал нам на эти пещеры. Он сейчас в пределах. Вернется ли он в свое израненное тело или уйдет навсегда – зависит сейчас и от него и от нас. Ставь тотемы брат Вартронг. – Орк быстрым движением один за другим стал втыкать в землю тотемы. Силы стихий в миг взвились ввысь, послышался низкий, едва уловимый гул. Тролль, сидящий перед полумертвым тауреном, тоже стал расставлять свои тотемы, и вот уже восемь небольших символов стихий в правильном магическом порядке возвышались над поверженным охотником. Ёркхар обошел лежащего и сел напротив своего друга орка, брата по шаманскому мастерству. Орк в свое время тоже сел, скрестив ноги и положив руки на колени.
Мало по-малу свод Терновых Пещер или как его еще называли – Логова Иглошкурых огласились хрипловатым пением. Духи стихий сплелись в едином завораживающем танце, поглотив в своем вихре молодых орка и тролля и лежащего неподвижно слепого израненного таурена.

__Маззила медленно брел по туманной долине. Туман то затягивался так, что не было видно протянутой руки, то отступал, открывая за своими покровами сумрачные дали, едва заметный холмы. Под ногами, подобно морским волнами колыхалась высокая трава. Медленно, точно живая, она покачивалась, извивалась при полном спокойствии ветра. «Так легко, и с каждым шагом становится все легче свободнее»-думал таурен. «Где я? Почему тут так тихо и спокойно? Память… Я помню, что сражался… но с кем? Я проиграл и пал в битве? Наверное так и есть… Тут так хорошо… Просто надо идти вперед». Таурен шел, и взору его мало по-малу стал открываться берег неширокой мелкой реки. Кристально чистая вода, в которой таурен увидел свое отражение, блестела в тусклом свете не то бледного солнца, не то через чур яркой луны. Но более всего таурена поразила картина на другом берегу. Высокие строения его народа, расположенный на холмах, чем-то напоминали Громовой Утес, но только были в сотни раз красивее. Они сияли каким-то приятным светом, а над городом стояло зеленовато-голубоватое зарево Улочки города были украшены каким-то затейливым кустарником, бегали и игрались маленький тауренчики, женщины и мужчины прогуливались не спеша и о чем-то беседовали. Охотники и и воины, друиды и шаманы – тут были все. Позади города виднелся лес, который был не менее чудесным, чем сам город. « Впервые Маззила удивился тому, что так четко, в таких сочных цветах видит всю эту картину – он точно помнил, что ослеп, и что мир его до прихода на эту поляну был тусклым и серым. Таурен снова посмотрел на свое отражение в воде. На теле не было не единой раны, глаза блестели живым блеском. Вот только живым ли…Таурен сделал шаг и подошел вплотную к воде, но голос, раздавшийся за его спиной остановил его.
-Постой, Маззила. Не спеши переходить эту реку. - Таурен обернулся и увидел молодого тролля. Тролль был в кожаных одеждах, с многочисленными обрядовыми бусами на шее, серьгами и оберегами. Вокруг него сиял приятный зеленой ореол света.
- Таурен, подумай, все ли ты завершил Там? – на этот раз голос принадлежал молодому орку - шаману, который встал рядом с троллем.- Все ли ты сделал в мире живых?
- В мире живых? – проговорил таурен. –Стало быть я мертв…
-Еще нет. Мы сейчас в Пределах. Там, за рекой город мертвых, они наслаждаются своим бессмертием. Но подумай и вспомни – все ли ты завершил в мире живых, можешь ли ты отбросить все то, что было и перейти эту реку?
И Маззила мало по момалу стал вспоминать, и с каждым воспоминанием в него возвращалась боль. Вот перед ним мелькнуло лицо старого тролля Стрианвараха, картина сменилась ритуалом присоединения демонической длани. Мелькали картины битв,. Таурен видел себя во главе своего отряда, своего крыла Хорде Маллеус, он видел своих боевых товарищей, своего друга андэда Алессандро. Боль начала рвать тело. Таурен застонал. Картины, проносившиеся дальше в памяти таурена заставили его упасть на одно колено и яростно взреветь. Он видел озеро крови, демонических тварей, видел гибель каждого своего товарища, перекошенные страхом и болью лица воинов альянса и товарищей своей гильдии. И он увидел его. Он видел его вознесение. Он видел момент рождения. Каждая капелька крови, каждая мертвая душа давала ему силы. Он видел рождение Дитя Хаоса, слышал, как кричали боевые подруги его крыла гильдии в лапах отвратительных тварей и как умерла в объятиях этого демона, этого предателя, ублюдка, эльфийка Томрайдер.
- Мразь!!! Ублюдок!!! – Таурен хрипел, боль бросила его на землю и теперь он заливался слезами, изо рта шла кровавая пена. Мир стал для него снова блекло-серым, боль рушила границы сознания.
- Дай нам руки, таурен. Мы возвращаемся. Стрианварвах вовремя нас отослал к тебе. Тот, кто уничтожил твой отряд, убил твоих друзей угроза всему привычному мирозданию.
Маззила поднялся. Ярость, клокотавшая в нем рвалась наружу. Он протянул троллю свою чудовищную правую руку а орку подал левую.
-Мы возвращаемся в мир живых, таурен – сказал орк ,старясь делать вид, что не замечает багрово-алого демонического сияния, которое окутало тело Мазилы.

__Темный охотник Маззила очнулся. Боль раздирала все тело и тащила его обратно в мир беспамятства. Орк и тролль соорудили носилки из лиан терношипа и подошли к таурену.
-Не двигайся и не разговаривай твои, жизненные силы поддерживает лишь огонь твоей ненависти и мести. Учитель исцелит тебя. – тролль подхватил таурена, тот застонал и чуть было не потерял сознание. Орк и тролль уложили таурена на носилки и медленным шагами вместе с раненым стали выбираться из пещер. Маззила лежал на носилках молча и чувствовал как всежигающее пламя мести полностью возвращает ему волю к жизни, и, кажется, исцеляет его раны. Смысл его жизни был один – отомстить за друзей и уничтожить эту тварь, которая когда-то была его другом.

[WARG]

Предчувствие грядущей бури.

__Ночная эльфийка осмотрелась по сторонам. Она и без того, прекрасно знала, что поблизости никого нет, однако пристально вгляделась во тьму. Легкий ветерок ласкал прекрасное лицо эльфийки, шелестели листья, и тихо волновалась густая трава. Тиренд Шепот Ветра, Великая жрица Элуны была совсем одна. Колыбель Мира, источник жизни – Великое Древо тянуло свои величавые руки-ветви к небу, к полной Луне, как бы восславляя ее, или взывая к ней. Хиджал был прекрасен как никогда: небольшими стайками летали серебристые сияющие ночные бабочки, где то в кронах деревьев, сокрытые от взглядов, стрекотали и пели брачные песни волшебные дракончики. Тиренд благоговейно вздохнула, дивясь этой безмятежности, безмятежности, которой в скором времени должен прийти конец. Именно так думала Тиренд, именно на это намекали ее вещие сны. Токи сил мира едва заметно начали меняться, даже элементали, первородные духи стихий пока еще слабо заметили это, однако она, жрица Элуны, почувствовала это. Изменения были столь незначительны, что никак не могли отразиться на мире, но это только пока. Именно поэтому она пришла сюда, чтобы спросить совета у Великой Вестницы, той, чья связь с Элуной была еще больше чем у нее, той, которую ни один ночной эльф не мог увидеть при жизни, кроме нее Элиарьнэке, Великая Вестница, была духом ночной эльфийки, которая не вознеслась в Великие Леса Элуны, а добровольно осталась духом Рощи в Хиджале, дабы в трудные минуты мира нести весть от Богини и предрекать то, что еще не свершилось.
__-Элуна, благослови меня и мой народ! Слава тебе, Великая Богиня! – тихо прошептала Тиренд на древнем наречии. – Сестра моя, Великая Вестница! Откройся мне и дай ответы! Молю тебя и взываю к тебе! – теплый, почти жаркий ветер подул прямо в лицо жрице, потом как будто закружился вокруг нее, и сменился тут же свежим, прохладным ветерком. Через пару секунд отдельный травинки под ногами Тиренд засветились голубовато белым светом. Свет этот стал образовывать небольшую тропинку, и жрица, не медля, легко зашагала по ней. Тропинка привела Тиренд в Рощу, к ничем не приметной, молодой сосне. Как только эльфийка наступила на круг сияющих травинок, снова подул ветер. Он был одновременно и теплым и прохладным, неземным, казалось даже, что он, этот ветер, имеет сверкающие очертания. Ветер обласкал Тиренд и закружился сияющим вихрем вокруг сосны. В единый миг вихрь пропал а из ствола дерева показалась фигура прекрасной эльфики или дриады, она как бы тянулась прямо из дерева и сама была частью его. Тиренд почтительно склонилась.
- Встань, Тиренд, сестра моя! Богиня приветствует тебя и я приветствую тебя! Я ведаю, что ты хочешь узнать и дам тебе ответы, те, которые известным мне.
- Благодарю тебя, Великая! – Тиренд подняла голову. – Элиарьнэке, Великая Вестница, что грядет? Что будет в ближайшее время с этим миром? Я чувствую легкое изменение токов силы, и меня мучают сны, сны, в которых наш мир поглощает Неведомое, Тьма воскрешается и Небо разрывается Звездой Хаоса! А солнце теряет свет и превращается в око мертвых, становится черным! – Тиренд вздрогнула. – Великая, открой мне истину!
__Великая Вестница вздохнула, и голос ее зазвучал словно горный ручей. – Грядет время перемен и время выбора. Токи мира меняются, и скоро произойдет или гибель мира, или его обновление. Кровавое и пылающее обновление. Там, где принят дар Хаоса, Дитя найдет себя и станет Принцем. И Тьма окутает его и за ним весь мир. То, что видела ты – ты стон и слезы мира, мира, которому суждено страдать! Восемь Неназываемых возродят Тьму и вернутся, чтобы создать новый мир. Но это можно предотвратить. Мир будет страдать все равно. Но вижу я лишь его гибель, которую принесет Принц, Дитя Хаоса, и вижу то, что все это можно предотвратить. Но смерть все равно будет плясать и сеять свои семена на почву Азерота, и пламя будет поедать живое. Но это будет лучше, чем конец. Вы должны уничтожить Принца. Лишь слезы Богини в руке Гневного, на оружии его могут остановить Затмение! Сестра! Я сказала все, что ведомо мне. Ищите его, найдите и уничтожьте, иначе мир обречен. Все сущее обречено. А теперь прощай, Тиренд Шепот Ветра. Спеши и скажи это смертным. Все должны объединиться, чтобы мир выжил. – Договорив последние слова, на сосну обрушился столб лунного света и Вестница исчезла.
- Слава тебе, Элуна! – быстро прошептала Тиренд и поспешила скорее из рощи, не медля ни секунды она должна сообщить правителям Альнса о грядущей беде. Но помимо них, нужно будет сообщить и Траллу, вместе с остальными вождями Орды. Старые распри должны померкнуть пред новой угрозой.

__ Чернокнижник замер на месте. В мертвое сердце вонзилась игла памяти. Он вспомнил все, он смотрел на черное поле, на мертвую огромную поляну в Дасквуде и перед ним всплыли образы минувшего, Истина вновь вселилась в его тело, сила Темных Богов сперва медленно, потом все быстрее и быстрее стала разливаться по мертвому телу. Черные глазницы вспыхнули неистовым салатовым пламенем. Перед глазами возник сперва один образ – маленький, светловолосый мальчик-человек, на руках сильного, бородатого мужчины. За спиной мужчины висел массивный щит, на котором была изображена светлая десница и руническими буквами было написано «Разрывающий гнев, сокрушающий врагов Твоих падет на главы их.» Второе видение было иным. Старый, весь седой, слепой орк-колдун сидел молча на сером камне, на вершите какой-то очень высокой горы, и курил трубку. Внезапно он уставился перед собой, будто его слепые глаза что-то увидели, и видение тут же исчезло. Зов Восьмерки грохотом ревел в голове, нечеловеческая сила рвалась наружу. «Найди Луну Хаоса и Разрывающий гнев! Они откроют тебе место, откуда начнется конец этого мира!» - прошептал в голове сонм голосов и чернокнижник взмахнул рукой. За спиной вмиг раскрылись огромные, пылающие проклятым салатовым пламенем крылья. Еще секунда – и чернокнижник был уже зеленой точкой высоко-высоко в алеющем небе. Через несколько минут солнце закатилось за горизонт, и тонкий мир энергии Азерота вздрогнул, как бы предчувствуя грядущую бурю и конец.

[WARG]

Этот рассказ из общего цикла историй и легенд Хорде Маллеус я начал писать еще в начале 2011 года, потом забросил. Примерно через год-два снова открыл его, кое-что дописал, и снова забросил. И вот сейчас вновь захотелось писать хроники черного ордена Хорде Маллеус, вновь появилось желание и более того - уже написано несколько рассказов. Я делаю это ради собственного фана, а кому понравится - ну и хорошо. В общем история боевого братства Хорде Маллеус продолжается :)

Пути сходятся.

___Ужас сковал несчастную Эльми.  Огненно-рыжие волосы прилипли ко лбу и щекам, слезы текли по красивому лицу.
- Умоляю… не надо… – Эльми не смогла договорить, дыхание снова сбилось, слезы хлынули еще сильнее. Ее единственное дитя, ее мальчик, прекрасный маленький Джеральдо находился на волоске от гибели. Ребенок ревел вовсе горло. Костяная рука вторгшегося в их дом отрекшегося держала малыша над жуткой воронкой на полу.
- Где твой муж? – прохрипел мертвец – отрекшийся, и в его черных пустых глазницах вспыхнуло адское пламя цвета пораженного порчей изумруда. Крест-накрест прибитые к черепу черные ремни придавали колдуну еще более жуткий вид. На полу, прямо под несчастным малышом, которого андэд держал на вытянутой руке, медленно вращалась мерцающая воронка. Жуткие создания, кишевшие в ней, внушали отвращение и ужас. Твари тянулись к мальчику,но достать его не могли.
- Оставь моего сына, мразь. Я пришел. Тебе нужен я!  – бородатый мужчина в простой кожаной куртке держал в руке сияющий светом молот. Во второй руке был щит с геральдическими узорами, львом Альянса и надписью, гласившей: «Праведный гнев, сокрушающий врагов Твоих падет на главы их». Чернокнижник посмотрел на паладина. А потом просто разжал руку. Маленький Джеральдо дернулся и упал прямо в воронку. Демонические твари в миг налетели на мальчика, во все стороны брызнула кровь, воронка в мгновение ока сомкнулась, оставив на полу лужу крови и маленькую детскую кисть.
- Неееееет!!! – паладин не помня себя кинулся в атаку. В глазах его стояли слезы, а все тело наполнилось нестерпимым жаром праведного гнева. Колдун не шевельнулся. Паладин со всей силы ударил молотом, но тот раскололся о возникший в мгновение ока призрачный щит.
- Ему было больно, паладин, очень больно. –прохрипел мертвец. – Он… - чернокнижник не успел договорить, на его горле сомкнулись здоровенные руки паладина. Человек сумел проникнуть сквозь демонический щит. Тело паладина было объято белоснежным пламенем, зрачки исчезли, глаза пылали тем же священным пламенем, что и тело. Чернокнижник удивился, но замешательство его длилось пару секунд. В одно мгновение пламя, обуявшее паладина пропало, человек захрипел и осел на пол. Колдун вынул руку из груди воина света.  На мертвой ладони пульсировало пылающее неистовым белым пламенем сердце. Оно еще билось, хлюпая кровью, и колдун поспешно прошептал над ним какие –то слова. Полупрозрачный пузырь окутал пылающее сердце и медленно поплыл по воздуху, пока не залетел в котомку к мертвецу. Колдун вышел из дома, в котором осталась лежать без сознания несчастная женщина, в мгновение ока за его спиной поднялись огромные демонические крылья и он взлетел в высь. Первый шаг был сделан. Скоро ему откроется место, где должен будет начаться Великий Обряд Затмения. Обряд, который должен вернуть в мир Азерота Темных Богов. И чистое сердце, взятое во момент благородного гнева, священной ярости, лежало у него за спиной, в
заплечной котомке.

___Лоэдрии в этот день было плохо. Она лежала на коврах в небольшой юрте своего названного отца, орка-чернокнижника Хаэба, тело ее горело, девушка бредила. Лоэдрия была удивительнейшим существом – она была порождением человека и демона. Небольшие рожки, демонические крылья, скорее зачатки, нежели реальный крылья демона и вполне нормальное человеческое тело. Давно, Хаэб нашел ее на краю пропасти в Долине Призрачной Луны. Ее мать лежала рядом, покончив с собой. Отцом девушки был могущественный демон-колдун, которого, силы Альянса уничтожили в одной из битв за Черный Храм. Рядом с новорожденной полудемоницей лежал замысловатый оберег-шар, изображающий Луну, внутри которой вращались восемь багрово-алых лучей. Тогда же немолодой орк пожалел несчастное создание и взял ее с собой, хотя может это и не было жалостью, а было волей Судьбы? Сам Хаэб никогда не говорил своей названной дочери причину, по которой он поступил
именно так, а не иначе.

___Старый чернокнижник жил в уединении, в своей юрте, высоко в горах на границе земель Зимнего ключа и Азшары. Минуло уже семнадцать лет, как орк взял с собой демоническую девочку, с тех пор в его жизни появился смысл. И теперь некто темный собирался все изменить. Орк узрел его в видении, когда курил трубку духов, и он знал, что рано или поздно то существо явится сюда.
___Хаэб утер пот с покрытого морщинами лба и продолжил выкладывать кости, завершая третий круг защиты, самый мощный. Магия костей была архаизмом, почти ушедшим в прошлое из-за своей кропотливости и большого шанса на ошибку, а также из-за отсутствия учителей. Черепа и кости ложились в определенном порядке на едва заметно мерцающую линию, толщиной в кулак. Наконец орк закончил последний круг защиты, поднялся и повернулся лицом к юрте. Лоэдрия была все еще без сознания, она что-то шептала, то и дело содрогалась в беспамятстве. Орк заглянул за ширму-дверь, медленно прошел внутрь и, склонившись над девушкой, прошептал над ней короткую темную молитву-оберег.

___Все оборвалось в один миг. Старый Хаэб почувствовал всем телом приближение неведомого существа, которое обладало такой аурой, что хотелось вжаться в скалу, спрятаться, исчезнуть, испариться, перестать существовать. Хаэб вышел из юрты. Складывая огромные крылья, объятые изумрудного цвета пламенем, на небольшом выступе приземлилось могущественное существо с  обликом отрекшегося.
- Пусти меня, старый колдун. Она нужна мне. – в голосе гостя не было гнева, он был хриповат, как зачастую это бывает у отрекшихся, но в нем чувствовалась такая сила, что старый орк невольно попятился.
- Я не пущу тебя к ней, кем бы ты не был. –низкий голос Хаэба срывался, он чувствовал раз за разом как темная сила накатывает на защитные круги, изобретенные еще во времена молодости империй Амани и Гурубаши.
- Ты знаешь, чернокнижник, что она все равно достанется мне. Отдай ее по добру. Иначе я сверну гору, вместе с твоими никчемными оберегами. – на миг тело отрекшегося объял зеленый огонь и тут же пропал.
- Отец… Прошу, отпусти меня. – Лоэдрия вышла из шатра. Она смотрела своими красивыми желтовато-зелеными глазами на неведомого гостя. Ей было хорошо. Слабость, головная боль прошли. И теперь она понимала, какая судьба уготована ей. Об этом ей сказали Голоса и она им поверила. – Отпусти меня, отец. Это моя судьба.
___Девушка как в трансе пересекла первый круг защиты, перешагивая косточки, камешки, линии
и руны круга. Старый орк не нашелся, что ответить названной дочери. Он любил ее больше всего в этом мире. Да, так бывает, когда старость съедает тебя, когда ты совсем один, когда смерть дышит тебе в затылок. Он считал ее своим предназначением, а теперь она уходит. Сама. Грусть и разочарование навалились на старого чернокнижника, старые плечи поникли. Лоэдрия перешла последний круг защиты и протянула неведомому гостю обе руки.
- Прощай, отец. Я люблю тебя. – голос Лоэдрии еще звучал в его ушах, но она была уже маленькой точкой в алеющем закатном небе.

___Закутанная в широкий балахон фигура таурена двигалась на юг. Всякий зверь, большой и малый, видя этого странного путника, обходил его стороной. Веяло чем-то злым, страшным и смертоносным от этого одинокого путешественника. За спиной был арбалет, черный как сама ночь, с огромными шипами на нагрузочных плечах-дугах, а рядом с ним покоился двуручный топор, жуткий, огромный, от которого веяло смертью за лигу.
___Таурен шел и он знал, куда лежит его дорога. Силитус, древняя оскверненная пустыня, пески, хранящие память тысячелетий, парящие в воздухе эдры и кристаллы, рои свирепых тварей, осколки былой империи и место обитания Древнего Бога, до его убийства смертными. Конечно, таких существ окончательно могут низвергнуть только Титаны, и путник знал это. Такова судьба таких тварей. Но мысли его занимала совсем другая тварь. Тварь, которая некогда была его другом. Желваки стали тверже камня, а демоническая рука сжалась в кулак. Алессандро. Сукин сын. Он ответит за все. Ответит за всех.

2011-2015 

[WARG]

Месть.

___Они говорили с ней. Они открывали ей будущее. Они успокаивали ее. Даже когда волна нестерпимой боли и вместе с тем невообразимого наслаждения разлилась по телу, они не прекращали шептать. Сонм голосов, настолько древних, что горы, превратившиеся за тысячелетия в пески этой жуткой пустыни, были молодые по сравнению с ними.

___Он снова вошел в нее. Там внизу зародилась новая волна боли и наслаждения и она снова закричала, и голос ее перекрыл даже завывания черных смерчей Силитуса. Она смотрела на звезды, упираясь руками в зависший в воздухе древний кристалл, черный как сама ночь. Тот, кто принес ее сюда, воздвиг его своей силой, этот восьмигранный идеальный камень, который, казалось, резонировал в такт движениям чернокнижника. С каждым новым толчком, с каждым новым движением Лоэдрии казалось, что она вот-вот вырвется из тела и помчится в темную высь, к звездам. Из глаз текли слезы от боли и удовольствия. Кристалл начал издавать высокие резонирующие звуки, голова полудемоницы закружилась, больше не было сил терпеть в себе в это существо, потому что боль и наслаждение готовы были разорвать ее тело на куски.

___И тут она почувствовала, как ее затягивает в какой-то водоворот, в черную мерцающую воронку. Нет, не ее физическое тело, скорее ее сознание. Там, внизу живота разлилось что-то горячее и жгучее, что-то въедающееся в ее тело, в ее естество. Она упала на колени, не в силах держать на ногах. Все тело лихорадило, а лоно жгло.

___Крылатая, объятая зеленым огнем тварь, не то демон, не то еще что похуже, нависла над девушкой. В руках у него было бьющееся сердце, пылающее белым пламенем. Лоэдрия на четвереньках сделала пару шагов к кристаллу. Голоса шептали не замолкая и, наконец, сознание девушки покинуло ее и она повалилась на черный пьедестал под резонирующим восьмигранным кристаллом.

___Фелвинг посмотрел на лежащую на черном монументе обнаженную полудемоницу. Рядом с ней была сфера-оберег, но хаотически движущиеся восемь лучей в ней наконец замерли, образовав звезду Хаоса. Существо, преображенное в могущественную тварь из простого отрекшегося, избранный Тьмой, тоже слышал голоса, и знал кому они принадлежат. Голоса сказали ему, что ритуал можно начинать и избранное дитя Хаоса, дитя Тьмы не ослушалось своих Богов. Чернокнижник поднял оберег Лоэдрии, древнейший артефакт в одну руку, во второй у него было пылающее белым пламенем сердце. У ног Фелвинга, на черном обелиске, лежала наполовину человеческая девушка – наполовину дитя демона, которая в эту ночь лишилась своей девственности и приняла в себя семя Избранного. Чернокнижник почувствовал, как зеленое пламя охватило его тело, а громадные крылья развернулись в воздухе. Слова сами приходили к нему, и он изрекал их. Одно за другим.

- Труби атаку, Шаэдраэль! – Крикнула молодая жрица Элуны. Глаза ее округлились от ужаса. Раскатистый гром боевого рога привел ее в чувства и заставил отвести взгляд от огромной черно-зеленой воронки тянущейся из затянутого черными тучами неба. Тьма стояла такая, что даже ночное зрение эльфа подводило ее. Живые твари в ужасе бежали в стороны от чудовищного вихря, и только ее войску нужно было спешить к эпицентру назревающей катастрофы. Сотня боевых всадников на пантерах ринулась вперед, выкрикивая имя Элуны.
- Богиня, дай мне сил! Я не должна подвести тебя и Тиренд! Молю тебя! – Тэльвисса почувствовала, как выступил холодный пот лбу. В след за элитным отрядом ночных эльфов к воронке двинулись остальные подразделения Альянса, точнее специальных служб Короны и личные силы ШРУ. Друиды Круга Кенария также двинулись в атаку, приняв формы самых различных зверей. Тьма была такой, что воины, ринувшиеся первыми, уже пропали в ней, а черные смерчи и проливной дождь мешали не меньше сгустившейся тьмы.

___Где-то слева послышались боевые рога Орды. Значит Тралл прислушался к совету Кэрна и верховного друида Громового Утеса - Хамуула. Если у них не получится, то их родной мир, который они привыкли видеть, скорее всего, изменится навсегда. Среди шума бушующей стихии слышался зловещий голос, произносящий слова на древнем языке. Тэльвисса молилась Элуне, чтобы рука ее была крепкой, она была уверена, что со злом сразиться суждено именно ей, ведь Тиренд дала фиал со Слезами Богини ей и никому другому.

___Тьму осветила зеленая молния, которая вырвалась, казалось, прямо из земли и ударила в небо. Потом еще одна, и еще. Черные тучи стали багроветь, ливень ударил с новой силой, и воины с ужасом заметили, что вода, льющаяся с разгневанных небес багрового цвета. «Кровавый дождь. Как и было предсказано!» - Тэльвисса загнала страх в самые отдаленные закоулки души. Впереди скакал ее возлюбленный, командир Шаэдраэль Волчий коготь.

___С левого фланга показались отряды орды, в основном орки верхом на боевых волках. Их развевающиеся знамена нещадно трепал яростный ветер. Кровавый дождь стекал по массивным доспехам. То и дело зеленые молнии озаряли землю, разгоняя полную темноту.
___Шаэдраэль первым увидел существо с огромными пылающими крыльями. Молнии одна за другой били в черный, парящий в воздухе кристалл, отчего по тому шли зеленые всполохи и вспыхивали раз за разом руны и письмена. Смелый эльф скомандовал атаку, его изогнутый клинок Кэль’Садал засиял нестерпимым небесно-голубым светом. Когда до застывшей у алтаря фигуры оставалось не более трехсот метров, Шаэдраэль почувствовал, как сгустился воздух, стал будто бы вязким. Само время и пространство начали искажаться. Для тех, кто был позади него – командир отряда пропал в воронке.

___Пространство вокруг эльфа начало изменяться. Пески исчезли, исчезли тучи, открыв черное небо с мириадами рассыпанных звезд, которые, казалось, вращаются вокруг абсолютно полной кровавой Луны. Шаэдраэль осадил боевую пантеру и оглянулся. Один за другим в этот странный мир попадали его воины и другие отряды Альянса и Орды. Гладкая черная поверхность земли состояла из идеально правильных восьмигранников. Приближающаяся алая дымка на горизонте не сулила ничего хорошего. Шаэдраэль прошел множество битв и выполнил еще больше тайных поручений со своим отрядом, побывал во множестве мест, но ничего подобного он ранее не видел.

___Чернокнижник, точнее сказать, крылатая тварь, по-прежнему стояла у огромного черного кристалла. Кристалл вспыхивал, реагируя на слова существа, и зеленые всполохи пробегали между восьмигранных пластин на земле.
___Шаэдраэль бросился вперед. Испугавшаяся боевая пантера подчинилась не сразу, но все же послушалась команды хозяина и ринулась вперед. Эльф не видел, как вслед за ним бросились и его воины, как полетели градом стрелы и магические заряды. Он мчался вперед. Убить тварь, убить во что бы то не стало.

___Чернокнижник даже не повернулся, круговой разряд молний отбросил нападающих обратно, воины полетели, точно игрушки, разбросанные ребенком. Когда Шаэдраэль поднялся, глаза его расширились от ужаса. То, что было приближающимся со всех сторон багровым туманом, на деле оказалось мчащейся армадой невообразимых ни в одном кошмаре тварей. Впервые за столько лет сердце опытного воина сковал страх, но эльф быстро взял себя в руки. Кэль’Садал светился в его руках, даруя надежду и призывая владельца дать битву. Кишащее багрово-черное море накатило на отряды Орды и Альянса, накатило и отхлынуло.

___Загремели боевые барабаны орков. Лязг оружия смешался с криками, визгами, ревом наступавших бестий. Летели в стороны отрубленные многоглазые головы, клешни, куски плоти. Воины Азерота бились доблестно, но с каждой минутой твари теснили их. На место убитого демона вставали два новых.

___Тэльвисса в голос читала заклинания, призывая всю силу и гнев Богини на головы уродливых тварей. Внезапно в небо взвились полчища крылатых существ. Лучники опоздали всего на мгновение, но этого хватило. В ряды бойцов Орды и Альянса опустились твари, которые внесли хаос и сумятицу. Внезапно один за другим воздухе показались киражи, крылатые насекомоподобные твари, созданные самим Древним Богом. Эльфийка поняла, что теперь битва проиграна, когда к ее изумлению, рои киражей накинулись на отродий тьмы. Умирая сотнями, они оттеснили жуткую волну смерти, и воины Орды и Альянса вновь сомкнули ряды.

___Ближе и ближе передовая смещалась к застывшему в трансе чернокнижнику, и когда, казалось, к проклятой твари уже удалось подойти - ужасающей силы гул разрезал воздух. Тьма закружилась перед колдуном и перед ним предстали четыре воистину внушающие страх фигуры. Боевые кони заржали, едва не скинув седоков, пантеры вздыбили шерсть и зарычали.

___Шаэдраэль сражался со многими демонами Пылающего легиона и не один командир демонических войск пал, в том числе, и от его рук, но такого он не видел никогда. Их было четверо. Огромный багровый рогатый демон, руки толщиной с бревна, огромные крылья и алая, будто бы кровоточащая кожа. Демон взревел, и у тех, кто был ближе всех к четырем фигурам лопнули перепонки, киражи, попадали вниз, оглушенные чудовищным ревом. Второй, здоровый, покрытый шипами, с руками, заканчивающимися мечами и черным венцом на голове внушал страх не меньше первого гиганта. Третьим была высокая мрачная фигура с демонической косой. Существо будто было соткано из тьмы. Потрясая пылающими зеленым огнем цепями, закованный в плавящуюся черную броню, которая также была объята проклятым огнем, вперед шагнул последний из четверки.

___Твари черного мира замерли, расступаясь перед четверкой и только слова заклинания, творимого Избранником Тьмы, оглашали черные безжизненные холмы и равнины. А потом смерть начала свою пляску. В едином порыве демоны бросились на воинов Азерота, а вслед за ними и чудовищная волна темных тварей. Киражи, атаковали существ из чужого мира, но падали сотнями, когда демон с цепями в прыжке раскручивал свое жуткое оружие. Надежды больше не было. Тэльвисса видела это. Орда и Альянс – все они умирали у нее на глазах с ужасающей скоростью и поистине невообразимой жестокостью. Она знала, что это были за демоны, знала и никогда не думала, что они вообще могут существовать где-то, кроме полумифических хроник. Хранители Молотов, Eukahainen, Garretshadow, Abgefloren и Stain – так их звали, когда они еще были живыми, тауреном, отрекшимися и орком. Хранители Молотов. А это значит, что надежды действительно нет.

___Жрица замерла в безмолвном оцепенении, видя, как десятками гибнут защитники Азерота, падая, разорванные голыми руками багрового гиганта, располосованные жуткой косой похожего на мифическую смерть Abgeflorena, разрубленные мечами или цепями двух других Хранителей.

___Тэльвисса видела, как пал в неравном бою с мечеруким демоном-Хранителем Молота ее возлюбленный, видела, как воины Орды, пытавшиеся остановить рогатого гиганта были втоптаны в сияющие черные пластины этого мира смерти. Бой кипел, люди и орки, эльфы и дворфы бились из последних сил, стаи киражей сотнями падали на окровавленную черную землю, кровь всех смешалась в единое озеро.

___Точно в трансе, эльфийка замерла на месте. Руки безвольно упали. Она видела, как жуткий демон насаживает ее сестер на покрытую шипами спину, как сеют смерть Хранители Молотов канувшей в лету проклятой гильдии Хорде Маллеус. Видела, но поделать ничего не могла. Одна из тварей с огромными жвалами и многочисленными фаллическими отростками устремилась к ней. Тэльвисса пыталась защититься заклинаниями, но была сбита с ног. Шупальца обвили тело ,сдавливая грудную клетку, ломая кости.

___Он видел все это. Видел, как медленно закрывается черным багровый диск этой неведомой Луны чужого мира. Видел, как когда-то в битве у кратера Ун’Горо, Хранителей Молотов, основателей черного ордена Хорде Маллеус, некогда его родной гильдии. И в нем пылал гнев. Демоническая рука сияла каким-то неведомым лилово-красным светом, по всему телу открылись миазмы демонической плоти. Так вот о чем предупреждал старый тролль-шаман. Демон теперь пробуждается в нем, в бывшем магистре Хорде Маллеус – таурене охотнике Mazzil’e. Он пробивался через ряды тварей, орудуя огромным топором. Черный капюшон слетел, обнажая подвергшееся изменениям лицо темного охотника.

___Женский крик заставил его повернуться и он замер. Замешательство длилось всего одну секунду. Он увидел ночную эльфийку. Она лежала в крови на земле, обвитая демоническими щупальцами. Другие же отростки шарили под одеждой несчастной, копошились у нее внутри. Mazzila снова вспомнил, как в тот ужасный день они мчались спасать их друга и соратника, чернокнижника Alessandro, который потом превратился в жуткую тварь. Вспомнил, что именно делали демоны и сам переродившийся отрекшийся с пленными девушками. Кровавая пена ярости выступила на губах. Топор, подобно черной молнии врезался в тело существа. Таурен рывком вырвал топор и вонзил еще раз, разрубая отростки, и еще, и еще, пока напавший на эльфийку демон не превратился в кровавый фарш.
- С…с..пасибо. – прохрипела эльфийка. Кровь текла из уголка ее рта. Низ живот был распорот. Силы покидали Тэльвиссу, боль туманила рассудок. И тут, она увидела своего спасителя. Перекошенное от ярости, поддавшееся порчи лицо таурена. Он, казалось, волнами излучал ярость, гнев и жажду мести. «Слезы Богини в руке Гневного».
- Возьми! Возьми… скорее…- она протянула таурену фиал с сияющей влагой, и в тот самый миг, как он оказался в руках охотника, фиал лопнул. Сияние серебристо белого света окутало руки таурена, окутало топор. Он закрыл глаза мертвой эльфийке и повернулся к бушующей битве. Волны на миг расступились и он увидел, то, что не давало ему покоя все эти годы. Он увидел врага, ради кого жил, мечтая о мести. Alessandro. Тот самый чернокнижник – андэд, превратившийся в крылатую могущественную бестию. И сейчас он снова призывал Затмение.

___Таурен взревел и понесся вперед, туда, где застыв у черного обелиска, читал жуткие мантры его злейший враг. Твари, встававшие на пути, разлетались в клочья. Таурен чувствовал, как сила его возросла стократ. Гнев и жажда мести гнали его вперед. Ни единого дня он не забывал о судьбе доверившихся ему братьев гильдии, никогда он не забывал о судьбе юной эльфийки Tomraider.

___Хранители бросились наперерез темному охотнику, убивая по пути остатки сопротивления, но было уже слишком поздно. Затмение практически достигло финальной стадии, когда объятый серебряным светом Таурен в прыжке обрушился на застывшего в трансе чернокнижника. Время будто бы замерло. Таурен видел, как прерывает свой транс чернокнижник, как голова его поворачивается. Медленно, очень медленно. Топор точно погрузился во что-то вязкое, тяжелое и густое. Пламя и волны силы, исходившие от чернокнижника обугливали плоть, боль была нещадной. Топор медленно падал вниз. Застыли в прыжке Хранитель Garretshadow и Eukahainen, с замахом огромной косы застыл Abgefloren, цепи Stain’a врезались в тела оставшейся горстки смельчаков, бросивших вызов самой Тьме. Зеленое пламя практически погасило серебристое сияние, кожа обуглилась и оплавилась на теле таурена, раскалился топор, сопротивляясь могущественной магии.

___Фелвинг видел, как смерть летит на него, и даже все его могущество не смогло сделать ничего, ведь тот, кто напал на него был благословлен самой Элуной. Он узнал его. В закоулках памяти того, кого некогда звали Alessandro Избранный увидел все. Дружеские посиделки в таверне, яростные битвы с Альянсом, попойки у ночного костра под звуки музыки. Он видел боль, гнев и ярость, разрывающие этого таурена, его бывшего друга. Он видел метку жертвы на его сердце. Этот таурен каждый день боролся со смертью, мечтая лишь об этом мгновении.
- Mazzila… - прошептал Избранный. Черная почти закрыла багровый диск Луны.

___Глазные яблоки таурена лопнули, лицо практически полностью сгорело, как и все остальное тело. Он был уже мертв, когда окутанный светом Элуны топор опустился на голову чудовища, убившего некогда его друзей. Череп Избранника Хаоса лопнул, а топор, сгорая в неистовом пламени, продолжил свой путь и остановился лишь когда почти развалил крылатое тело на двое.

___Хранители исчезли также стремительно как и появились. Тело Фелвинга, последнего Избранника Темных Богов наполнилось разрушающей энергией, последующий взрыв магической силы стер все живое внутри искаженного мира воронки, кроме маленькой белой точки возле черного обелиска. Обелиск рассыпался черной пылью. В мгновение ока смерч, соединяющий Силитус и неведомые просторы переходного мира, пути к обиталищу Темных Богов, исчез.

***

___Хаэб гнал коня погибели изо всех сил. Буря в Силитусе, из-за которой он не смог больше лететь на своем черном драконе, утихла сама по себе, а огромный вихрь и зеленые молнии пропали также внезапно, точно это были миражи. Старый орк мчался к тому месту, где мгновение назад был смерч. После того, как вихрь исчез, тучи рассеялись, обнажая мириады сияющих звезд. Свирепый ветер исчез как по мановению руки. Хаэб не переставал бранить себя за то, что не удержал Лоэдрию, пошел у нее на поводу. Что теперь стало с ней, он не знал.

___Чем ближе орк подъезжал к месту соприкосновения смерча с землей, тем больше открывалась перед ним картина бойни. Целое озеро из крови, костей, хитиновых обломков, внутренностей предстало его глазам.
-О нет… Дочь моя… - голос старого чернокнижника-орка дрогнул. Конь погибели брел по кровавому болоту, а орк высматривал тело своей дочери, пока не увидел на небольшом возвышении бледную обнаженную фигуру. Хаэб спрыгнул с коня и побежал, пачкаясь в крови и внутренностях жертв чудовищной битвы.

___Он поднялся на абсолютно черный небольшой холм, на котором в чистом круге, точно какие-то силы защитили ее, лежала Лоэдрия, абсолютно голая. Девушка была без сознания, но была жива. Хаэб не задумываясь поднял Лоэдрию на руки. Демонические крылья были сломаны в нескольких местах, девушке сильно досталось. Орк влез в седло и усадил бесчувственную дочь перед собой, накрыв ее предварительно своей мантией. Хаэб мчал коня прочь, и ни он, ни его чудом спасшаяся дочь не знали, что мир избежал одной угрозы, но попал прямиком в лапы к другой. В недрах Подземья пробудился Нелтарион, более известный как Смертокрыл, и лику этого мира суждено было измениться навсегда.

[WARG]

Терцилий. История второго рождения.

___Жрец – отрекшийся сидел в удобном резном кресле за столом, на котором громоздилось множество различных книг и фолиантов. Небольшая магическая лампа, творение собственных рук, озаряла все бледно-голубоватым светом. Мертвецу за остроту зрения переживать было не нужно, лампа несла больше декоративный характер. Перо порхало по желтоватой странице, бережно и красиво заполняя каждую строчку.
___При жизни Терцилий был жрецом света в церквушке в небольшой деревне в Красногорье и по совместительству хронистом, так как был, пожалуй, самым грамотным среди местных жителей. Хотя, сказать по правде, вести хроники, читать исторические архивы, погружаться в те или иные исторические тайны было для него делом приятным. Костлявая повстречалась с ним на тридцать втором году его жизни, и, как иногда бывает у нее, пришла не без толики юмора и иронии – мужчина скончался в день своего рождения.
___Перо чуть-чуть скрипнуло и слегка царапнуло бумагу, благо без видимых повреждений – иначе пришлось бы переписывать страницу заново. Аккуратность и скрупулезность были одними из черт его характера, если можно так сказать, что при жизни, что в посмертии нежити.
___В тот день он направлялся с караваном через Западные чумные земли, сидя рядом с заросшем щетиной торговцем на козлах повозки, любуясь пейзажами уходящего лета…
___Жрец отложил перо. Воспоминания нахлынули на него, и не предаться им было, пожалуй, не в его силах. Благо он был один, в своем доме-лаборатории, среди завывающего ветра Драконьего погоста, что в Нордсколе. Он поднялся с места и размял кости, сам никогда не понимал, зачем это ему, ведь посмертие, нежизнь, сохраняло тело от старения, смерти, болезней живых. Шаркая ногами, Терцилий подошел к ящику и налил себе вина. Нет, вкус мертвяки почти не чувствовали, в пище почти не нуждались, но у него были свои хитрости. Бросив в бокал маленький неровный белый не то обломок, не то камень, не то вообще чей-то зуб, он с минуту стоял, глядя, как зеленоватой пеной пузырится вино, и только после того, как процесс пенообразования прошел, медленно, глоток за глотком принялся пить. Это было совершенно другое дело, это был яркий вкус, с ним и один на один с воспоминаниями остаться можно, отчего нет?
___Жрец посмотрел на свой труд, слегка склонившись над рукописью. Легенды о неких неизведанных сущностях, именуемых на разный лад Темными Богами, Кровавыми Богами, Богами Хаоса, Столпами Тьмы, Богами Смерти и иногда, ошибочно, даже Древними Богами, путая их с К’Туном и иже с ним. Но пока его голова будет заполнена воспоминаниями, писать смысла не было – или отвлечешься, и сделаешь какой-нибудь ляп или помарку, или вообще не то напишешь, нет уж.
___Терцилий сел в кресло напротив камина – еще одна привязанность из старой жизни и, потягивая вино, предался воспоминаниям.

- Да прекрати ты, слышишь, кому говорю? – в очередной раз начал свой монолог с кобылой небритый торговец с пузцом. Та повернула к нему голову, будто понимая его слова, а потом окончательно свернула с дороги в сторону колосящегося поля. Мужчина вспомнил матерными словами родителей кобылы с незатейливой кличкой Яблоня, потому что была как раз в яблоко, махал в воздухе плеткой, даже хотел было ударить лошадь, но остановился. Яблоню он любил и считал ее лошадью, приносящей ему удачу, поэтому, следуя суеверию и страху за животину, бил ее крайне редко.

-Ну вот. Приехали. – Торговец развел руками и слез с козел. – Давай, что ли, покурим пока?

- Давай, отчего ж не подымить. – Жрец поскреб свой небритый подбородок - еще бы, столько дней уже в пути - и полез в заплечный мешок за трубкой и табаком. Озеро в Западных чумных землях они миновали вчера, и сейчас уже выезжали к реке, к границам Предгорий Хиллсбрада. Жрец достал простую трубку, набил табаком и раскурил. Торговец, которого звали Элфред, был разговорчивым спутником, скучать с ним, слава свету, не приходилось.

- Как думаешь, караван далеко уже нас опередил? – Элфред выпустил сизое облачко дыма и почесал небольшой живот. День был на удивление хороший. Конец лета, что в Западных Чумных землях, что в Предгорьях всегда был чудесной порой.

- Ну как тебе сказать. Я думаю они уже в Южнобережье.

- Дааа – Элфред выдохнул очередной ароматное облачко и запрокинул голову. – Хороший денек, не правда ли?

- Твоя правда. – Терцилий окинул взглядом узкую дорогу возле берега реки, немногочисленные деревья, синее высокое и чистое небо, в котором высоко-высоко носились горные стрижи, переговариваясь друг с другом на только им понятном языке.

- Долго планируешь в Южнобережье остаться, а то мы с Яблоней там на недельку, товар распродам да и обратно, авось, вместе назад поедем, а что? Вдвоем веселее да и безопаснее.

- Пока и не знаю. Много всего переписать да записать надо, в тамошних исторических хрониках и просто в записях архивов много интересного записано, так что если сразу меня не пошлют куда подальше, то скорее всего задержусь, а может и перезимовать придется. – Терцилий улыбнулся, видя как Элфред наконец-то смог повторить за ним и выпустить дым колечком.
___Лошадь ела еще порядка четверти часа, когда Элфред, зная повадки своей любимицы, окончательно не убедился, что животина готова к дальнейшему путешествию и отвлекаться больше не будет.
___Горы заканчивались, впереди виднелись бескрайние холмистые долины, а это означало, что Западные Чумные земли кончились, уступив место Предгорьям Хиллсбрада. Путешественники молчали и были насторожены. Впереди было Южнобережье, так то оно так, но сперва нужно было проехать печально известный Таррен Милл, или Проклятую Мельницу. Последователи этой злобной глав-мертвячихи обосновались там давным давно, и, судя по всему, выкурить их из этого места навряд ли получится. Второй опасностью были разбойники, не одинокие головорезы, а целые разбойничьи шайки, порой более тридцати человек, которые промышляют нападениями и на мертвяков и на живых.
___Терцилий отмел темные думы о нежити, скорее всего, если отрекшиеся или как там их, встретят их отрядом более чем в 3 человека, то никакая магия света или тьмы не помогут им с Элфредом. Однако все оказалось гораздо проще, но не менее трагично.
___Поворот дороги, огибающий топи разлившейся речки и вплотную притиравшейся к горам, перегородили шестеро молодцов в масках. Была и одна девушка, о чем свидетельствовали выпуклости грудей, довольно сильно выпирающие под черной кожаной курткой.

- Опа – опа оп па па! – вперед вышел коренастый дворф, половину лица курьезно закрывала какая-то не то серая, не то грязно-зеленая повязка. Почему курьезно – да потому что густая борода продолжала торчать из-за треугольника маски.

- По моей команде прорывайся. – прошептал Терцилий, одно за другим с уст стали слетать слова Силы. Элфред, трясущимися руками натянул поводья, а потом со всей силы ударил по крупу лошади. Яблоня не получала такого давно, потому глаза лошади округлились, она встала на дыбы и рванула что было сил вперед.

___Разбойники, с матом, поспешно ретировались кто куда, а Терцилий, совершенно не готовый к тому, что Элфред начнет не по его команде, едва закончив произносить слова Силы, повалился с повозки. Ослепительная молния священного огня ударила в одного из разбойников, одежда, волосы и кожа которого мгновенно вспыхнули белым яростным светом. Бандит крича от ужаса и боли бросился на перерез мчащейся повозке и попал под копыта. Яблоня резко повернула в сторону, ось правого переднего колеса в месте его крепления не выдержала и с треском лопнула.
___Терцилий, скрипя зубами от боли, поднялся. Правая рука безвольной плетью повисла вдоль тела, голова кружилась, закричал Элфред, кто-то из разбойников ухватился за поводья Яблони, лошадь в суматохе пыталась тащить заваливающуюся повозку. Другой из головорезов уже подлетел к торговцу и с силой ударил его в поддых ногой, не позволяя бедняги подняться.
___Женщина ловким движением руки достала пращу и в мгновение ока Терцилий почувствовал, как метко брошенные снаряд этого незамысловатого оружия рассек ему щеку и с силой впечатался в скулу. В голове зазвенело, он прикусил язык и упал не в силах стоять на ногах. Удар в поддых. Такой же как и Элфреду. Краем глаза жрец видел, как Яблоню все же смогли остановить, кобыла брыкалась, но ее уже успокаивали напавшие.

- Сучий потрох, ты Джо завалил, пидар! – Рявкнул дворф, повязка слетела у него с лица и он с силой пнул жреца в лицо. Из глаз посыпались искры, а в голове зазвенел колокол. – Паскуда! – снова удар. – Тварь! – еще удар, и наконец-то сознание поплыло.

___Очнулся Терцилий достаточно быстро, ну во всяком случае ему так показалось сперва. Разбойники были рядом, дороги теперь не было, они с Элфредом сидели, привязанные к деревьям, рядом была привязана за вожжи Яблоня. Разбойники уже перетащили тюки с товаром Элфреда поближе к бивуаку, небо было алым, из чего Терцилий сделал вывод, что он очень сильно ошибся с оценкой своего нокаута.

- В себя пришел, Бурый. – Разбойник, широкоплечий человек, неопределенного возраста со сросшимися бровями и густой растительностью на лице присел на корточки рядом с избитым мужчиной.

- А второй? – низкий голос дворфа отдавал сталью.

- Ща тож быстро придет – и заросший вылил на лицо Элфреда какую-то дурнопахнущую жидкость, благо было ее совсем не много. Торговец пришел в себя и высоким голосом заверещал, за что моментально был успокоен зуботычиной.

- Итак, сучата. Ваша сраная жизнь сейчас на волоске висит. Ваши жопы может спасти только одно – конечно же звонкая монета. – Да в карманах не ищите, йоба. Мы уже все посмотрели сами. Кто золота за вас отсыпать может, а? В Южнобережье небось чесали, а, говноеды?

___Элфред сломался совсем. Он затараторил, что за него обязательно дадут выкуп, что он действительно едет в Южнобережье, стал с ходу называть имена каких-то знакомых ему людей, которые обязательно заплатят за него, полновесными золотыми. Жрец молчал. Да и что было говорить? Сам родом из Красногорья, что за херову тучу лиг отсюда, в Южнобережье никого не знает, да и вообще впервые там. Что говорить? Положение было плачевным.

- Так, а теперь пасть закрой, сученыш. – Рявкнул дворф на плачущего и безостановочно молящего о пощаде Элфреда – ну, а ты, паскуда, за тебя кто денежку заплатит? А? – дворф вытащил кляп изо рта пленника. – И только попробуй пофокусничать тут, понял?

___Взывать словами Силы к Свету было практически бесполезно. Мысли лихорадочно метались, страх, боль мешали сосредоточиться, так что главарю разбойников беспокоиться насчет жреца не стоило. Терцилий понимал всю безвыходность ситуации.

- Меня тоже знают, я жрец в тамошней… - удар в миг прервал нелепую ложь Терцилия и он понял, что от боли и страха говорить становится все тяжелее.

- А ну не пизди мне тут! Я знаю тамошнего святошу. Дело имел, так сказать. И тебя, сраный сукин сын, я там не видел у них. Назови-ка мне три имени знакомых торговцев тебе из Южнобережья, может тогда и поговорим. – Дворф расплылся в злобной улыбке, демонстрируя щербатые и кое-где выбитые зубы.

___Терцилий промычал что-то невнятное, но поделать уже ничего не мог. Он никого не знал из города, куда ехал, у него не было ни знакомых, ни родственников в здешних краях, а людей, которых, хлюпая и плача перечислял Элфред, он не запомнил. Положение его было далеко не самым лучшим.

- Понятно. В расход. – Дворф даже смотреть не стал на жреца, а тот забился в путах. – Хотя погоди… – вновь на лице главаря небольшой шайки появилась щербатая улыбка. Ну-ка освободи нашего плаксу.

___Терцилий не сразу понял, что задумал старший головорез. В руки Элфреда лег нож и молния осознания яркой вспышкой взорвалась в голове.

-Давай, девочка, хочешь жить – прирежь этого ху..соса. Прямо здесь и прямо сейчас. – Элфред залился слезами и запричитал, Яблоня, привязанная рядом, тревожно заржала и взбрыкнула.

- Давай давай, пока мы тебя тут на ленты не пустили, слышь чо?! Хнычет тут, девочка - целочка бля.

- Тер, п..п..прости, пппп… - Элфред подошел к жрецу и склонился над ним. Терцилий почувствовал, что сердце его бьется с такой силой, что вот-вот выскочит из груди.

- Элфред, не надо, пожалуйста! - жрец попытался дернуться, однако это было бесполезно.

-А ну-ка пасть ему закройте чем-нибудь. А то ща завизжит. Надо было его, паскуду, над костерком поджарить за Джо, но ничего, торгашу зато наука будет – дворф хохотнул. Сильная рука сдавила челюсть, а потом быстро перетянула рот грязной тряпкой. Элфред трясся всем телом, глаза его были большие и в них отражался такой испуг, какого Терцилий не видел никогда. Он дернулся еще раз, потом услышал низкий голос Бурого, дворфа-предводителя разбойников, приказывающий зарезать пленника.
___Удар. Боль пришла даже как-то не сразу. Элфред кричал, плакал, руки его дрожали, удар пришелся в грудь. Глаза Терцилия расширились, он забился в путах, на поддевочной рубашке быстро начало появляться пятно крови, из носа пошла кровь пузырями.

- ЕЩЕ!!! Давай, баба, еще бей! – Рявкнул дворф, зрелище распалило его, завело.

___Еще удар. В живот, чуть выше пупка. Вот тут боль резанула нещадно, слезы потекли еще сильнее, глаза начали закатываться. Третьего удара Терцилий уже практически не ощутил. Он выдохнул последний раз, но вдохнуть уже не смог. Подштанники промокли от опорожненного мочевого пузыря, кишечник поспешил опорожниться вслед за ним, но мужчине не было до этого уже никакого дела. Перед тем, как все заволокло белесой дымкой с просвечивающими через нее лучами бледного света, он подумал отрешенно, точнее вспомни, что сегодня его день рождения. Почему последней мыслью была именно эта мысль, он не знал. Боль превратилась в какую-то холодную, столь далекую вещь, что более не имело смысла обращать на нее внимание. Брызг бледных искр, ярких-ярких, на фоне сгущающейся синевы, которая становится все темнее, темнее, темнее. Искры погасли, как, наконец, погасла и жизнь Терцилия Рэдфилда, одинокого тридцати двух летнего жреца из далекого Красногорья, убитого в день своего рождения за сотни лиг от дома.

- А дай-ка я кое что еще сделаю – зловеще прошептал Бурый. Глаза Дворфа метали молнии. – Тащи молоток и гвозди, Бык.

___Мерно, удар за ударом, крест-накрест к лицу мертвого жреца дворф прибил ремни. Не известно, было ли это просто забавой, или он сделал это на манер того, как часто делали в некоторых краях людей, когда казнили колдунов и ведьм, занимающихся темной магией без согласования с Короной, Святым престолом и Магистратом.
___Элфред видя жуткое зрелище, совсем съехал с катушек, он завопил и бросился с окровавленным руками и ножом в сторону, споткнулся и повалился к Яблоне. Лошадь испугалась еще больше, встала на дыбы и последнее, что видел обезумевший от всего случившегося торговец, это как копыто с подковой опускается ему на голову, а вслед за ней пришла темнота и спокойствие.

- Твою мать!!! – рявкнул дворф, глядя на размазанные мозги торгаша. – Да ну нахуй! Блять, потеряли денежки от выкупа! – дворф лютовал, был в ярости и с силой пнул мертвое тело торговца.

- Ладно, Бурый, лошадь продадим зато. – Бык, здоровенный мужчина с кривым шрамом на пол лица, говоря это, сделал пару шагов назад. Он прекрасно знал, что можно ждать от разъяренного босса.

- ЗАВАЛИ ХЛЕБАЛИЩЕ!!! – Дворф брызгал слюной, щеки его покраснели, сосуды в глазах полопались – ЗАВАЛИ СВОЕ ВЫЕБ… - болт с четырехгранным наконечником, вращаясь, пригвоздил бородатого карлика к тому самому дереву, где было привязано тело жреца. Сила удара была такова, что часть головы просто лопнула, но тело продолжало стоять, неестественно прислонившись к стволу дерева, будто бы дворф одновременно падал назад и в тоже время прислушивался к чему-то в дереве, прислонив ухо к стволу.

- Нападение!!! Джейн! Бык! Ско… - головорез не успел договорить, потому что другой арбалетный болты попал ему в челюсть, снеся больше половины лица. Послышался лязг оружия, крики разбойников. Та, которую назвали Джейн, бросилась бежать, но брошенный очень метко небольшой топорик расколол ей затылок. Меняя траекторию, заплетаясь, тело сделало еще парочку неуклюжих шагов и упало в траву.
___Скоро все было кончено, к костру вышел человек в кольчуге, препоясанной на тощем теле широким ремнем. В одной руке он держал небольшой топорик, точно такой же, который несколькими мгновениями ранее расколол голову одной из головорезов. В след за ним вышли еще двое. Нет конечно, это не были люди, точнее уже не были. Тот, что в кольчуге, подошел к пригвожденному дворфу, обернулся и покачал головой:

- Быстро. Жаль, не удалось помучить ублюдка. – Мертвенный голос, больше походивший на шепот.

- Ничего. Тьма с ним. – Ответил второй, отрекшийся с перекошенной нижней челюстью. – Я не очень-то мстительный. За мою смерть он ответил, и ладно. Рядом с ним переминался на черных хитиновых лапах здоровенный паук.

___Нежить с арбалетом подошел к дворфу, вырвал, не без труда, застрявший в дереве и в останках головы арбалетный болт и убрал его. Тело карлика, борода которого теперь была залита кровью и забрызгана мозгами и осколками черепа, повалилось на землю.

- Итак что мы имеем? – третий андэд аккуратно вытирал кровь с двух одинаковых, чуть изогнутых мечей. Судя по всему, эти мечи он любил больше кого либо на свете. – Бурый мертв. Наконец-то. Есть чем порадовать леди Дарталию. Шайка его тоже мертва. А эти? – он посмотрел на безголовое тело, принадлежавшее Элфреду, беснующуюся лошадь и привязанного в путах человека с крест-накрест прибитыми кожаными ремнями.

- Да… Редкостной паскудой был Бурый. – Думаю, этого можем вернуть. Ничего, новые рекруты не помешают, если все пройдет удачно. – Отрекшийся быстрым движением срезал путы, сдерживающие мертвое тело. Поддевочная рубаха почти полностью пропиталась кровью.

- Давайте, парни. Этого беру я. Вещи загрузите в мешки на лошадь. Лишняя коняга нам тоже не помешает.

___Ссутуленные фигуры мертвяков медленно побрели к Таррен Милл, ведя под уздцы Яблоню, которой в последствии суждено было стать лошадью-мертвецом.

___Терцилий допил вино. В камине плясал огонь. Нет, отрекшемуся, живому мертвецу, не нужно тепло очага чтобы согреться, жар, как и холод не ощущались мертвой плотью, за исключением тех случаев, когда способны были нанести телу повреждения, опасные для его второй жизни. Жрец просто любил смотреть на огонь. Его пляска завораживала, казалось, языки пытаются что-то сказать, посвятить в свою тайну, поведать множество интересных историй, но голос их слышен не был.
___За окном завывал ветер, бился в ставни, норовясь прорваться в помещение. Жрец подошел к рабочему столу, где монотонно светил бледным светом магический светильник и на мгновение замер. Взгляд его остановился на слегка отсвечивающей в тон фонарю вещице – офицерском амулете его ордена – Хорде Маллеус. Подозревали ли другие боевые братья и сестры отряда об истории этого древнего ордена? Почему новые основатели выбрали именно это название для своего клана? Какие тайны скрываются под восьмиконечной звездой – символом их гильдии – вопросы, вопросы, вопросы. Тысячи вопросов, на которые не так-то легко найти ответы. Но одно Терцилий знал точно – случайностью тут и не пахнет. А теперь за работу. Труд о Темных Богах – дело нелегкое а заниматься им, кроме него, явно никто не будет, да и врядли кому-то под силу столько торчать за книгами, фолиантами, летописями и свиткам.
___Перо снова быстро и аккуратно принялось плясать по желтоватой бумаге, выводя ровные и красивые буквы, которые складывались в слова, слова в предложения, а предложения в сотни страниц трактата о Темных Богах.

[WARG]

В поисках ответов.

___Башня из сложенных в стопку книг слегка пошатнулась. Это и стало сигналом Терцилию, жрецу-отрекшемуся для того, чтобы прерваться. Он отложил перо и оглядел непрочное сооружение. Он был аккуратным при жизни, черта эта сохранилась в нем и после смерти, но когда какое-то книжное дело увлекало его, вокруг обычно с невообразимой скоростью росли горы из фолиантов, книг и свитков. Так было и сейчас. Жрец долго трудился над этим трактатом, добытая литература проливала совсем чуть-чуть света на тайну тех, кого называли, или даже продолжают называть Темными Богами. Но в большей степени завлекала жреца даже не сама тайна, не поиски манускриптов, книг и артефактов, имеющих отношение к Темным Богам, а то, что история его ордена так или иначе связана с этими сущностями.
___Яшумицу, глава ордена, Брекаша и Ланрэ рассказывали о том, как они создали этот маленький отряд, который со временем превратился в настоящее боевое братство. Да, это была интересная история, но особую роль в ней, как полагал Терцилий, играли те странные личности, которые спасли жизнь троим друзьям, ценой собственных жизней. Их предсмертная просьба заключалась в том, чтобы продолжить их дело под знаменами с пугающим знаком – восьмиконечной звездой Хаоса. Молодые друзья, полные эмоций, надежд, амбиций и безмерно благодарные своим спасителям с радостью согласились, приняли эстафету. Гильдия Хорде Маллеус возродилась, точнее сказать, продолжила существовать и получила новую кровь. Обещания они дали некой эльфийке крови, кажется Ланрэ называл имя Shellest, странному отрекшемуся без челюсти, явно бывшему разбойнику, почему-то облаченному в рваную жреческую робу с символом все той же восьмиконечной звезды и совсем уж безумному троллю- воину, который, по рассказу друзей, практически перманентно пребывал в состоянии берсерка.
___Терцилий сотни раз прокручивал в голове рассказы основателей ордена, точнее сказать, первых преемников, десятки раз расспрашивал троллиху Брекашу, разбойника и барда Ланрэ и паладина Яшумицо, пока те не стали посылать его куда-подальше. И всегда он натыкался на эти три странные личности. К сожалению, летописец Хорде Маллеус, а точнее сказать, летописцы, толи очень быстро умирали, сменяя друг друга, толи были абсолютно ненормальным. Часть записей вообще была уничтожена, часть была написана на языке, которого он, ученый хронист, попросту не знал, не встречал никогда в жизни. Тогда же Терцилий предложил распределить обязанности по гильдии между ее боевыми братьями и сестрами, предложив себя в качестве хранителя истории, библиария, хрониста, если хотите, который будет записывать историю их ордена, а точнее продолжать ее. Может быть, когда-нибудь ему удастся узнать о своей гильдии гораздо больше.
___Слухи, сказания и истории, которые жрец собирал в том числе у старожилов Орды, расспрашивая о Хорде Маллеус, так или иначе были связаны с некими Темными Богами. Сперва Терцилий подумал, что рассказчики, говоря о Темных имеют в виду Древних Богов – К’Туна и его сородичей, но не единожды эти высказанные догадки были опровергнуты собеседниками.
___«Не Древние, малой, причем тут эти? Темные, слышишь? Темные Боги, Боги Смерти, Хаос в восьми ликах!» - Это сильно поразило Терцилия, ведь говоривший эти слова таурен был ближайшим приближенным Хамуула Рунического Тотема, и почти таким же старым как и верховный друид. Сведение за сведением, по крупинке Терцилий собрал достаточно информации о тех, кого называют Темными Богами, повелителями Вечной Ночи. Жрец понимал, что все, что он нашел – это лишь ничтожная кроха, жалкие песчинки, чуть-чуть приоткрывающие тайну существования Темных, но все равно он был очень рад тому, что сумел найти.
___Книга прирастала страницами, а рабочий кабинет жреца - отрекшегося заполнялся всяческими фолиантами и свитками, архивами и хрониками.
___Терцилий поймал себя на мысли что читает страницу за страницей своей книги, тогда как настоящая работа простаивает. Закрыв незавершенный труд, он взял очередные практически истлевшие записи. В уголке истрепанного кожаного переплета была выдавлена восьмиконечная звезда. Терцилий присмотрелся получше и понял, что обложка сделана не просто из кожи. Это было лицо. Растянутая на обложке кожа была испачкана алыми пятнами, кое-где прожжена, теперь уже не понять, был ли это гном, человек или же дворф.
___Странно, но у него до сих пор не дошли руки до этой книги. Писана она была летописцами из Хорде Маллеус. С каждой новой строчкой Терцилий понимал, что этот полуистлевший древний фолиант ключ к дверям, за которыми находятся ответы на многие вопросы. И первое, что он узнал – расположение нескольких тайных святилищ, в которых когда-то проводили ритуалы последователи Темных Богов, члены черного ордена Хорде Маллеус. Жрец надеялся, что в тех самых тайных местах он найден ответы на многие мучавшие его вопросы. Там же он надеялся найти и другие книги от хронистов Хорде Маллеус.

* * *

___Паладин-эльф крови выдохнул кольцо табачного дыма и посмотрел на замершего в нетерпении отрекшегося. Улыбка заиграла на лице и он снова затянулся.
___Дворфы, удар за ударом, приближались к заваленному входу в третью пещеру. Первые два тайных святилища Темных Богов, найденные в Тернистой долине и Когтистых горах не принесли жрецу удовлетворения. Конечно, Терцилий нашел несколько книг, гравюр и иных артефактов, как он называл свои находки, но все они были писаны на том самом неизвестном языке, что так часто встречался в хрониках Хорде Маллеус.
- Он прямо как статуя. – Пробормотала троллиха Брекаша, глядя на жреца-нежить.
- Ага. – паладин снова затянулся, и снова выпустил дым колечком. – Ты ж знаешь нашего капеллана – за древние записи душу продаст.
___Пленные дворфы, гремя кандалами, рубили породу, прорубая проход, ведущий в глубь и вниз. Терцилий не отводил от них взгляда. В тот момент, когда его напряжение и страх неверного истолкования записей летописцев Хорде Маллеус достигли пика, горная порода обвалилась, увлекая под собой первых двух дворфов. Раздались крики боли, стенания.
___Терцилий сорвался с места и поспешил вниз. Он прошел по камням, которые завалили дворфов, не обращая внимания на стоны, доносившиеся из-под завала и вошел в узкий проход. Члены черного ордена Хорде Маллеус поспешили за ним, группа бойцов осталась контролировать пленников-рудокопов, офицеры вошли в узкий коридор, заканчивающийся ступенями, ведущими вниз.
___Яшумицо и Брекаша нашли Трецилия не сразу. Он уже был в главной зале, наполовину заваленной камнями, пыльной и затхлой. Жрец в возбуждении носился от постамента к постаменту, собирая древние запылившиеся книги и свитки. Каким чудом все это уцелело по прошествии стольких лет оставалось загадкой.
-Тер, старина, ты немного успокойся. Сейчас организуем подъем этих записей наверх, все будет отлично. – Эльф снова улыбнулся.
- Подъем? Наверх? Я сам! Ну уж нет, сейчас какой-нибудь болван еще уронит их по пути или испортит! Ну уж нет! – жрец-отрекшийся поспешил к выходу.
- А нам-то что делать? – Паладин покачал головой, видя как бережно жрец берет книги и упаковывает в кожаные сумки, пропитанные особыми магическими маслами.
- Организуйте подъем остальных вещей наверх. Доставим остальные находки, все кроме книг, фолиантов и иных записей на поверхность. Кстати говоря, все это принадлежит нашей гильдии. Надо отвести все это в наше убежище. – жрец уже поднимался по лестнице, его сопровождали несколько молодых братьев ордена, которым, правда жрец не доверил нести книги.
- А ты что думаешь? – паладин обратился к троллихе. Монахиня была сама невозмутимость.
-История ордена, если ее сможет все же расшифровать и переписать брат Терцилий, укрепит наш боевой дух и повлияет на нашу сплоченность, примарх.
___Эльф крови кивнул и принялся раздавать команды. От взгляда Брекаши не ускользнуло как Яшумицо поморщился при слове "примарх". Звание примарха ордена он считал излишне помпезным и пафосным.

___Когда все, что было найдено в последнем святилище загрузили в два фургона, к Яшумицо, Брекаше и Терцилию подошел Фелгрим, отчаянный рубака и безбашенный боец.
- А с этими что делать будем? – в голосе орка чувствовались кровожадные нотки.
- Вообще мы обещали отпустить дворфов. – Брекаша была само спокойствие и невозмутимость. Она видела, как зеленое лицо орка налилось кровью а руки сжались в кулаки. – Но с одним ты можешь сразиться, брат Фелгрим.
Кровожадная улыбка мелькнула на лице орка. Отсалютовав, он направился к пленным.
- Я вот думаю, может их продать? – Яшумицо снова закурил трубку. – Годные дворфы. Не старики, работать могут. Вон, в Оргриммар, к примеру. Или в Подгород, на опыты?
Брекаша промолчала. Путь монаха учил чести, а они обещали дворфам свободу.
-Давай спросим у капеллана, примарх. – По лицу троллихи не возможно было понять, рассердилась ли она или ей все равно.

___Жрец отрекшийся лично проверил, как уложены и закреплены «бесценные находки» и направился к основателям ордена.
- Что будем делать с бородатыми, Тер? – паладин несколькими ударами выбил из трубки табак и курительную смесь и продолжил: - Я вот думаю, может их продать? А что!
«Замуруй их заживо» - вкрадчивый голос внутреннего Я прозвучал в голове Терцилия. Раньше ему такие мысли не приходили, не смотря на то, что он всегда был беспощаден с врагом. И настолько логичным верным и нужным было это решение, настолько тяжело было противиться внутреннему Я.
- Мы их замуруем. Всех. – Терцилий заметил, как округлились глаза паладина. Яшумицу был рубакой и не боялся битвы, никогда не пропускал возможности нанести врагу кровавый удар на поле боя. Но предложение, а в особенности полный уверенности и твердости голос капеллана и летописца гильдии заставил его поморщиться.
- Ээээ… - Эльф крови не нашел что сказать. Стоявшая рядом Брекаша в лице не изменилась, разве что одна бровь удивленно изогнулась. Те, кто не знал монахиню так близко, как Яшумицо, Ланрэ, Терцилий подумали бы, что троллиха как всегда безучастна. Но даже такой едва заметный мимический жест говорил о буре внутри монахини.
Жрец положи руки на плечи эльфу крови и троллихе и повторил:
- Мы их замуруем. Всех до одного. – Теперь почему-то его слова не звучали таким уж кровожадными и безумными. Это всего лишь дворфы, бородатые сволочи из Альянса, да к тому же еще и ренегаты и беглецы. Почему бы и нет. Очень даже хорошее решение. Нужное решение.

___Дворфы поняли, что все обернулось не в их сторону и попытались устроить бунт. Вернулся Фелгрим и принес бесчувственное тело дворфа на плече. Он устроил свою любимую забаву – кулачный бой без брони один на один, предварительно освободив пленника, и как обычно довел дело до победного конца. Он без возражений воспринял переданный приказ и быстро организовал весь процесс. Избитые дворфы были отведены к лестнице, после чего их, скованных цепями, столкнули вниз. Проход в тайное святилище завалили лучше, чем было до этого. Если у кого-то и были сомнения и возражения по данному вопросу и решение - ни один член братства их не озвучил.

* * *

___Жрец-отрекшийся витиевато выругался, открывая очередной том хроник Хорде Маллеус. Снова эти неведомые закорючки, непонятные буквы несуществующего языка. Может быть это шифр? Он пытался расшифровать, используя самые разные техники и ничего не вышло. Пробовал даже обращаться к известным ему ученым лицам. В Даларане может быть кто-то и расшифровал бы эти записи, да сумасшедшая магичка Джайна утроила какой-то дикий скандал и Орду больше не ждут в Даларане, тьма ее побери. Нет, все было бесполезно. Он совсем отчаялся. Надо лечь поспать. Нет, нежить не спит, это правда, но после смерти и воскрешения в виде отрекшегося появляется некое состояние, сам лично он называл его «забытье», когда притупляются чувства и разум заволакивает чернота, абсолютно непроницаемая, дающая возможность отдохнуть, забыться. Иногда, правда очень редко, бывают даже сновидения.
___В этот раз пришел сон. Да еще какой. В нем жрец готовил какой-то обряд, сыпал разные ингредиенты, и в самом конце перерезал горло женщине с мешком на голове. Кровь из раны хлестала в котел, символы вокруг него вспыхивали и затухали, а из котла валил зеленый дым. После чего он, Терцилий, взял налил себе в кружку этот странный отвар. Сон на этом прервался а отрекшийся вышел из оцепенения.
___Самые удивительное после сновидения было то, что он помнил наизусть каждый свой шаг, каждое действие. Нечто странное было во всем этом. Вчера он, послушав внутренний голос, велел захоронить заживо полдюжины дворфов, сегодня ему приснился, мягко говоря, странный сон, но почему-то он был абсолютно уверен, что нужно было сделать все, как ему приснилось. Будто некая могущественная воля подталкивала его сделать очередной шаг. Жреца передернуло. Он, казалось, всем естеством почувствовал, что стоит на границе понимания такого, узнав о чем, может сильно пожалеть. Не спроста ему приснился этот странный сон с полным описанием ритуала. Да и тот голос, который он принял за внутреннее Я… был уж слишком «не его». Что же происходит? Может ну в задницу всю эту муть с Темными Богами и историей ордена? Он определенно чувствовал, как приблизился к чему-то ужасному и могущественному, и что сделав шаг назад повернуть будет нельзя. Нет нет нет. Надо остановиться. Вот сейчас он полетит в Борейскую тундру, оттуда в Оргриммар, встретиться с боевыми братьями… Да, именно так он и поступит…

___Отрекшийся волок оглушенную женщину-разбойницу за волосы в сторону Ядозлоби, к своему дому. Стражники-нежить расступились, один из них что-то пошутил по поводу «темных делишек». «Еще какие темные, ребята, самые что ни на есть темные» - зло подумал Терцилий.
___В доме все было готово. Начерченные руны и символы, греющийся котел, рассортированные травы и иные ингредиенты. Частицы изначальной, кристаллизованной и нестабильной тьмы. Можно было начинать. Но во сне девушка была в сознании. Хлесткими ударами ладоней отрекшийся привел девушку в чувство. Она сперва не поняла, что происходит, потом ее глаза расширились, она ловко выкрутилась, но все же недостаточно ловко, чтобы избежать режущего удара. Нож полоснул чуть кривовато по горлу, а рука схватила за шею и наклонила над чаном. Один за другим в ход пошли ингредиенты, пока не повалил густой ядовито-зеленый дым. А потом, как и было в его видении, Терцилий налил половником себе в чашку отвара и выпил его. Боль пришла не сразу, а когда пришла терпеть ее не было сил. Да, казалось, эликсир вернул отрекшемуся чувствительность, да еще и усилил ее раз эдак в десять! Жрец упал на колени, потом на четвереньки. Боль разрывало нутро. «О чем я только думал». Он врезался в положенные в аккуратные столбики книги, те посыпались. Последнее, что видел жрец перед тем, как его сознание покинуло его, это страницы одной из летописей его гильдии, написанные задолго до того, как он стал отрекшимся. Написаны они были на все тех же странных рунах, только теперь он мог их читать, будто знал этот язык с самого рождения.

[WARG]

Из древних хроник Horde Malleus. О Темных Богах.

___Терцилий не знал, сколько длится его самовольное заточение в собственном доме, но то, что он не показывал носа (точнее того, что от него осталось) на улицу больше недели – было чистой правдой. Как одержимый, жрец переписывал древние анналы Хорде Маллеус, зарисовывал враз ставшие понятными рисунки и узоры, руны и символы. Он прерывался на совсем короткое время, и то, чтобы потом вновь взяться за работу с удвоенной силой. Терцилию открылась тайна древнего языка, после того как он испил приготовленное зелье. Теперь он переводил старые, полуистлевшие записи Хорде Маллеус, ордена, который был тесно связан с величайшими сущностями бытия – Темными Богами. Он слово-в-слово переписывал записи Bahamut’a, Eukahainen’a, Laden’a, Kuni и других летописцев, но больше всего, конечно, его радовали записи Bahamut’a. Если верить его собственным словам, Темные Боги ниспослали свое Откровение именно этому отрекшемуся, в прошлом простому разбойнику. Строка за строкой жрецу открывались имена Темных Богов, легенды о них, тайны мироздания, связанные с именами Восьмерки Хаоса и многое другое. Пару раз жрец останавливался и задумывался, а не бред ли это спятившего отрекшегося? Не выдумки ли и плод собственной фантазии? Но кое-какие записи совпадали или частично подтверждали его собственные изыскания на предмет сущности Темных Богов.

Из записей Bahamut’a, хрониста Horde Malleus, в прошлом обычного разбойника-отрекшегося до ниспослания ему Откровения.

___«Восемь есть великое число, так говорю я вам. Ибо восемь есть знак сущности без конца, а восемь лучей звезды суть есть сила Хаоса, мощь первородная. Суть есть одна из трех великих сил, сиречь рекомых Хаосом, Порядком и Равновесием. Хаос есть сила, сокрытая в Великой Тьме, сила аннигиляции, низложения и вместе с тем сила бесконечного изменения, искажения. Порядок есть сила вне Великой Тьмы, созидание и упорядочивание, Порядок есть Счет всему, и продолжение всему. Равновесие суть есть весы, на коих Хаос и Порядок, Смерть и Жизнь. Равновесие суть есть обод колеса Всего Сущего, спицы коего вращаются по солнцу и супротив солнца.

___Сперва не было ничего, так рекут мне Они. Не было ни Великой Тьмы, ни Звезд ни Миров. Было лишь Серое Ничто. Оно было и не было, жило и не существовало. Материи не было. Но потом в Серости Ничто волею ли направленной или же случайностью разлился черный бесконечный Океан а над ним белый Свет и все это в скорлупе великого Ничто, великой Серости. И тогда родилось движение. Черная бесконечность тянулась к белому Свету, и когда брала кусок его, то тянула его в себя. Так родилась мертвая материя. То были пустые миры, неразбуженные звезды, мертвые галактики. Но и Свет стал тянуться во Тьму. И забирал обратно, то, что было забрано Великой Тьмою. И тогда мертвая материя оживала. В вечном завихрении Тьмы и Света рождались бесконечные галактики и звезды, миры и планеты. Они рождались и умирали, так как в них была и сила жизни и сила смерти. Так началось великое противостояние Света и Тьмы, Порядка и Хаоса.

___Мерное движение происходило бесконечно долгое время, пока не случилось Великого Искажения или же, по-иному, Великого Смещения. Великие рекут мне, что причина была схожа с той, после которой в Сером Ничто появилась Тьма и Свет. Суть есть знания необъятные для смертных, и непостижимые, я есьм проводник воли Их, и будучи ничтожной тварью, не в силах осознать полностью весь масштаб и могущество ниспосылаемых мне знаний, но я, аки прилежный ученик, запишу все открывшееся мне.

___Великое Искажение осуществилось проникновением Тьмы в Свет, Хаоса в Порядок и наоборот. И столь сильным было сие движение, что огромные части Хаоса и Порядка так и остались – одна в бесконечных пределах Света и Порядка, вторая в Великой Тьме. И от столь сильного соприкосновения появилась нематериальная прослойка, рекомая смертными нашего мира Искривленным Пространством (Twisted Nether).

___Части же Порядка и Хаоса, навсегда оставшиеся в чуждых им пределах стали испытывать на себе силы противоположных начал. И родились из сияющего белого осколка, который навсегда застыл в Великой Тьме те, которых нарекли Скитальцами, Титанами. Сыны порядка навсегда огородили свои родные миры, погруженные в бесконечность Великой Тьмы от необузданной силы аннигиляции, смерти, искажения. Скитальцы отправились в путешествие по бесконечному океану Великой Тьмы, вытаскивая попавшие во Тьму частицы Света, создавая миры, встречая уже созданные миры путем вечного взаимодействия Смерти и Жизни. Они принялись творить и упорядочивать, эти могущественные существа из металла, квитэссенция Порядка, сущность Творения, апофеоз Жизни. Скитальцы сотворяли народы, создавали жизнь, упорядочивали уже зародившуюся жизнь, меняли ландшафты и структуры миров, искореняли местных богов. Но жизнь на мирах была смертна, что не нравилось Титанам, и они вносили в миры свои изменения, создавая идеальные, правильные миры и народы, не всегда считаясь с той жизнью, что была до их прихода.

___ В Искривленном Пространстве, великой реке магии, частицы жизни искажались, порождая мириады злобных существ – демонов и иных тварей. И Пантеон Титанов вступил в бой с тварями Искривленного Пространства. Великие рекут, что Искривленное Пространство стало для них питательным соком, пока они еще спали в Сосредоточении Хаоса в великих Пределах Света. Капля за каплей, эмоции и жизни, смерти, войны, страдания, страсти и боль, проходя через Искривленное Пространство и устремились в Великую Тьму и Пределы Порядка. В царстве Порядка же, все это бесконечной рекой текло к черному осколку Великой Тьмы, навсегда застрявшему в Пределах Света. И тогда великое действо свершилось. Тьма, заточенная в океане Света, окутанная им, отшлифованная до идеально бесконечной сферы, ожила.

___Совершенство формы лопнуло, сфера превратилась тянущееся во все стороны, подрагивающее нечто, Море Тьмы в Океане Света. Разлившееся бурлящее море Хаоса посреди бесконечности Света названо было Черным Солнцем. Это и стало колыбелью Темных Богов, кои почтили меня, песчинку под стопами их, знаниями.
___Сперва было Их четверо, четыре великих силы в мирах Черного Солнца. Много имен у них и у каждого народа свои прозвания имеются, я же ведаю и что ведаю то и запишу об именах их, мне ниспосланных.

___Первому имя Сангвинорд, Пьющий Кровь. Пьющий кровь, истинно так говорю вам! Недостойная рука моя записала сие имя, да прахом рассыплюсь я, ничтожный. Пьющий Кровь, так речь его буду далее, ибо не осмелюсь впредь записывать истинное имя его.
___Великий владыка Пьющий Кровь, отец всех битв, рожденный в бесконечной череде смертей, испивший крови виновных и безвинных, жертв и палачей, воинов и мирных, разумных тварей и неразумных. Багровой тенью видится он смертным, и там куда падет взгляд его, будет всюду война и смерть, кровь и насилие. Затмевая крылами небеса, великий бог Багровой Тьмы, обитает в мире Блоттнагар, в цитадели темного железа, забранного из крови жертв. Могучее тело его заковано в закаленные в крови черные латы, на поясе из хребта дракона по имени Лидельзэ висят два изогнутых великих клинка, горящих багрово-черным пламенем. Легионы его верных рыцарей, вкусивших каплю его крови, охраняют мост Фольсквернир, что тянется чрез море кипящей крови. Звон Багровых Кузниц раздается в бесконечных шахтах под цитаделью кровавого бога, где куется великое оружие для избранных им воинов. Огромные существа с восемью руками топят кузницы телами трусов и куют оружие из крови, проливающейся в битвах, остужая его в огромных чанах с кровью мертвецов. Поля боли рассеяны вокруг цитадели Сангвихейм, по которым в бесконечных блужданиях бродят по лезвиям и остриям мечей души плененных и души последователей, чтобы страдать вечно или же выдержать испытания и встать в кровавые легионы Темного Бога. Так ведаю я, ибо так сказано мне, что настанет время, когда придет Истинное Затмение, а за ним Вечная Ночь. Темный Бог с легионами верных ему, войной пройдется по мирам, воплотившись в мире Материи, ибо Блоттнагар не связан с материальными мирами и Темных Бог не может начать свой кровавый поход в мире прежде срока, прежде чем адепты его не приблизят Вечную Ночь. И настанет время, когда миров, погруженных в Вечную Ночь будет достаточно, чтобы Пьющий Кровь и остальные Боги полностью воплотились в мире материи и взяли все миры себе. И да будет так!

___Второй Бог Хаоса, владыка темной стороны магии, магического истощения Аннаэнор, Выдыхающий Тьму. Черный вихрь с тысячью лиц, раскрывшийся эдр с истощающим Оком, Аннаэнор, владыка черной магии, Великий Аннигилятор, обитает в Даркнахейме, мире черных туманов. Души захваченных последователями Аннаэнора магических существ навсегда закованы в лабиринтах Черной Пирамиды с сияющим оком, испытывают невероятные мучения и жажду магии. Они питают алчную звезду, усиливающую могущество великого Аннаэнора. Восемь великих путей ведет к Черной Пирамиде, где набирает силы и ловит магические потоки Аннаэнор. Темные глашатаи держат на магических цепях демонов тьмы, искаженных черной магией существ с миров, на которых уже настала Вечная Ночь.
___Восемь дорог к Черной Пирамиде оканчиваются резонирующими эдрами, которые сторожат по двое черные ангелы Аннаэнора – величайшие чернокнижники, некроманты и малефики ключевых миров. Они также являются проводниками черного смерча и Затмения для избранников Хаоса.
___Сторожит покои Аннаэнора Дарволакх Неспящий, черный серафим над всеми темными ангелами, искуснейший в черной магии демон.
___Дороги к Черной Пирамиде посыпаны прахом миров, которые были покорены Темными Богами и не являлись ключевыми.

___Ведаю я имя третьего Бога Тьмы. Имя ему Нордаллон. Вечно голодный, поглотитель душ и миров, Нордаллон обитает в мире Зерехтор в Черном Солнце. Невообразимо огромного размера, напоминающий паука с тысячью жаждущих пищи пастей, Темный Бог восседает на паутине, сотканной из душ съеденных им и переваренных живых существ. Паутина оплела циклопических размеров мертвое древо Аль’Фазих, Моровое древо. Корни древа покрыты костями съеденных живых существ, а из корней берут начало четыре смертоносных источника, имя которым Зарех, источник Гнили, Ачеррон, источник Безумия, Ятрангал исток всех ядов и Мортхэ, мертвые воды. Четыре источника впадают в океан, который беспрестанно пылает демоническим зеленым огнем, а поднимающийся дым несет смерть.
___Тело Алчущего Бога покрыто всеми смертоносными ядами миров, которые были им поглощены, а из сотен белесых глаз течет густой трупный яд. Тысячи арахсиров, творений великого Нордаллона, плетут паутины у подножия Морового древа и наблюдают, как в болотах, наполненных смертью и гнилью, в смертоносных испарениях гибнут жертвы или мучаются души последователей Темных Богов, дабы пройти испытание.

___Слаще всякого меда и вина для мертвых уст моих имя Богини Хаоса – Нвейи. Великая двуликая Богиня, Нвейя Обманщица, Нвейя Мать Младших, Дева всех пороков. Хранительница Смерти, заключенной в двух сферах – черной и белой, сферах Тьмы и Света. Я не ведаю облика великой Нвейи, ибо она всегда меняет облик, представая воплощением мечты, но тот, кто разглядит оба ее лика навсегда потеряет рассудок. Богиня разврата и воздержания, похоти и целомудрия, Нвейя была одновременно взята в жены сразу тремя богами. Тысячи лет по меркам нас, смертных с Азерота, длилась эта жуткая оргия, после которой Темная Богиня родила четверых Младших Богов.
___Богиня обмана, она питает силу в предательстве, в кровавых оргиях, в совращении праведных и в тоже время часть ее последователей ставят во служение богини свою воздержанность и целомудрие, несмотря на нестерпимую жажду наслаждения. Нвейя обитает в обманчивом мире Лаверт. Мир, где одновременно светят луна и солнце, мир, где вечно цветут хищные плотоядные цветы. Сама Нвейя обитает в черно-белом замке, который построен на огромной кувшинке, размером с остров. Море мертвых, на котором растет огромная кувшинка, заполнено всплывшими телами тех, кто увидел лик богини и влюбился в нее. Стараясь доплыть до замка на кувшинке, жертвы тонут тысячами, тела же их одно за другим уносят под воду существа, похожие на наг в нашем мире, полуженщины, полузмеи.
___Замок обмана и разврата сторожит черная и белая стража – все они женщины, тела их изменены так, что любая из них будет считаться эталоном красоты в родном мире. Черная стража – самые развратные женщины, которых можно только представить, абсолютно голые, с черными браслетами и ошейниками и длинными боевыми когтями, которые способны разорвать ткань любого заклинания. Я видел их, когда мне открывали Истину Темные Боги. Похоть разлилась в моем мертвом теле, истинно говорю вам. Белая же стража обряжена в легкие белые одеяния. На глазах у них белые повязки. Эти женщины также прекрасны, если даже не более прекрасны, чем черная стража. Они испытывают постоянную жажду удовлетворения, но восхваляют Богиню своей сдержанностью. За спиной у сих дев смертоносные глефы. Две самые истовые женщины из черной и белой стражи становятся возлюбленными Богини, они обретают бессмертие, силу смерти и обитают в покоях самой Богини.
___Великие истязатели – пожалуй, единственные существа мужского пола, кто живут в мире Лаверт. Могучие воины, они – подарок Богине от самого Пьющего Кровь. Сражаясь в бойцовых ямах, они проливают кровь во славу Богини, сильнейшие становятся наложниками Черной Стражи или иногда даже допускаются в покои госпожи для развратных оргий.

___Волею Богов Хаоса мною записаны имена Их и, насколько возможно никчемному смертному, поведана история сих великих столпов Хаоса. Но Хаос является полным лишь в Великой Восьмерке. Старшие Боги породили Младших, о сем мне, адепту Хаоса, Bahamut’у поведано Ими.
___Прежде речь поведу о Богах-близнецах, рожденных от Пьющего Кровь. Все младшие боги вобрали в себя часть сил от остальных богов. Эшиэль и Эриос, имя близнецам.

___Близнецы обитают в двух мирах, которые связаны друг с другом единой пуповиной. Первым рассказ поведу о Эшиэль, деве убийств. Подобно своей матери, Эшиэль может принимать облик прекрасной женщины любой из рас. Черная вуаль покрывает ее плечи, а взгляд ее заставляет покончить с собой. На лице у Эшиэль белая маска, которая зачастую принимает облик черепа. Почитатели Эшиэль идут путем убийств, они не льют реки крови, не потрошат трупы, но каждое их убийство – это жертва во славу Богини, это красота и изящество, это искусство. Каждый почитатель Эшиэль знает, что высшей наградой для него будет поцелуй богини, после которого последователь вскрывает себе горло ритуальным кинжалом. Молчаливая богиня, так еще называют Эшиэль. Идущие в бой, идущие на убийство всегда готовы молча и без промедления отдать свою жизнь за Богиню.
___Эшиэль обитает мире Мортгейт, никто и никогда не видит богиню, пока не подойдет к огромному сооружению из камней, и когда рассеется туман, скрывающий это место, он увидит одинокую фигуру, сидящую в центре круга. Сила неотвратимой смерти наполняет Эшиэль, те, кто проходят путь до конца становятся тенями – вечной незримой свитой Богини, готовые убивать во имя Богини без разбору.
___Богиня убийств холодна и неприступна, и лишь с одним она близка, со своим братом-близнецом Эриосом. Раз в сотню лет по нашему времени брат и сестра сходятся вместе и от жара их любви, от пламени их разврата пылают оба мира, Мортгейт и Абелосс.

___Великая честь предоставлена мне писать о Богах Хаоса, и сейчас я поведаю, что открылось мне об Эриосе Идеальном, Эриосе Созывающем Битвы. Когда смертный смотрит на этого бога, он видит идеал, он ощущает всем естеством своим совершенство. В багровых латах, на которых нанесены древние руны силы, с двуручным мечем Цвайдерхорном, чье черное лезвие поглощает любой свет, Эриос восседает на Алом Троне. В одной руке его кубок с кровью девственниц, ибо в его гаремах всегда есть не познавшие мужчин девы. Нет равных Эриосу на поле боя, ибо суть его есть вечное стремление к Абсолюту. На боку у этого младшего бога висит рог Скъядлархир, и именно он затрубит, когда настанет кровавый поход по мирам, когда наступит Великая Вечная Ночь, когда будут подчинены все ключевые миры, когда Черное Солнце откроет путь Темным Богам.
___В алом замке Эриоса вечный пир и вечные битвы. Обнаженные рабыни, в прошлом великие волшебницы, ибо Эриос не любит магии, обслуживают избранных им воинов. Двенадцать лучших из воинов – алая стража Темного Бога. Тех, кто способен одолеть их всех, Эриос отправляет в мир своего отца, Пьющего Кровь, дабы те вкусили крови Темного Бога и стократ стали сильнее.
___Верхом на огромной черной твари, походящей на протодракона из нашего мира, Эриос облетает свои владения в Абеллосе, наблюдая за бесконечными тренировками своих легионов, ибо путь Эриоса это путь идеала и совершенствования.
___Тысячи наложниц-девственниц обитают в Чертогах Крови Темного Бога, от соития с Эриосом девственница умирает, ибо не в состоянии разум смертного существа справиться с наслаждением и болью при соитии с богом. Но есть и те, кто не умирает, однако разум их преображаются. Они становятся Пророчицами Крови, избранными наложницами Темного Бога, способными предсказывать ему на крови девственниц будущее.
___Раз в сто лет, по меркам нашего мира, Эриос встречается с Эшиэль, дабы увидеть свою сестру и заняться с ней разнузданнейшей оргией, славя тем самым свою мать, Нвейю. Миры озаряет пламя, когда Боги уединяются, и из пламени этого рождаются ферерхоты, элементали кровавого огня которым суждено в Вечную Ночь пожертвовать собой и спалить тысячи защитников обреченных миров, прокладывая путь воинствам Темных Богов.

___Пандемортий Пламя Увядания, обитает в прожжённом до тла черно-сером мире Фламерот. Мир этот беспрестанно испытывает на себе ярость бурь всех стихий, ибо Пандемортий вобрал в себя силу стихий покоренных миров, поглотил богов, повелевающих силами земли, воды, воздуха и огня в мирах, на которых настала Вечная Ночь. Фламерот раздираемый бурями мир, чудовищный темные вихри и ветра дуют в нем, проклятое пламя горит до небес, расколы земли источают первородную мощь тьмы, а черные воды океанов беспрестанно покрываются воронками и водоворотами.
___Но не только этим славен сей Младший Бог. В одном из миров Пандемортий заарканил один из многочисленных потоков времени и приобрел великую силу, силу тления и увядания. У ног его вьются черви, поедатели времени. Сам лик Темного Бога скрыт и вечно изменчив.

___Террохорн имя восьмого Бога Хаоса. Рожденный от Нордаллона и Нвейи, Террохорн Шепчущий в темноте, является воплощением ужаса и безумия. Глубоко под черными скалами мира Здархор, в циклопического размера подземном храме, обитает он, праотец ужаса, владыка безумия. Миллионами глаз он смотрит из своего убежища, шепча на тысячах языках, клацая мириадами пастей. Террохорн шепчет о смерти, сводит с ума, голос его могут услышать существа в материальной вселенной когда дорога заведет их в непроглядную тьму подземелья. Тысячами щупалец тянется Темный Бог к поверхности мира. Любой, кто узрит хоть на мгновение Террохорна навсегда потеряет рассудок и сольется с Темным Богом. Мириады жизней поглотил Террохорн, вещающий бог. Хитрый и ведающий Бог, он вобрал в себя бесчисленное количество разумов и способен, даже находясь в Черном Солнце, следить очами своими за мирами живых.

___Помимо миров-обиталищ Темных Богов в Черном Солнце есть множество других миров, на которых готовятся армии наших владык, куется оружие, возвышаются величественные зиккураты и храмы истинных последователей, много и пустых, мертвых миров. В одном из пограничных миров, в черной крепости живут Хранители Молотов, артефактов-ключей из нашего мира. Ведаю я, ибо видел своими глазами их после развоплощения. Был там и Abgefloren, навеки замолчавший жнец, и Garretshadow коронованный Тьмой, и Eukahainen, пылающий в собственной ярости и безумный Stain, объятый зеленым огнем. Хранители сторожат один из входов в Черное Солнце, они сыграли свою роль в приближении пришествия Вечной Ночи на Азероте и им еще суждено довести дело до конца. Именно они, отцы-основатели нашего ордена более других удостоились быть избранниками Темных Богов. В черной цитадели живут и другие павшие братья Horde Malleus, я видел их, тела их преобразились силами Темных Богов, они вошли в бесчисленные легионы Хаоса. Все они еще вернуться в наш мир, под звуки горнов Хаоса, под литании, славящие Темных Богов. Вернуться чтобы восславить Вечную Ночь.
___ Ведаю я, что наш мир есть один из ключевых миров для Великой Восьмерки Хаоса. Были последователи и до нас, и мы продолжаем великое дело. Ведаю я, что придет Вечная Ночь, мы встанем в рати Темных Богов, дело наше не закончится никогда, ибо раз посеявши зерно, более не избавиться нашему миру от черных всходов…»

___Терцилий прервался. В дверь кто-то стучал. Судя по голосу, это был Яшумицу, глава их боевого братства Хорде Маллеус.
- Терцилий, открывай. Если ты, костяная нога, там еще не окочурился, конечно. А иначе дверь вынесу. – Жрец поспешил открыть паладину дверь.
- Ого! – только и мог сказать эльф крови, видя рабочий беспорядок в доме жреца. – Ты вообще не останавливаешься что ли?
- Ну, вот сейчас, как видишь, остановился – Терцилий был рад видеть друга. Работы, конечно, было еще непочатый край, но порой надо и отвлечься.
- Ты тут в своей глуши промерзшей, наверное, даже не слышал последних новостей? – эльф крови достал трубку – покурить-то у тебя тут где можно, старина?
- Пойдем на террасу, Яшумицу. Так о чем ты? Я тут погружен в дела минувших дней и не особо слежу за последними новостями, тут ты прав.
- Орда раскололось, брат. Вол’джин возглавил сопротивление, Гаррош совсем обезумел, он откопал какое-то древнее дерьмо в Пандарии, Альянс тоже точит зубы, почувствовав, что Орда стала легкой добычей. Лор’темар Терон и Сильванна пока не выступили ни за одну из сторон. Поговаривают, кровожадная сука Джайна подогревает жажду битвы Ринна, поди сосет у него каждую ночь.
- Джайна та еще сука, ты прав. Глаза б ей выжег. – Жрец-отрекшийся заскрипел зубами. Он до сих пор был в бешенстве, что Кирин-Тор изгнал Орду из Даларана, закрыв ему доступ в архивы магической библиотеки.
- Брат, ты нужен нам. Мы собираем совет. Сейчас перед всеми гильдиями, кланами и орденами встал выбор. Гаррош не потерпит предательства, Вол’джин собирает повстанцев и готовит планы взять штурмом Оргриммар, да и Темная Госпожа с Лордом Кель’Таласа в стороне долго стоять не будут. Караул Смерти уже прибыл в лагерь Восточных королевствах, решили собраться там, ибо дирижаблями до Оргриммара ныне небезопасно – Кор’кронская стража до последнего солдата верна Вождю и порой доходит до полного безумства в своих действиях. Наши катафракты собирают всех, от неофитов до легатов. Вскоре весь орден будет на месте. Надо будет выбрать путь, решить.
-А что другие? – жрец посмотел на примарха ордена. – другие гильдии?
Эльф крови пожал плечами:
–Часть присоединилась к Гаррошу и получила карт-бланш на разграбление и уничтожение непокорных, часть ушла в глубокое подполье к Вол’джину. Большая часть еще не определилась, иные вовсе в стороне от конфликта.
- Хорошо. Сейчас запрягу Малыша.
- Боги, Тер. Да дай ты этой зверюге имея пострашнее. Я порой в штаны чуть не накладываю от вида этого твоего «Малыша». Ладно. Я буду ждать тебя у стоил. Надеюсь Ветрорез отдохнул.
___Жрец и паладин отсалютовали друг другу и глава ордена вышел. Терцилий посмотрел на завалы книг и фолиантов в рабочем кабинете и подумал, что у него еще будет время разобраться со всем.

[WARG]

Экзарх.
(и краткая история Хорде Маллеус).

___Жрец-нежить сел на поросший мхом камень и окинул взглядом собравшихся. Весь орден был сейчас здесь, на вершине крутой горы, среди руин троллиной цивилизации, в глубине Тернистой Долины. Хорде Маллеус давно облюбовали эти места. Терцилию тут очень нравилось: живописный вид, древние молчаливые статуи огромных змей, обломки, которым тьма знает сколько лет. Удачное стратегическое положение, густые заросли тропических деревьев, выгодные позиции для стрелков: в случае чего оборону на вершине горы можно было держать очень долго.

___Яшумицо, глава ордена, утрамбовал пальцем табак в трубке и закурил.
- Ну что там, Тер? Ты сегодня будешь зачитывать нам хроники нашей гильдии? Или как?
___Нежить повернулся к паладину. Он улыбнулся, насколько мимика оживших мертвецов могла воспроизвести улыбку.
- Конечно. Правда… историю нашего ордена обычной назвать сложно. – Жрец помялся.
- Ну какая-никакая но это наша история. Мы приняли ее, и думаю, она рано или поздно станет частью нас, не смотря на то, что мы никогда уже не пообщаемся с братьями ордена, кто был в нем раньше, задолго до нас. – в глазах паладина мелькнула какая-то мысль, к которой, судя по всему, он возвращался достаточно часто, оставаясь наедине. Скорее всего о том случае, когда они стали наследниками ордена.
- Вопрос, касательно общих положений дел обсудим позже? – Терцилий уже достал огромную книгу с толстым переплетом из черной кожи василиска на серебряных застежках.
- Да. Успеется. – Эльф крови быстрым шагом подошёл сперва к Мшэн, эльфийке крови – разбойнице, потом к Фелгриму и Герштальму, двум оркам – воину и рыцарю смерти. Коротко переговорив и дав какие-то инструкции, паладин вернулся к Терцилию.
- Ну все. Все на местах, можно начинать. – Он повернулся к боевым братьям и сестрам своего ордена:
- Воины Хорде Маллеус, мы собрались тут, все вместе, чтобы решить множество важных вопросов. Но сперва я хочу предоставить слово Терцилию, капеллану нашего ордена. Слава Орде!

___«Слава Орде!» прогремело единым стройным хором. Жрец поднялся и, держа в руках книгу, произнес:
- Мои боевые братья и сестры. Прежде чем все мы преступим обсуждению важных дел, я бы хотел, чтобы все вы, все до единого узнали об истории нашего ордена. Все те раскопки и поиски, в которых многие из вас принимали участие вместе со мной, не оказались напрасными. Я сумел восстановить и переписать почти все записи хронистов прошлого, и выяснил, что судьба нашей гильдии была весьма непростой. Многие из вас, выслушав все до конца, почувствуют, что они часть одной великой истории. Часть одной судьбы и воли. Иные же, может быть, даже покинут наши ряды, и я не буду винить их за это. – При этих словах Яшумицу изумленно поднял бровь.
- Итак, воины Хорде Маллеус, услышьте же историю нашего ордена. – Терцилий принялся читать. Строка за строкой, страница за страницей слова хроник захватывали братьев и сестер ордена. Жрец не видел, каким действием обладают его слова. Со стороны было похоже, будто собравшихся на вершине горы ордынцев очаровали, заколдовали. Они все как один, от Яшумицу до зеленых неофитов завороженно, смотрели на читающего жреца.

Краткая история черного ордена Хорде Маллеус.

Терцилий читал записи, как они есть и прочитал далеко не все хроники Хорде Маллеус, ниже приведена краткая история ордена.

___Первые упоминания о Хорде Маллеус, согласно архивным записям, зафиксированы за год до открытия врат Ан’Киража. Все записи о братстве Хорде Маллеус (Horde Malleus, именно так писалось название ордена на старом наречии) можно разделить на три больших периода в жизни этой организации. Первый период я, капеллан Хорде Маллеус в нынешнем ее виде, назвал «Хорде Маллеус. Хроники истоков». Как мне показалось, он закончился грандиозным событием в Кратере Ун’Горо, когда в битве схлестнулись братья Хорде Маллеус и силы Альянса. Согласно хроникам, в тот день приближение так называемой Вечной Ночи ускорилось как никогда, не смотря на поражения ордена. Также, согласно записям Bahamut’a и Kuni в этот день произошло частичное воплощение одного из Темных Богов, однако проверить это не предоставляется возможным. Далее затрону события этого периода истории ордена, «Хроник истоков».

Хорде Маллеус. Хроники истоков.

___Опуская многочисленные личные истории членов ордена Хорде Маллеус, записанные в анналах хронистами, необходимо выделить несколько имен, которые сыграли особую роль в истории ордена. Eukahainen, друид из Громового Утеса, разбойники-отрекшиеся: Garretshadow, Abgefloren и Bahamut. Именно эти четверо основали гильдию, которая в последствие стала черным орденом Хорде Маллеус (здесь и впоследствии буду писать название ордена на, так называемом, новом наречии, вместо старинного написания Horde Malleus). Согласно первым записям Garretshadow и Eukahainen’a, встреча четверых произошла при весьма странных обстоятельствах.

___Друид, будучи молодым одиноким странником, жаждущим приключений, путешествовал по Калимдору. Он искал нечто, связанное с гармонией и жизнью, изучал найденные им в путешествии артефакты. Полный тяги к приключениям, таурен попал в одну пещеру. Блуждая по лабиринту, изучая древние письмена на неизвестном языке и чуждые народам Калимдора символы, таурен добрался до небольшой залы, в которой вниз головой на цепях висели три андэда. Там же в странной пещере были четыре Молота, один из которых привлек внимание Eukahainen’a более других. При помощи него он освободил андэдов, которые рассказали ему, что некая могущественная сущность предрекла его появление. Также существо поведало, что после этой встречи их судьбы стали связаны, а артефакты-Молоты поведут их к славе и победе. После встречи в пещере был основан орден Хорде Маллеус, а Молоты были взяты четырьмя отцами-основателями.

___Одним первых из членов отряда (тогда их нельзя было еще назвать гильдией, орденом, в виду отсутствия достаточного количества человек) был орк-шаман Stain. Безумный в своей неистовой жажде битвы, он проникся идеями Хорде Маллеус, а когда пропал Bahamut, стал четвертым и полноценным Хранителем Молота.

___Орден рос в численности, боевые набеги на Альянс стали частью жизни братьев Хорде Маллеус. И тогда Хранителям Молотов начали шептать Голоса. Темные Боги разговаривали с Хранителями, рассказывая о силе, о Вечной Ночи. Из простого братства рубак, Хорде Маллеус стали превращаться в черный орден, в секту.

___Bahamut скрылся в тайном святилище, с ним навсегда посвятили себя беззаветному служению Темным Богам порядка дюжины последователей. Bahamut скрылся примерно за полгода до ухода Eukahainena. Молот был им оставлен и достался Stain’у.

___Eukahainen, сводимый с ума голосами Темных Богов ушел в отшельники. Намного позже он, скрывшись в пещере, устроил за собой обвал. Хотя, если судить по записям Bahamut’a, то таурен следовал воле Богов Хаоса, и поступки его были продиктованы Их волей, а не безумием и жаждой самоубийства.

___Abgefloren тоже слышал шепот Голосов. Он начал замыкаться в себе, все чаще уходя в одиночестве и убивая встретившихся по пути противников из Альянса.

___Garretshadow взял на себя правление орденом, после первого капеллана (в те далекие времена глава ордена именовался капелланом). Голоса, исходящие от Молота, через который вещали Темные Боги вели его, хоть и тоже сводили с ума. Часть новобранцев покинуло ряды ордена, когда слишком сильно стало заметно действие неких сил: воины ордена с самозабвенным безумием бросались в битвы на превосходящие силы противника, пировали на телах, пили кровь поверженных врагов, съедали сердца. Stain также был с Garretshadow.

___Eukahainen в своих блужданиях по пещере ослаб, был ранен, и волею судеб вышел к тайному подземному святилищу. Bahamut и остальные истовые жрецы Темных Богов подобрали боевого брата, и Bahamut пронзил ему сердце ритуальным кинжалом с символом Хаоса – восьмиконечной звездой. Eukahainen первым ощутил на себе силу Темных Богов.

___Спустя, примерно, год после открытия врат Ан’Киража, произошла большая битва с участием ордена Хорде Маллеус. Набег на Вестфолл братьев Хорде Маллеус унес множество жизней, но бойцов ордена поджидали. Попав в западню, Garretshadow, капеллан ордена, а также офицеры Larood, Laden, Sphinx, Aleksa, Stain, Ziba, Kuni, Zoda и весь отряд яростно сражались, пока не разбили противника и вышли из окружения. Примечательно то, что в тот день один из опытных магов гильдии No.Remorse попытался остановить набег Хорде Маллеус и организовал сопротивление. Именно он отвечал за подготовку ловушки для Garretshadow. И когда, казалось, надежд не было, и магическая дуэль Ladena, тролля-мага Хорде Маллеус и мага из No.Remorse при поддержке сил Альянса вот-вот будет проиграна, за спиной мага орды, Ladena, появился Eukahainen. Он уже подвергся изменениям тьмы, он отдал часть своих сил и Laden, купаясь в демонических эманациях, с легкостью одолел противников. После боя темный друид открыл потоки силы Темных Богов всем, и братья Хорде Маллеус впитали силу тьмы, приобретя жажду крови, жажду убийств. Смертельно раненный Garretshadow был доставлен в тайное святилище, где при помощи Bahamut’a принял благословение Темных Богов от самого Пьющего Кровь, и был коронован тьмой и наделен могущественной силой.

___Сила и ужас, которые внушал черный орден Хорде Маллеус росли. Орда также не очень приветствовала кровожадных безумцев, терпя их, потому что в бою они были превосходны и первыми бросались в самые отчаянные битвы. Спустя несколько лет была большая битва при штурме Тераморской крепости, крепость удалось взять (потом Альянс, спустя некоторое время вновь отбил ее себе), особую роль в том бою сыграли братья и сестры из Хорде Маллеус во главе с самим Garretshadow. В то время основатели снова собрались вместе, сила Молотов была с ними. Темный орден вызвал из нематериального мира могущественного бестелесного демона, который помог в битве, после чего те учинили кровавую бойню, разрывая тела врагов на куски, устраивая пир из крови и плоти противников.

___Темная гильдия вызвала на себя гнев древнего ордена света в Альянсе, чьи воины давно уже не сражались в простых битвах, и чьей задачей было беречь земли Альянса от Тьмы. В грянувшей битве с превосходившим числом противников, на границах с Ашенвальским лесом орден Хорде Маллеус потерпел поражение. Большая часть ордена была перебита, прорвались единицы, однако в основном офицерский состав выжил. Garretshadow был пленен и заточен в темницу ордена Света, где сила негаторов гасила мощь, ослабляла ее. Garretshadow в той битве принял Дар Богов и воплотился в принца Тьмы, но все равно потерпел поражение. И на пятнадцать лет о Хорде Маллеус не было слышно ничего.

___После этой битвы большая часть силы ушла из братьев Хорде Маллеус, но все они по-прежнему остались верны Темным Богам. Мало по малу, черный орден стал восстанавливаться, офицеры были живы, хоть и рассеяны по миру, основатели также в большинстве своем были живы. Вскоре о черном ордене снова заговорили. Хроники запечатлели множество битв. Орден снова набрал силу. И Темные Боги снова поддерживали своих последователей.

___Eukahainen, ведомый волей Темных Богов, прошел испытание тысячью и одной смертью. Все, что когда-то было в нем от простого таурена перестало существовать. Отныне это был грозный, но еще не воплотившийся Хранитель Молота. В это время Garretshadow осуществил побег из темницы ордена Света и вернулся в гильдию, также ощущая покровительство Богов Хаоса. Воинство Хорде Маллеус собралось в кратере Ун’Горо, древней земле титанов. Там они начали жуткий и темный ритуал пришествия Вечной Ночи. Против них выступил орден света и армии альянса. Остановить черный орден удалось лишь огромным числом жертв. Eukahainen, Stain, Garretshadow и Abgefloren воплотились. Они перестали быть обычными смертными. Сила Хаоса исказила, изменила их тела, превратив в могущественных демонов, в воплощенных Хранителей Молотов. Орден Хорде Маллеус в тот день на много сотен или даже тысяч лет приблизил пришествие Вечной Ночи, но был разбит. Хранители были повержены в материальном мире, а сам орден раскололся на два крыла. Первое, возглавляемое Shellest и Sphinx’ом и второе, во главе с охотником Mazzil’ой и чернокнижником Alessandro. Каждое из крыльев гильдии взяло по два Молота, покидая пылающие в огне и тонущие в крови земли Кратера Ун’Горо. Помимо Хранителей Молотов, воплотился (правда согласно записям это произошло чуть раньше) чернокнижник Ziba, став Ангелом Аннаэнора. Ziba также был уничтожен в материальном мире.

___На этом событии, как я считаю, заканчиваются «Хроники истоков» и начинаются «Старые хроники».

Хорде Маллеус. Старые хроники.

___Старые хроники начинаются сразу после битвы в кратере Ун’Горо. Гибель Хранителей, утрата силы Богов были для Хорде Маллеус сильнейшим ударом. Гонимые войсками Альянса, братья ордена отступали, периодически ввязываясь в кровавые бои. После очередной битвы во Внутренних землях было принято решение о разделении ордена на два крыла. Часть братьев отправились с Shellest, Gipsom и Sphinx’ом, забрав Молоты Abgefloren’a и Garretshadow. Второе, молодое крыло, состоящее по большей части из выживших новобранцев и молодых офицеров Mazzil’ы и Alessandro, именно они забрали два оставшихся Молота.

___Первое крыло, состоящее из более опытных воинов, остались в Калимдоре, обосновавшись тайно в Оргриммаре. Наемниками, они участвовали в многочисленных битвах, изредка принимая в орден новобранцев.

___Второе крыло отправилось на поиски возможностей вернуть силу Богов в Молоты. При суровой битве у Мельницы Таррен старший офицер этого крыла гильдии Хорде Маллеус – чернокнижник Alessandro впал в теневой транс, и согласно его записям, ему открылось видение. Давным-давно ему, еще живому человеку, мальчишке, был отдан загадочный оберег. Голоса в видении шептали, что именно эта безделушка и есть ключ к возвращению былого могущества в гильдии, именно им можно будет открыть источники силы Темных Богов.

___Братство долго путешествовало по миру, приняло участие в битве за Наксрамасс, во времена активизации мощи Короля Лича. Alessandro нашел тот самый оберег, называемый Слезой колдуна. Он долго исследовал этот артефакт, но так и не смог понять, как он действует.

___Отельной историей, которая тщательно описана в анналах крыла гильдии Mazzil’ы является битва на мосту в Красногорье. Сражаясь с превосходящими силами противника, Хорде Маллеус оказались в окружении. Чернокнижник Alessandro появился с несколькими случайными спутниками и переломил ход боя. Братья Хорде Маллеус отступили, однако чернокнижник оказался пленен.

___Далее короткое время хроник вел Napas, орк-охотник. Записей его совсем немного. Хорде Маллеус прорвали окружение, перегруппировались. После того, как выяснили, где держат плененного чернокнижника, весь орден отправился на выручку старшему офицеру, но было слишком поздно. Они увидели отрекшегося уже на эшафоте. Napas и еще несколько бойцов остались прикрывать отступление, когда на месте пыток и казни Alessandro возник огромный черный вихрь, поглотивший ордынцев и отряд Альянса. После того, как воронка пропала, пред глазами Napasa и еще четверых боевых братьев предстала картина страшной бойни. Целое озеро из крови и внутренностей. И среди этого месива был чуть живой их капеллан Mazzila.

___Записи Napasa кончаются тем, что он и пятеро выживших солдат отправились добровольцами исследовать Ульдуар. Капеллан Mazzila выжил и остался на лечении у старого шамана-тролля. Более записей об этом крыле Хорде Маллеус нет.

___Ветераны ордена, оставшиеся в первом крыле гильдии вели анналы крайне редко, однако среди тех записей, что имеются, прослеживается линия жизни этого крыла. Братья Хорде Маллеус также искали ответов и возможности вернуть силу Темных Богов. Они узнали об уничтожении крыла гильдии Mazzil’ы, однако в тот момент, когда было решено забрать выживших, появился старый Bahamut, которые сообщил, что этого делать не надо, ибо все это и есть воля и знак Темных Богов.

___Вскоре на Хорде Маллеус была объявлена охота, и орден был практически уничтожен. Горстка выживших, ведомая вновь появившимися голосами, тайно опекала избранника Хаоса, чернокнижника Felwing’a, который и слыхом не слыхивал о Хорде Маллеус.

___А дальше следуют записи, что Избранник начал творить Ритуал. Понять что и где произошло не предоставляется возможным.
___Bahamut, а именно он вел записи последним, записывал в анналы крайне редко. Согласно его записям, много лет прошло с последней заметке о Ритуале, творимом Избранником. За это время от Хорде Маллеус осталось лишь трое: он, эльфика крови Shellest и тролль Sphinx, которого Темные Боги наградили огромной силой и бесконечным состоянием боевого безумия. На тролле приходилось постоянно поддерживать заклинание частичного контроля разума, ибо жажда крови его была невероятно сильна. Последней записью в хрониках Хорде Маллеус были слова Bahamuta о том, что наконец-то ему открылось видение от Богов Хаоса, в котором им троим, оставшимся братьям древнего ордена надлежало срочно прибыть Болота Печали и спасти троих незадачливых молодых путников, на которых указали Боги. Темные Боги открыли Bahamut’у, что именно эти трое избраны ими продолжить дело.

___Терцилий посмотрел на весь орден, собравшийся на вершине горы, среди руин троллиного храма. Братья и сестры выходили из оцепенения. И что-то в них переменилось. Блеск в глазах, который он теперь видел. Каждый из собравшихся понимал, что все они, каждый со своей историей, зачастую очень и очень печальной, оказались вместе не спроста. Великая воля свела их и поддерживала. Жрец провозгласил, что Хроники Истоков и Древние Хроники на этом закончены, и теперь все они – члены братства Хорде Маллеус ведут Новые Хроники и каждому есть место в этой поистине бесконечной истории.

* * *

___Мшэн практически незаметно вошла в гудящую таверну. Брекаша, завидя эльфийку крови издалека, жестом показала бойцам знак «боевой готовности». Братья и сестры Хорде Маллеус насторожились. Переполненный кабак в Кабестане ходил ходуном, однако монахиня уже давно наблюдала за занявшими большую часть столов Кор’кронцами.

___Не так давно, на общем собрании всего ордена было принято решение не поддерживать обезумевшего Гарроша Адского Крика. «Орден должен идти своей дорогой, во славу Орды. Гаррош в своем безумстве погубит все, чего достигла Орда за долгие годы своего существования» - такими были слава главы ордена, Яшумицо. Сегодня орден должен был завершить свои дела в Оргриммаре: часть высшего состава должны были встретиться с противниками власти Гарроша в самом Оргриммаре, также должен быть организован вывоз из схронов награбленного за время существования ордена. Брекаша поняла, что все провалилось, взглянув всего лишь один единственный раз в лицо Мшэн – ассасину ордена.

___Часть боевых братьев, в строго отработанном порядке, начали выходить из таверны, стараясь не привлечь особого внимания. Брекаша сидела на месте и пила чай. Троллиха знала, что за ней наблюдают и надо улучить момент по-лучше для того, чтобы скрыться. И все бы хорошо, но в этот самый миг в ночи раздались далекие звуки рогов гвардии Гарроши. Далекие но вполне себе отлично слышимые.

___Кор’кронцы повскакивали с мест, не было необходимости давать какие-то команды боевым братьям и сестрам ордена. План действий был отлажен до мельчайших деталей, ну или почти до мельчайших. Боевые когти Брекаши с силой врезались в сочленение брони первого кор’кронского рубаки. Орк по инерции навалился было на монахиню, но та ловко освободила руку и ушла в сторону. Краем глаза Брекаша видела, как члены других гильдий вступили в схватку с рубаками Гарроша, судя по всему, их позиция по вопросу лояльности была схожей с позицией Хорде Маллеус.
- Смерть предателям! – заорал орк в офицерских доспехах кор’крона и ринулся вперед на Мшэн. Эльфийка крови изящно, насколько это возможно во всеобщей свалке, уклонилась от лезвия топора и сделала один точный и смертоносный выпад. Кинжалы вошли в паховую область быстрее молнии. Оба клинка были отравлены смертельным ядом. Офицер был мертв еще до того, как упал на пол таверны.
- Хорде Маллеус! Отходим по плану! – крикнула троллиха-монахиня и принялась пробиваться к выходу.

___Битва кипела и за пределами таверны. Облава была жесткой и тотальной. Часть гоблинских хижин пылали, на улочках шли бои. На стороне войск Гарроша были представители некоторых гильдий Орды.
___«Тьма вас раздери, приходится убивать своих, как мне это противно» - думала Брекаша, отступая по заранее подготовленному маршруту. Группа Брекаши должна была прикрывать пути отступления для отправившейся в Оргриммар группы Яшумицу, а вышло, что пришлось отступать самим.
___Никто из бойцов Хорде Маллеус, бывших в таверне, не был серьезно ранен. Отряд отступил к заранее подготовленным пиратским кораблям, у монахини были свои связи среди флибустьеров южных островов да и блестящая монета тоже всегда оказывала действенный эффект.
___Отряд Брекаши соединился с караулящим корабли отрядом Квиксоса, команда загрузилась быстро. Главной задачей сейчас было уйти подальше от рубак Гарроша, перегруппироваться в одном из тайных убежишь ордена и дальше уже установить связь со шпионами в Оргриммаре и узнать судьбу Яшумицу, Терцилия, Ланрэ и остальных.

___Когда корабль уже плыл по спокойному морю, Мшэн доложила все, что знала о миссии примарха ордена. Брекаше хватило и половину рассказа, чтобы понять, что произошло банальное предательство. Возможно, кто-то из глав гильдий, остававшихся в Оргриммаре, решил все же примкнуть к Гаррошу. Или же просто кор’кронцы напали на след недовольных задолго до запланированное встречи, такие подробности троллиха не могла знать. Теперь решения принимать только ей, так как она, одна из тех, кто лично поклялся продолжать дело древнего ордена в тот злополучный день.
- Примарх Брекаша, какие будут указания? – Квиксос, в прошлом инквизитор одного из тайных орденов Штормграда, посмотрел на троллиху. Брекаша не сразу обратила на него внимание. Взгляд ее был прикован к огням пылающего берега близ Кабестана, где неистовствовали бойцы Гарроша.
- Перегруппировка в убежище. После этого будем думать, как спасти наших. И… Больше никаких примархов. Отныне глава ордена Хорде Маллеус будет зваться «экзархом». Яшумицо никогда не нравилось это пафосное звание «Примарха Ордена».
- Как прикажешь, экзарх. – Квиксос слегка поклонился и отошел.

___Корабль набирал скорость, бойцы Хорде Маллеус отдыхали после битвы и лишь одна троллиха стояла на носу корабля, на палубе и задумчиво вглядывалась в темноту ночи.

[WARG]

Повстанцы Вол’джина.

___Троллиха поправила повязку, скрывающую нижнюю часть лица и жестом приказала отряду поторопиться. Сухой пыльный ветер трепал волосы, неприятно колол кожу. Бойцы гильдии с символом восьмиконечной звезды на накидках, принялись еще быстрее закидывать в фургон награбленное. Герштальм, орк-рыцарь смерти сидел на козлах и держал вожжи. Могучие кодо, серый и черный, норовили проверить силу орка, но тот держал вожжи крепко, то и дело покрикивая на зверей.

___Кор’кронский караван вез в этот раз не просто подати с подконтрольных Гаррошу земель, но и нечто более важное. Брекаша достала заготовку для амулета-ключа с изображением символа Орды. Конечно, сейчас это простая болванка, но чародеи Гарроша зачаровывают их для доступа в защищенные магическими полями кварталы города, куда просто так не проникнуть. В том числе и в темницы, где, согласно сведениям, полученным от разведчиков в Оргриммаре, находились сейчас плененные бойцы Хорде Маллеус.

___Три месяца назад Брекаша приняла решение содействовать Вол’джину, потому что окончательно убедилась, что своими силами в город просто так не проникнуть и пленников не освободить. Согласно данным, полученным чуть больше недели назад все захваченные в плен были живы. Гаррош окончательно сошел с ума. Насекомоподобные твари, с которыми Брекаша сама лично сражалась на просторах южного континента, теперь были в Оргриммаре, став добровольно телохранителями Гарроша. Сердце древнего бога, И’Шараджа, отравило разум когда-то могучему и волевому лидеру. По донесениям разведки не все кор’кронцы разделяли полностью действия Гарроша, но все равно выполняли приказы из столицы, будучи верными вождю, пусть и обезумевшему. Все это было паршиво, в Орде был раскол, голубые псы альянса скалились и потирали руки в надежде отхапать солидный кусок земель Орды, занявшейся самоуничтожением. Вол’джин открыто вел военные действия против Гарроша, Сильвана и Лор’темар Терон присоединились к нему, хотя совсем недавно держали нейтралитет. Как же так вышло, тьма их всех разбери! Как так вышло, что могучая Орда начала пожирать сама себя, и все это на фоне угрозы со стороны извечного врага со львом на знаменах?!

___Загруженный фургон тронулся. Отряд, под руководством Брекаши, экзарха Хорде Маллеус, ушел вперед, возглавляя авангард. Остальные рассыпались и караулом сопровождали груз до временного лагеря. Братья Хорде Маллеус помогали Вол’джину, но первой и главной целью для них было – вернуть своих бойцов, захваченных в плен почти полгода назад.

___В лагере караван встретила боевая группа Квиксоса. Этот нежить-маг нравился Брекаше. Лишних вопросов не задавал, дело свое знал. История его темная и полна лакун и каверн. Брекаша знала точно то, что Квиксос раньше был инквизитором, у него была своя свита, небольшой отряд. Все они полегли на каком-то задании, трое потом вернулись к жизни… к нежизни андэдов. Как давно это было она не знала, но все трое были братьями Хорде Маллеус и служили общему делу на славу.
- Раздобыли, что нужно, экзарх? – Квиксос жестом раздал команды боевым братьям из охраны лагеря, сам же подошел к Брекаше.
- Да. Амулеты-ключи у нас. Ваше дело зачаровать их на доступы в город.
- Нас научили. – Квиксос улыбнулся, насколько нежить вообще могла улыбаться. Из двоих пленных насекомоподобных чародеев был выпотрошен и замучен. Второй сидел в клетке, изрядно покалеченный. Именно они, эти странные не то богомолы, не то осы с далеких земель Пандарии участвовали в создании магических ловушек и замков, и, судя по довольному лицу Квиксоса, они открыли секрет как зачаровать подготовленные болванки для создания полноценных ключей.
- Этого мы еще подержим. Вдруг он соврал нам. – нежить повернулся к замершему в клетке клакси.
- Верно. Передадим зачарованный ключ разведчикам в Оргриммаре, при соблюдении строжайшей секретности. – Брекаша зашла в командный шатер, замаскированный как магией так и простым камуфляжем. Завтра ей нужно будет прибыть в ставку Вол’джина, у вождя восставших появились новые поручения для тех, кто решил поддержать его.

* * *

___Лесозаготовка кор’крона, именно это и было целью боевой операции Вол’джина. Брекаша и еще несколько глав гильдий провели последнее совещание и утвердили план действий. Атака на лесозаготовительный лагерь Гарроша должна сильно ударить по безумному вождю и приблизить день грядущего штурма. Но все было не так-то просто. Получены сведения, что в лагерь лесозаготовки прибыл высокопоставленный офицер кор’крона со свитой. И у него имеется крайне важная информация. Разведка Вол’джина утверждает, что это карта тайных путей в Оргриммар, тоесть тех, кто были построены на случай поражения вождя для последующей эвакуации и еще что-то не менее ценное. Все бы ничего, но Альянс также располагает сведениями о прибывшем офицере и его свите, и нужно опередить «союзнечков» и добыть документы и все, что представляет ценность раньше псов Ринна.

___Брекаша подала рукой условный знак. Бойцы Хорде Маллеус спрятались в ближайших зарослях. Задача Брекаши была прикрывать первую ударную группу, штурмовые силы гильдии Гнев Орды, прикрывать не сколько от удара кор’крона, сколько от внезапного появления Альянса. Атака была молниеносной, охрана лесопилки подала сигнал тревоги спустя непростительно долгих пяти минут после начала боя. За это время ударные силы Вол’джина прорвали линии обороны, открыли ворота и хлынули внутрь лагеря. Крики, ор, лязг оружия, дым пылающих зданий, все смешалось. Кор’кронский отряд подошел со стороны степей, с Золотого Пути и ударил бы нападавшим в тыл, если б не верно расставленная западня. Хорде Маллеус навязали бой противнику. Волчьи всадники, понеся огромные потери, разорвали ряды и вынуждены были отступить на перегруппировку. Послышался сигнал боевого рога, возвещающий о том, что офицер кор’крона скрылся – это был условный тайный знак, предупреждающий о том, что важная цель вне лагеря. Брекаша выругалась, она жестом указала Маллборну и Сайфферу следовать за ней. Пробираясь между горящих бараков, мечущихся батраков, сражающихся бойцов Вол’джина и кор’крона, Брекаша заметила краем глаза как группа из четверых орков спешно направляется к крутому склону горы. Мгновение и группа пропала.
- За мной! Они уходят под маскировкой! – троллиха ринулась в сторону утеса, разбойник тролль и монах эльф крови бросились за ней.

___Утес был хорошо замаскированным тайным проходом, ведущим в глубь горы. Бойцы Хорде Маллеус во главе с экзархом бросились в погоню за офицером и его свитой. Тьма окутала их так быстро и плотно, что, казалось, это была вовсе не простая темнота подземелья, а черный густой туман, обволакивающий все. Жестом Брекаша указала следовать за ней, Сайффер пошел первым, Брекаша следом, замыкал отряд эльф крови Маллборн. В скором времени жуткая тьма начала рассеиваться, факелы, которые горели на сводах подземелья, были потушены и тлели, чуть-чуть разгоняя черноту. Офицер кор’крона оказался не дурак, не смотря на суматоху, его солдаты тушили факелы, опасаясь преследования. Вскоре небольшая группа бойцов Хорде Маллеус оказалась у разветвления тоннелей. Тролль разбойник тихо выругался.
- Сайффер, твой правый. Я в левый. Мал, пойдешь в центральный. Действовать аккуратно, разрешаю ликвидировать цель при угрозе жизни. Бойцы кивнули и отсалютовали. Преследование продолжилось.

___Брекаша в очередной раз пожалела, что взяла с собой копье – вот какой тьмы не стала брать свои любимые боевые когти? Туннель сужался, впереди Брекаша услышала шаги, руки крепче сжали древко копья.

___Орк в тяжелой броне выскочил сразу из-за ближайшего поворота подземного лабиринта. К счастью, чуткая троллиха услышала его плохо скрываемое сопение заранее, и неожиданностью для нее нападение не стало. Резное лезвие копья вошло в сочленение бронированных пластин. Орк с шумом выдохнул, зарычал, ухватился за древко и получил мощнейший удар ногой в лицо. Второй удар ногой заставил орка повалиться на землю. Спустя пару секунд все было кончено. Брекаша сжала зубы. Убивать своих… Убивать ордынцев – до чего они докатились. Будь проклят этот безумный лысый бугай, что сидит сейчас на троне в Оргриммаре.

___Впереди снова было разветвление тоннеля, Брекаша не колебалась и выбрала правый. В такие моменты она всегда доверяла первому чувству, инстинкту, интуиции. И в этот раз чутье не подвело ее. Старого орка она нагнала практически сразу. Чернокнижник. Он пытался призвать силы тьмы чтобы остановить преследовательницу, а демонический пес с разбегу бросился на монахиню. Мощный удар в подбородок, что-то упало на землю, выпав изо рта чернокнижника, тот завопил и схватился за рот. Демонический пес вцепился в ногу и Брекаша охнула от боли. Чернокнижник закрывая рот рукой, второй, свободной, принялся творить какие-то пассы. Брекаша почувствовала, как вздрогнули своды небольшой залы, а стены пришли в движение. Каменный пол в форме окружности сдвинулся с места, принялся вращаться. Там, где ранее были стены и своды залы появились проходы, тогда как проход за спиной троллихи закрылся плитой.

___Ловким движением Брекаша пригвоздила пса к земле, вонзив копье ему в голову. Тварь взвизгнула и дернулась и в этот самый момент заряд энергии тьмы ударил в грудь экзарху Хорде Маллеус. Брекашу отбросило на стену, кожаные доспехи запылали фиолетово-синим пламенем, из глаз посыпались искры. Сплевывая кровью, троллиха сорвала остатки обгорающей куртки и рубахи. Она не понаслышке знала о коварстве демонического пламени ожогах от него.

___Старый орк поспешил в один из проходов, на секунду остановившись перед ним, как бы принимая какое-то решение. Брекаша видела, как он скрывается в полной черноте туннельного зева. Силы приходили к ней, она поднялась и поспешила за беглецом. Туннель уходил вниз, глубже, стало холодно, повеяло сыростью. Где-то впереди бежал орк-чернокнижник, офицер кор’крона.

___Тьма с каждым шагом рассеивалась, наполняясь голубоватым свечением где-то там, внизу. Когда Брекаша вышла из туннеля, она увидела мечущегося от стены к стене седого орка. Голубоватое свечение подземной реки играло на облаках поднимающегося пара, уходящего ввысь во тьму высокого непроглядного свода.

___Чернокнижник обернулся, лицо его исказила гримаса ярости. Через плечо была перекинута кожаная сумка.
- Сфы нфе фыйфеф оф сюфа, фука. – прошипел орк. Брекаша только сейчас поняла, что после ее удара в движущейся зале орк откусил себе кусок языка. Колдун принялся творить пассы руками, пальцы его зажглись зловещим сиренево-алым сиянием и оставляли тающие следы после каждого взмаха. Троллиха рванулась в сторону, бросая копье. Оружие вонзилось чернокнижнику в ногу, развернув его на месте. Силой удара его отбросило назад. Заклинание, которое выпустил на свободу орк, было ничем иным как зарядом первородного хаоса. Брекаша видела, как набирал силу этот смертоносный болид, как тысячи корчащихся в страданиях лиц мелькают в демоническом огне. Она не успела всего на мгновение с броском копья, и теперь судьба ее висела на волоске. Практически невозможно было скрыться от этого жуткого заклинания. Призвав на помощь все спасающие и защитные мантры, троллиха бросилась изо всех сил бежать к мерцающему водному потоку. Чернокнижник на другой сторону корчился от боли и пытался вытащить копье из ноги.

___Один стремительный прыжок, сияние подгорного потока слепило глаза, и тут смертоносный заряд настиг троллиху со спины, сделав крюк, преследуя жертву. Брекашу отбросило вперед, она пролетела над мерцающей речушкой, сбила с ног поднимающегося чернокнижника. Боль заставила Брекашу биться в конвульсиях, тело троллихи неестественно выгнулось, рот открылся в безмолвном крике. Картина перед глазами поплыла, слезы боли застилали глаза. Сознание троллиха потеряла как только конвульсии прекратились.
-Ха ха ха! Фука! Пафаль! – Орк подполз к лежащей без сознания троллихе. Он ожидал увидеть обугленное лицо, сползающие дымящиеся пласты плоти, съедаемые демоническим огнем. Каково же было его удивление, когда он увидел поцарапанную и слегка помятую троллиху, с остатками нательной брони и ничего более. Красивые небольшие груди были обнажены. Орк, кряхтя от боли, поднялся на колени над монахиней и вытащил ритуальный кинжал. Занеся кинжал, он вдруг замешкался. Взгляд его привлек странный шрам между грудей троллихи. Звезда с восемью концами слегка пульсировала. На шее троллихи была пустая цепочка. Орк дотронулся до шрама монахини как вдруг ужасающий, леденящий душу не то рев, не то визг заставил его броситься на землю, зажав уши руками. А потом что-то черно-багровое опустилось на землю, вылетев из черноты бесконечного свода. Кор’кронский чернокнижник поднял лицо. Он не слышал звуков, из ушей текла кровь. Глаза его округлились от неподдельного ужаса. Перед ним был огромный нетопырь, тварь, искаженная самой тьмой. Костяные наросты, горящие кроваво-красным огнем глаза, огромная пасть полная здоровенных клыков. Давным-давно он читал, что в Азероте есть странные места, где есть выход энергии не из этого мира, и эта энергия искажает все вокруг, животных, растения, саму землю. Нетопырь, подобно древнему протодракону (а размером он был ничуть не меньше), опираясь на багрово-черные перепончатые крылья, которые заканчивались жуткими серповидными когтями, ковылял к орку. Чернокнижник что было сил пополз, волоча за собой ногу, в которой все еще торчало копье монахини.
- Неф! Неф неф неее… – закричал орк, когда в один жуткий прыжок огромная тварь накрыла его. В мгновение ока чудовищные зубы впились в тело кор’кронца, вырвав кровоточащий кусок плоти. Орк завизжал, захлебываясь кровью, но вскоре затих. Легкий пар поднимался от вырывающейся толчками алой крови из разорванных артерий и от перемазанной кровью морды здоровенной летучей мыши. Утолив голод, огромная тварь повернулась к бесчувственной троллихе. Заклацали с противным скрежетом когти-лапы, огромное тело нависло над Брекашей. Жуткие ноздри с шумом втянули воздух у лица троллихи, морда уставилась на грудь, на пульсирующий знак Звезды Хаоса. А потом тварь нежно и аккуратно, насколько это могло сделать огромное чудовищное создание, лизнула бесчувственную Брекашу аккурат между грудей. Тварь издала душераздирающий рев и послушно улеглась возле бесчувственного тела.