А сейчас, дамы и господа, братья и сестры, попрошу внимания!
Ох, блин, разошелся я чегой-то, как-то даже не ловко... Короче, убираем от мониторов беременных детей и женщин.
Контент строго 16+
Понеслась...
Глава 6. В которой Девзегар сначала дуется на Джайнси, а потом наступает ночь. Их Первая Ночь.
Весь оставшийся вечер он дулся на нее, смотрел букой исподлобья, избегал ее.
Поздно вечером, перед самым закатом, орчиха нашла его угрюмо колупавшим стенку чума старейшины. Из чума доносилась причудливая речь моржей. Ко’Нани что-то обсуждал с поселенцами. Тихонечко подкравшись сзади, она всем телом прижалась к нему и закрыла ладонями его глаза:
- Угадай, кто?
- Ты?..
- Эй, ну чего? – Джайнси с усилием развернула Девзегара к себе лицом и заглянула ему в глаза. Обеими руками она схватила его за косы. – Чего случилось-то? Че смотался?
- Да все нормально…. Эй, оторвешь! – он попытался отвернуться, но она крепко держала его за заплетенные волосы.
- Если ты, немедленно, вот прям сейчас, не прекратишь дуться, я… - растягивая слова, Джайнси мотнула головой в сторону своего чума. – Пойду туда, возьму свой лук и на твоей зеленой заднице начну отрабатывать выстрел «Укус виверны». И не успокоюсь, пока не превращу твою жопу в дикобраза. Понял?
- Так точно, Темнейшая охотница, - его губы тронула улыбка.
- Так-то лучше, парниша!
Час спустя она лежала на шкурах в своем чуме и широко распахнутыми глазами смотрела в темный потолок. Ее сердце бешено колотилось, сжимались и разжимались кулаки, тело лоснилось от пота. Ее возбужденное лоно горело огнем и было мокрым от обильно выступившего любовного сока. Ее груди набухли и немного болели, темные соски напряглись. Джайнси сгорала от желания. Каждой клеткой своего мозга и тела она желала близости с ним. С Девзегаром. Но она отчаянно трусила.
Не в силах больше бороться с пожирающим ее огнем страсти, она поднялась с постели…
- Эй, ты спишь? – замерла на пороге его чума девушка, вглядываясь в темноту.
- Не сплю…
- А то, что ты сказал там, на пляже, правда? - внезапно охрипшим голосом спросила ночная гостья.
- Да!
Она юркнула под его одеяло, дрожащим телом ощутив, как напряглись все его мышцы.
- Я тоже тебя… Люблю.. - шепнула орчиха, обнимая его за шею. – Милый, сделай это… Только прошу тебя, будь нежен… Ты у меня первый.
Когда глухо рыча, обнажив клыки, он сильно и мощно вошел в нее, она вскрикнула от внезапной вспышки боли. Но когда вошла в ритм его движений, боль ушла, уступив место горячим нарастающим волнам наслаждения. Мир вокруг них замер, свернувшись в две точки в их глазах, смотрящих друг на друга. Остановилось время, подвластное лишь двум вещам – Бронзовым драконам и Любви. Остановило свое движение ночное светило, перестали мерцать звезды. И лишь Темные Боги, все Восемь, одобрительно кивая и переговариваясь на недоступном смертным языке, смотрели из неведанных глубин Тьмы и Хаоса на свою адепту, входящую во взрослую жизнь.
А потом они закончили. Одновременно. Он – напрягшись всем телом и громко рыча, а она – извиваясь под ним и крича от сладкой боли… А потом все повторилось. А потом еще и еще …
Утром маленькая моржишка, случайно заглянувшая в их чум, увидела странную картину. На ложе, широко раздвинув ноги и запрокинув голову, сидел молодой орк, а на полу на коленях перед ним стояла молоденькая орчиха. Ее голова ритмично двигалась вверх-вниз. Да, у Девы Порока была очень прилежная ученица…
Прыснув в кулачек, моржишка убежала, а любовники, поглощенные друг другом даже не заметили ее вторжения.
Легенды Horde Malleus
Список разделов › World of Warcraft › Творчество
- Джайнси
Глава 7. Коротенькая такая глава.
Так уж случилось, что в эту теплую августовскую ночь мало кто из жителей деревни Калу’Ак на берегу Великого моря смог уснуть, слушая стоны и крики, раздававшиеся из гостевого чума. Те моржи, что помоложе, игриво поглядывали на своих подруг и заключали их в объятия. Скоро пол деревни охала, ахала и стонала. Старики же, слушая Великую Песнь Любви, лишь посмеивались в усы, нежно глядя на своих улыбающихся моржих. Добрый народец не находил ничего зазорного в физической любви, наоборот, всячески поощрял на нее плодовитую молодежь. Это был их единственный способ выжить на суровом Нордсколе. Такова была традиция!
А наши молодые любовники смогли оторваться друг от друга лишь к полудню. И то из-за того, что Джайнси после очередного оргазма просто на просто потеряла сознание от истощения. А Девзегар был бы не прочь и еще…
Прощальный обед собрал много народа. На почетном месте сидел старейшина Ко’Нани и украдкой взирал на шкодные рожи орка и орчихи. Те бледные, осунувшиеся, с ввалившимися глазами и распухшими губами, но такие счастливые, сидели рядом и старались не смотреть друг на друга. Но когда их глаза встречались, в большом чуме начинало потрескивать электричество. Когда же Девзегар повернулся, морж заметил на его зеленой мускулистой спине ряд глубоких свежих царапин, полученных в любовном сражении.
«Эх, молодец, девка», - улыбнулся про себя Ко’Нани. – «Вот ты и выросла, дочка».
А когда они уже седлали скакунов, старейшина отвел Джайнси в сторону.
- Дочка. У тебя Черное сердце и ты служишь Темным богам. Но твое сердце сумело полюбить, а он – очень хороший парень. Так вот. Вечная Ночь - это твой Путь. Не тащи его на сторону Тьмы. Он сам пойдет за тобой, если захочет. Обещаешь?
- Обещаю, отец, - Джайнси нежно поцеловала моржа в колючие усы и запрыгнула в седло. – Обещаю!
Когда они отъехали, Девзегар, покачиваясь в седле верхового гарна, спросил:
- Любимая, а ты познакомишь меня с твоими друзьями? Из Хорде Маллеус.
- Ты этого хочешь, любимый?
- Очень!
- Тогда догоняй! – звонко засмеялась девушка и взвилась верхом на рубиновой пантере высоко в синее, как их глаза, небо.
Глава 8. Эпилог.
В кресле, покрытом тяжелыми теплыми шкурами, сидела древняя морщинистая старуха. Некогда черные, а теперь белые как снег, но все еще густые, волосы были уложены в пышную прическу и перехвачены шелковой лентой. Выцветшие за много зим глаза, когда-то небесно голубые, невидяще смотрели в одну точку – на жаркий огонь камина. На левом подлокотнике покоилась узловатая морщинистая рука со скрюченными подагрой пальцами. Правый рукав был пуст по локоть – память об искусных палачах тюрьмы Штормграда. Настолько искусных, что лекарям Черного ордена тогда так и не удалось спасти ее руку.
За спиной старухи висел большой портрет орка в тяжелых латных доспехах. Суровый воин, изображенный на полотне, голову которого украшали две черные, обильно припорошенные сединой косы – знак войны, смотрел вдаль. Его лицо пересекал старый шрам, с табарда смотрела восьмиконечная Звезда Хаоса, а руки покоились на рукояти обоюдоострого боевого топора. Под портретом, на полке стоял горшок с пурпурными петуньями...
Перед невидящими глазами старой орчихи чередой проплывали тени прошлого. Одни, задержавшись, приветливо махали руками, другие почтенно отдавали честь, третьи грозили кулаками в бессильной злобе. Последнее время Темные Боги частенько являли ей видения ее давно ушедших и оплаканных друзей. И врагов.
От мыслей ее отвлек нарастающий шум. С криком и визгом в комнату ворвались два сорванца, ее правнуки. Близнецы. Всего у нее было шесть детей, одиннадцать внуков и девятнадцать правнуков. Эти были младшими. Орченок держал в руке деревянный меч, а орчишка с черными торчащими косичками – самодельный лук из ольховой веточки.
- Бабушка Джайнси, бабушка Джайнси, - наперебой загалдели близнецы. – Мама вечерять зовет. Говорит, стол уже накрыт.
- Иду, мои хорошие, иду, - старуха тяжело поднялась с кресла. – Вы бегите пока…
Проводив малышню глазами, она двинулась к двери, на мгновенье задержавшись перед портретом.
- Не скучай, любимый. Я скоро приду к тебе, я чувствую. И тогда Вечная Ночь вновь соединит нас… Теперь уже навек!
Конец.
Так уж случилось, что в эту теплую августовскую ночь мало кто из жителей деревни Калу’Ак на берегу Великого моря смог уснуть, слушая стоны и крики, раздававшиеся из гостевого чума. Те моржи, что помоложе, игриво поглядывали на своих подруг и заключали их в объятия. Скоро пол деревни охала, ахала и стонала. Старики же, слушая Великую Песнь Любви, лишь посмеивались в усы, нежно глядя на своих улыбающихся моржих. Добрый народец не находил ничего зазорного в физической любви, наоборот, всячески поощрял на нее плодовитую молодежь. Это был их единственный способ выжить на суровом Нордсколе. Такова была традиция!
А наши молодые любовники смогли оторваться друг от друга лишь к полудню. И то из-за того, что Джайнси после очередного оргазма просто на просто потеряла сознание от истощения. А Девзегар был бы не прочь и еще…
Прощальный обед собрал много народа. На почетном месте сидел старейшина Ко’Нани и украдкой взирал на шкодные рожи орка и орчихи. Те бледные, осунувшиеся, с ввалившимися глазами и распухшими губами, но такие счастливые, сидели рядом и старались не смотреть друг на друга. Но когда их глаза встречались, в большом чуме начинало потрескивать электричество. Когда же Девзегар повернулся, морж заметил на его зеленой мускулистой спине ряд глубоких свежих царапин, полученных в любовном сражении.
«Эх, молодец, девка», - улыбнулся про себя Ко’Нани. – «Вот ты и выросла, дочка».
А когда они уже седлали скакунов, старейшина отвел Джайнси в сторону.
- Дочка. У тебя Черное сердце и ты служишь Темным богам. Но твое сердце сумело полюбить, а он – очень хороший парень. Так вот. Вечная Ночь - это твой Путь. Не тащи его на сторону Тьмы. Он сам пойдет за тобой, если захочет. Обещаешь?
- Обещаю, отец, - Джайнси нежно поцеловала моржа в колючие усы и запрыгнула в седло. – Обещаю!
Когда они отъехали, Девзегар, покачиваясь в седле верхового гарна, спросил:
- Любимая, а ты познакомишь меня с твоими друзьями? Из Хорде Маллеус.
- Ты этого хочешь, любимый?
- Очень!
- Тогда догоняй! – звонко засмеялась девушка и взвилась верхом на рубиновой пантере высоко в синее, как их глаза, небо.
Глава 8. Эпилог.
В кресле, покрытом тяжелыми теплыми шкурами, сидела древняя морщинистая старуха. Некогда черные, а теперь белые как снег, но все еще густые, волосы были уложены в пышную прическу и перехвачены шелковой лентой. Выцветшие за много зим глаза, когда-то небесно голубые, невидяще смотрели в одну точку – на жаркий огонь камина. На левом подлокотнике покоилась узловатая морщинистая рука со скрюченными подагрой пальцами. Правый рукав был пуст по локоть – память об искусных палачах тюрьмы Штормграда. Настолько искусных, что лекарям Черного ордена тогда так и не удалось спасти ее руку.
За спиной старухи висел большой портрет орка в тяжелых латных доспехах. Суровый воин, изображенный на полотне, голову которого украшали две черные, обильно припорошенные сединой косы – знак войны, смотрел вдаль. Его лицо пересекал старый шрам, с табарда смотрела восьмиконечная Звезда Хаоса, а руки покоились на рукояти обоюдоострого боевого топора. Под портретом, на полке стоял горшок с пурпурными петуньями...
Перед невидящими глазами старой орчихи чередой проплывали тени прошлого. Одни, задержавшись, приветливо махали руками, другие почтенно отдавали честь, третьи грозили кулаками в бессильной злобе. Последнее время Темные Боги частенько являли ей видения ее давно ушедших и оплаканных друзей. И врагов.
От мыслей ее отвлек нарастающий шум. С криком и визгом в комнату ворвались два сорванца, ее правнуки. Близнецы. Всего у нее было шесть детей, одиннадцать внуков и девятнадцать правнуков. Эти были младшими. Орченок держал в руке деревянный меч, а орчишка с черными торчащими косичками – самодельный лук из ольховой веточки.
- Бабушка Джайнси, бабушка Джайнси, - наперебой загалдели близнецы. – Мама вечерять зовет. Говорит, стол уже накрыт.
- Иду, мои хорошие, иду, - старуха тяжело поднялась с кресла. – Вы бегите пока…
Проводив малышню глазами, она двинулась к двери, на мгновенье задержавшись перед портретом.
- Не скучай, любимый. Я скоро приду к тебе, я чувствую. И тогда Вечная Ночь вновь соединит нас… Теперь уже навек!
Конец.
- Джайнси
Вован, супер! прочитал запоем.
Ну не совсем, застрял на одной главе, проблемы с диалогами, а мысли уже убежали далеко вперед, так что, ловите что получилось, в продолжении как нибудь выведу к ключевому моменту.
WARG писал(а):Егор тоже "отпуск" вот взял походу =))
Ну не совсем, застрял на одной главе, проблемы с диалогами, а мысли уже убежали далеко вперед, так что, ловите что получилось, в продолжении как нибудь выведу к ключевому моменту.
Нет добра. Нет зла. Нет Света! Есть только СИЛА!
Лок'гра. В поисках сестры, себя и смысла жизни
ДЕНЬ ?
Данфорт и шаман сидели на бревне перед домом Гатжутара и Сакгры, недалеко от дома, догорал погребальный костер с возложенным на него телом волка. Демон бездны, подошел к хозяину и передал ему нож, - Ящер освежеван, хозяин. Шкура у суккуба, останки мы зарыли. Данфорт взял нож и он тут же исчез в складках платья, - Хорошо, можете на сегодня быть свободны. Данфорт повесил на руку золотую цепочку с кулоном из клыка волка в золотом обрамлении в форме рукояти кинжала, сложил ювелирные инструменты обратно в ящичек и отхлебнул немного рома, прямо из бутылки.
- Будешь? - отрекшийся протянул бутылку шаману.
- Не откажусь, - шаман взял бутылку из рук отрекшегося, протер горлышко краем гильдейской накидки, сделал два больших глотка, и вернул бутылку, - она не должна была родиться, во всяком случае, не должна была выжить.
- Ну, если бы она не должна была выжить - она бы и не выжила. Что это у тебя за странное солнце на гербе? - отрекшийся обвел рукой круг по направлению едва различимого узора на старой, выцветшей до светло-серого цвета, накидке шамана.
- Это звезда, а не солнце.
- Что это за звезда?
- Это уже не важно, - шаман достал из поясной сумки трубку украшенную четырьмя рунами стихий, вырезанных из бивня элекка, забил ее, и не спеша, раскурил. сделал пару затяжек, и выпустил дым кольцами, после чего протянул трубку отрекшемуся. Данфорт затянулся, кашлянул, затянулся еще, пустил дым через нос, и передавая трубку обратно, спросил: - С полуострова? Шаман утвердительно кивнул слегка прищурив глаза. Так они и сидели, молча, куря трубку и попивая ром.
- Как тебя зовут, шаман?
- Это тоже уже не важно, - шаман постучал трубкой об бревно, вытряхивая остатки, поднялся, закинул свой мешок за спину и протянул отрекшемуся руку: - Прощай Данфорт, надеюсь, мы больше никогда не увидимся. Данфорт пожал протянутую руку и попрощался: - Спасибо шаман, прощай. Шаман ушел, а Данфорт отхлебнул еще немного рома и позвал Джайн’ну. Девчушка сразу же выскочила из дома и подошла к отрекшемуся.
- Джайн’на, у меня кое что есть, для Сакгры, на память о…, как звали волка?
- Ло’Макс.
- На память о Ло’Максе, передашь ей когда она придет в себя?
- Да, кончено, передам! А вы разве не останетесь?
- Боюсь, что нет. мне тоже нужно уходить, но я еще вернусь. Вот, держи, - Данфорт протянул орченку кулон.
- Спасибо, спасибо за все, Данфорт, - Джайн’на обняла отрекшегося за шею.
***
Лок’гра очнулась в полной темноте, она попыталась закричать, но попытка отозвалась резкой болью в сломанных ребрах, и с ее уст сорвался только стон. Лок’гра провела рукой по груди, кулон матери был на месте, а грудь перебинтована. Она попыталась сесть, но все тело отозвалось болью, и Лок’гра провалилась обратно в забытье.
Во второй раз Лок’гра пришла в себя от того, что кто-то дергал ее за палец. Очнувшись, она огляделась. Она лежала в небольшой комнатке, слева от ее ложа располагалось окно, занавешенное выцветшей от времени гардинкой, на стене в изножье кровати, висела простая полка с тремя крючками, на одном из них расположилось ее платье, а на втором рюкзак. Тут кто-то снова дернул ее за палец, Лок’гра повернула голову и увидела птенца виверны, который пристроился рядом с ней на кровати. Справа скрипнула дверь и в комнатку вошла старая тауренша, - Ну наконец-то ты очнулась, девочка, - сказала она, ставя на тумбочку у изголовья кровати кувшин с водой. - иди малыш, поешь, - тауренша поставила на пол миску с молоком. Птенец ловко спрыгнул с кровати и подбежав к миске, начал неуклюже лакать.
- Кавинд сегодня принесет мяса для птенца, - сказала тауренша, - я пока приготовлю что-нибудь для тебя, вот попей воды, - тауренша налила в стакан воды и протянула чернокнижнице. Лок’гра немного приподнялась, опираясь на локти, взяла стакан и опустошила его одним глотком.
- Спасибо. - Лок’гра протянула стакан обратно, - Где я? Кто Вы? Что произошло?
- Ты в безопасности, меня зовут Греула, а о том что произошло, лучше расскажет Кавинд, он уже скоро должен вернуться. А пока отдыхай.
Когда старуха вышла, Лок’гра откинула покрывало и осмотрела себя. На груди была тугая повязка, все тело покрывали синяки и ссадины, на правую ногу была наложена шина. Лок’гра снова укрылась. Птенец, допив молоко, ловко вскарабкался на кровать, запрыгнул к Лок’гре на грудь, свернулся калачиком и закрыл глаза. Лок’гра акуратно, одним пальцем почесала птенца за ухом, и тоже закрыла глаза.
ДЕНЬ ?
Данфорт и шаман сидели на бревне перед домом Гатжутара и Сакгры, недалеко от дома, догорал погребальный костер с возложенным на него телом волка. Демон бездны, подошел к хозяину и передал ему нож, - Ящер освежеван, хозяин. Шкура у суккуба, останки мы зарыли. Данфорт взял нож и он тут же исчез в складках платья, - Хорошо, можете на сегодня быть свободны. Данфорт повесил на руку золотую цепочку с кулоном из клыка волка в золотом обрамлении в форме рукояти кинжала, сложил ювелирные инструменты обратно в ящичек и отхлебнул немного рома, прямо из бутылки.
- Будешь? - отрекшийся протянул бутылку шаману.
- Не откажусь, - шаман взял бутылку из рук отрекшегося, протер горлышко краем гильдейской накидки, сделал два больших глотка, и вернул бутылку, - она не должна была родиться, во всяком случае, не должна была выжить.
- Ну, если бы она не должна была выжить - она бы и не выжила. Что это у тебя за странное солнце на гербе? - отрекшийся обвел рукой круг по направлению едва различимого узора на старой, выцветшей до светло-серого цвета, накидке шамана.
- Это звезда, а не солнце.
- Что это за звезда?
- Это уже не важно, - шаман достал из поясной сумки трубку украшенную четырьмя рунами стихий, вырезанных из бивня элекка, забил ее, и не спеша, раскурил. сделал пару затяжек, и выпустил дым кольцами, после чего протянул трубку отрекшемуся. Данфорт затянулся, кашлянул, затянулся еще, пустил дым через нос, и передавая трубку обратно, спросил: - С полуострова? Шаман утвердительно кивнул слегка прищурив глаза. Так они и сидели, молча, куря трубку и попивая ром.
- Как тебя зовут, шаман?
- Это тоже уже не важно, - шаман постучал трубкой об бревно, вытряхивая остатки, поднялся, закинул свой мешок за спину и протянул отрекшемуся руку: - Прощай Данфорт, надеюсь, мы больше никогда не увидимся. Данфорт пожал протянутую руку и попрощался: - Спасибо шаман, прощай. Шаман ушел, а Данфорт отхлебнул еще немного рома и позвал Джайн’ну. Девчушка сразу же выскочила из дома и подошла к отрекшемуся.
- Джайн’на, у меня кое что есть, для Сакгры, на память о…, как звали волка?
- Ло’Макс.
- На память о Ло’Максе, передашь ей когда она придет в себя?
- Да, кончено, передам! А вы разве не останетесь?
- Боюсь, что нет. мне тоже нужно уходить, но я еще вернусь. Вот, держи, - Данфорт протянул орченку кулон.
- Спасибо, спасибо за все, Данфорт, - Джайн’на обняла отрекшегося за шею.
***
Лок’гра очнулась в полной темноте, она попыталась закричать, но попытка отозвалась резкой болью в сломанных ребрах, и с ее уст сорвался только стон. Лок’гра провела рукой по груди, кулон матери был на месте, а грудь перебинтована. Она попыталась сесть, но все тело отозвалось болью, и Лок’гра провалилась обратно в забытье.
Во второй раз Лок’гра пришла в себя от того, что кто-то дергал ее за палец. Очнувшись, она огляделась. Она лежала в небольшой комнатке, слева от ее ложа располагалось окно, занавешенное выцветшей от времени гардинкой, на стене в изножье кровати, висела простая полка с тремя крючками, на одном из них расположилось ее платье, а на втором рюкзак. Тут кто-то снова дернул ее за палец, Лок’гра повернула голову и увидела птенца виверны, который пристроился рядом с ней на кровати. Справа скрипнула дверь и в комнатку вошла старая тауренша, - Ну наконец-то ты очнулась, девочка, - сказала она, ставя на тумбочку у изголовья кровати кувшин с водой. - иди малыш, поешь, - тауренша поставила на пол миску с молоком. Птенец ловко спрыгнул с кровати и подбежав к миске, начал неуклюже лакать.
- Кавинд сегодня принесет мяса для птенца, - сказала тауренша, - я пока приготовлю что-нибудь для тебя, вот попей воды, - тауренша налила в стакан воды и протянула чернокнижнице. Лок’гра немного приподнялась, опираясь на локти, взяла стакан и опустошила его одним глотком.
- Спасибо. - Лок’гра протянула стакан обратно, - Где я? Кто Вы? Что произошло?
- Ты в безопасности, меня зовут Греула, а о том что произошло, лучше расскажет Кавинд, он уже скоро должен вернуться. А пока отдыхай.
Когда старуха вышла, Лок’гра откинула покрывало и осмотрела себя. На груди была тугая повязка, все тело покрывали синяки и ссадины, на правую ногу была наложена шина. Лок’гра снова укрылась. Птенец, допив молоко, ловко вскарабкался на кровать, запрыгнул к Лок’гре на грудь, свернулся калачиком и закрыл глаза. Лок’гра акуратно, одним пальцем почесала птенца за ухом, и тоже закрыла глаза.
Нет добра. Нет зла. Нет Света! Есть только СИЛА!
Спасибо, Егорка, и за твой рассказ, и за комплемент)
А я с замиранием сердца жду реакцию других братьев и сестер....
Что-то мне подсказывает, что я малость переборщил, не?))) Поэтому я не стал выкладывать откровенные главы на бэтлнэт, опасаясь реакции "Спасиба, падрачил"
Кстати, для РП-шности пришлось бурстануть вара
Но что не сделаешь ради моей милой Джайнси. В конце концов, она заслужила немного счастья...
ЗЫ: да, теперь я буду сочинять от лица двух персонажей, так даже интересней. Ненуачё)))))
А я с замиранием сердца жду реакцию других братьев и сестер....
Что-то мне подсказывает, что я малость переборщил, не?))) Поэтому я не стал выкладывать откровенные главы на бэтлнэт, опасаясь реакции "Спасиба, падрачил"
Кстати, для РП-шности пришлось бурстануть вара
Но что не сделаешь ради моей милой Джайнси. В конце концов, она заслужила немного счастья...
ЗЫ: да, теперь я буду сочинять от лица двух персонажей, так даже интересней. Ненуачё)))))
- Джайнси
Вов, супер просто!
Нигде не переборщил. Все просто супер. Прочитал, очень понравилось. И любовную главу вполне можно было и на офф форум выложить.))
Великолепно. Добавлю в Хроники в ближайшее время.
Егор! Рад, что ты отписался! Хохо, история чернокнижницы Лок'гры продолжается, отлично ребята!
Классно, я в восторге. Вечная Ночь!
ЗЫ лишние посты потом тоже перенесу.
Нигде не переборщил. Все просто супер. Прочитал, очень понравилось. И любовную главу вполне можно было и на офф форум выложить.))
Великолепно. Добавлю в Хроники в ближайшее время.
Егор! Рад, что ты отписался! Хохо, история чернокнижницы Лок'гры продолжается, отлично ребята!
Классно, я в восторге. Вечная Ночь!
ЗЫ лишние посты потом тоже перенесу.
Eukahainen-Druid;Alessandro-Warlock-R.I.P
Спасибо, бро)WARG писал(а):Вов, супер просто!
Сейчас сам перечитал все главы и скастовал "рука-лицо" под тихое потрескивание шаблона)
Такое количество ляпов и стилистических ошибок, повторений, нелогичностей, мама мия!!!
Вот, например: "Три дня минуло как они гостили" - вообще пиздец какой-то. А потом 5 раз подряд "они". "скаля клыки" - как клыки можно скалить? Их и так всегда видно... Жуть!
Бля, аж стыдно...
Никак не могу приучить себя вычитывать написанное говнецо.
ЗЫ: Это я не для того сказал, чтобы еще раз сорвать комплимент, просто можно было сделать гораздо изящней и лиричней. Ладно, буду работать над собой...
- Джайнси
че-т у меня аж слезки навернулисьДжайнси писал(а):Проводив малышню глазами, она двинулась к двери, на мгновенье задержавшись перед портретом.
- Не скучай, любимый. Я скоро приду к тебе, я чувствую. И тогда Вечная Ночь вновь соединит нас… Теперь уже навек!
Очень замечательно, Джайнси.
Вечная Ночь!
Спасибо, Даш. Продолжение теперь будет от лица двух орков-возлюбленных)Ferr писал(а):Очень замечательно, Джайнси.
- Джайнси
Интересная история! Ждем продолжения (:
Насчет откровенности - я после рассказа о своем маге, который написал Леха, уже ничему не удивлюсь
Насчет откровенности - я после рассказа о своем маге, который написал Леха, уже ничему не удивлюсь
Slowly, gently, this is how a life is taken...
- Teke
- the Smiling One
Диман, спасибо!
Продолжение будет обязательно.
Продолжение будет обязательно.
- Джайнси
3. Начало пути
– Да можешь ты поштоять шпокойно или нет? – Флеаска с трудом затягивала бинт, зубами придерживая один его конец, - Шейчаш шам будешь пеленатьшя, жабери тебя баньши!
– Ладно-ладно, остынь, нежить. Стою же.
– Ещё раж так меня нажовешь, убью. Тьфу! Ну вот вроде всё, попробуй пошевелить рукой.
Орк несколько раз несмело согнул руку в локте, проверяя, не мешает ли перевязь движениям.
– Да, лекарь из тебя такой себе, - шаман разглядывал повязку и издевательски улыбался, - шо, не могла поаккуратнее мотать?
Вместо ответа охотница с силой толкнула орка кулаком в плечо. Конечно, он даже не покачнулся.
– Ха, и ближний бой тоже, видимо, не для тебя, Флеа! Ахаха! – Йананы от души расхохотался, оглашая долину раскатистым смехом, перемежающимся с похрюкиванием.
Отрёкшаяся сперва угрюмо смотрела на веселящегося шамана, но его заразительный хохот сделал своё дело – удержаться она больше не могла и звонко рассмеялась. Они сидели на орошённой кровью траве, посреди чуждой, кишащей врагами и усеянной трупами долины и хохотали. Хохотали, потому что это было необходимо. Потому что, остановись они хоть на мгновение, липкая волна страха и ощущения безвыходности положения накроет их, поглотит, сделает слабыми. А ещё они смеялись потому, что повязка действительно была наложена ужасно.
– Слушай, а я знаю одного охотника, так он с палкой бегает, что твой дикарь. – Йананы уже отсмеялся и теперь, казалось, был серьёзен, - И так лихо он этой палкой орудует, закачаешься! Ловушки ещё к тому же всякие швыряет. А ты шо так не можешь? Стрелы-то не бесконечные у тебя… Вона, видишь как оно обернулось всё щас.
Флеаска вздохнула, по привычке приложив руку к груди, хотя в этом не было необходимости – крови сегодня было пролито немало. Вспомнив события последних нескольких часов, охотница зябко поёжилась. Она никогда не любила убивать и, наверное, так и не привыкнет к этому, несмотря на настойчивый шёпот, который теперь слышался всё чаще. Отрёкшаяся не рассказывала о нём своему другу, незачем его беспокоить зря.
– Или хоть собаку заведи, - не унимался орк, - собаки-то полезные тож. Ящерка твоя больно добрая, ха-ха, не кроколиск чай!
Флеаска прекрасно понимала, что простодушный шаман пытался всем этим сказать, она отлично знала, что он вовсе не хотел её обидеть или оскорбить. Йананы действительно искренне переживал, пытаясь в своей странной манере дать совет. Сегодня он несколько раз спас охотницу от верной гибели, рискуя собственной шкурой. Этот великан был лучшим другом и надежнейшим соратником, но и он многого не знал. Флеаска не могла объяснить своё странное поведение в последнее время, не могла рассказать, почему иногда во время боя она замирала в оцепенении, отчего всё чаще уходила в горы, не желая никого видеть.
– Нужно выбираться отсюда, Йан. Я пока не чувствую никого поблизости, можем успеть свалить.
Шаман молча кивнул, тихонько свистнул и замер, в ожидании глядя в сиреневое небо. Спустя пару минут они уже летели домой, погруженные каждый в свои мысли.
– До встречи, нежить, - орк неожиданно обнял охотницу так крепко, что она даже испугалась за свои кости, – Береги себя. Да подумай над моими словами. Нам нужно становиться сильнее, подруга, иначе – хана. Бывай!
Помахав вслед улетающему на ездовом драконе другу, Флеаска рухнула без сил на скамью у большого костра. Два батрака, тихо переговаривавшиеся о чем-то своём, на мгновение прервали разговор и удивлённо взглянули на хозяйку.
«Нужно становиться сильнее, конечно. Да только как? Откуда черпать силу, если мне едва хватает духу просто, чтобы поддерживать в себе жизнь? Ох…» – охотница тяжело вздохнула, она не понимала, что делать.
Внезапно отрёкшаяся ощутила за спиной тот самый вихрь тёмной силы, который так поразил её несколько недель тому. Она резко обернулась, в тайне надеясь ничего там не увидеть. Но странный призрак стоял поодаль, за её спиной, смотрел пустыми глазницами, ждал чего-то.
– Что тебе нужно от меня? Зачем ты преследуешь? Кто ты такой? – практически кричала Флеаска, пытаясь перекрыть гул и треск силового поля.
– Я – твой путь, я – твоя судьба и твоё предназначение. Ты принадлежишь Тьме. А я – есть сама Тьма и сам Хаос, – голос странного гостя звучал гулко и сбивчиво, будто из другого измерения.
– Зачем мне это? - охотница сама удивилась тому, с каким спокойствием она это спросила.
– Чтобы идти по предначертанному пути. Чтобы исполнить волю Тёмных Богов и осознать свою силу. Ибо ты – дитя Тьмы. И нет для тебя иной судьбы, кроме данной.
Флеаска снова шумно вздохнула. Всё, что говорил призрак, находило невероятный и пугающе приятный отклик в её сердце. Возможно, он говорил правду.
– Ты отыщешь Чёрный Орден, – продолжала тень, – Станешь им верной сестрой, исполнишь предназначенное. Только с ними ты будешь свободна от своего проклятия. Твой путь предрешён. Следуй же ему, во имя Тёмных Богов.
Жуткая энергия взвилась смерчем, подняв яростный вихрь, который в то же мгновение опал, оставив после себя лишь облачко поднятой пыли. Отрёкшаяся ещё долго не мигая глядела в пустоту в том месте, где стоял призрак. Опалённый песок слегка искрился поначалу, а после осталась лишь едва различимая тёмная окружность.
В эту ночь ей так и не удалось уснуть.
– Да можешь ты поштоять шпокойно или нет? – Флеаска с трудом затягивала бинт, зубами придерживая один его конец, - Шейчаш шам будешь пеленатьшя, жабери тебя баньши!
– Ладно-ладно, остынь, нежить. Стою же.
– Ещё раж так меня нажовешь, убью. Тьфу! Ну вот вроде всё, попробуй пошевелить рукой.
Орк несколько раз несмело согнул руку в локте, проверяя, не мешает ли перевязь движениям.
– Да, лекарь из тебя такой себе, - шаман разглядывал повязку и издевательски улыбался, - шо, не могла поаккуратнее мотать?
Вместо ответа охотница с силой толкнула орка кулаком в плечо. Конечно, он даже не покачнулся.
– Ха, и ближний бой тоже, видимо, не для тебя, Флеа! Ахаха! – Йананы от души расхохотался, оглашая долину раскатистым смехом, перемежающимся с похрюкиванием.
Отрёкшаяся сперва угрюмо смотрела на веселящегося шамана, но его заразительный хохот сделал своё дело – удержаться она больше не могла и звонко рассмеялась. Они сидели на орошённой кровью траве, посреди чуждой, кишащей врагами и усеянной трупами долины и хохотали. Хохотали, потому что это было необходимо. Потому что, остановись они хоть на мгновение, липкая волна страха и ощущения безвыходности положения накроет их, поглотит, сделает слабыми. А ещё они смеялись потому, что повязка действительно была наложена ужасно.
– Слушай, а я знаю одного охотника, так он с палкой бегает, что твой дикарь. – Йананы уже отсмеялся и теперь, казалось, был серьёзен, - И так лихо он этой палкой орудует, закачаешься! Ловушки ещё к тому же всякие швыряет. А ты шо так не можешь? Стрелы-то не бесконечные у тебя… Вона, видишь как оно обернулось всё щас.
Флеаска вздохнула, по привычке приложив руку к груди, хотя в этом не было необходимости – крови сегодня было пролито немало. Вспомнив события последних нескольких часов, охотница зябко поёжилась. Она никогда не любила убивать и, наверное, так и не привыкнет к этому, несмотря на настойчивый шёпот, который теперь слышался всё чаще. Отрёкшаяся не рассказывала о нём своему другу, незачем его беспокоить зря.
– Или хоть собаку заведи, - не унимался орк, - собаки-то полезные тож. Ящерка твоя больно добрая, ха-ха, не кроколиск чай!
Флеаска прекрасно понимала, что простодушный шаман пытался всем этим сказать, она отлично знала, что он вовсе не хотел её обидеть или оскорбить. Йананы действительно искренне переживал, пытаясь в своей странной манере дать совет. Сегодня он несколько раз спас охотницу от верной гибели, рискуя собственной шкурой. Этот великан был лучшим другом и надежнейшим соратником, но и он многого не знал. Флеаска не могла объяснить своё странное поведение в последнее время, не могла рассказать, почему иногда во время боя она замирала в оцепенении, отчего всё чаще уходила в горы, не желая никого видеть.
– Нужно выбираться отсюда, Йан. Я пока не чувствую никого поблизости, можем успеть свалить.
Шаман молча кивнул, тихонько свистнул и замер, в ожидании глядя в сиреневое небо. Спустя пару минут они уже летели домой, погруженные каждый в свои мысли.
– До встречи, нежить, - орк неожиданно обнял охотницу так крепко, что она даже испугалась за свои кости, – Береги себя. Да подумай над моими словами. Нам нужно становиться сильнее, подруга, иначе – хана. Бывай!
Помахав вслед улетающему на ездовом драконе другу, Флеаска рухнула без сил на скамью у большого костра. Два батрака, тихо переговаривавшиеся о чем-то своём, на мгновение прервали разговор и удивлённо взглянули на хозяйку.
«Нужно становиться сильнее, конечно. Да только как? Откуда черпать силу, если мне едва хватает духу просто, чтобы поддерживать в себе жизнь? Ох…» – охотница тяжело вздохнула, она не понимала, что делать.
Внезапно отрёкшаяся ощутила за спиной тот самый вихрь тёмной силы, который так поразил её несколько недель тому. Она резко обернулась, в тайне надеясь ничего там не увидеть. Но странный призрак стоял поодаль, за её спиной, смотрел пустыми глазницами, ждал чего-то.
– Что тебе нужно от меня? Зачем ты преследуешь? Кто ты такой? – практически кричала Флеаска, пытаясь перекрыть гул и треск силового поля.
– Я – твой путь, я – твоя судьба и твоё предназначение. Ты принадлежишь Тьме. А я – есть сама Тьма и сам Хаос, – голос странного гостя звучал гулко и сбивчиво, будто из другого измерения.
– Зачем мне это? - охотница сама удивилась тому, с каким спокойствием она это спросила.
– Чтобы идти по предначертанному пути. Чтобы исполнить волю Тёмных Богов и осознать свою силу. Ибо ты – дитя Тьмы. И нет для тебя иной судьбы, кроме данной.
Флеаска снова шумно вздохнула. Всё, что говорил призрак, находило невероятный и пугающе приятный отклик в её сердце. Возможно, он говорил правду.
– Ты отыщешь Чёрный Орден, – продолжала тень, – Станешь им верной сестрой, исполнишь предназначенное. Только с ними ты будешь свободна от своего проклятия. Твой путь предрешён. Следуй же ему, во имя Тёмных Богов.
Жуткая энергия взвилась смерчем, подняв яростный вихрь, который в то же мгновение опал, оставив после себя лишь облачко поднятой пыли. Отрёкшаяся ещё долго не мигая глядела в пустоту в том месте, где стоял призрак. Опалённый песок слегка искрился поначалу, а после осталась лишь едва различимая тёмная окружность.
В эту ночь ей так и не удалось уснуть.
Вечная Ночь!
Еще раз скажу - Флеаска, отличный рассказ.
Ребята, я добавил все в Хроники. Молодцы! И да. Я жду еще. Я ненасытен! /дьявольский смех
Сам тоже может быть выложу скоро одну историю... но никак не могу подобраться к ней.. завалы блин по времени.
ЗЫ - сообщения потом ненужные из темы выкину... потом. да.. потом.
Ребята, я добавил все в Хроники. Молодцы! И да. Я жду еще. Я ненасытен! /дьявольский смех
Сам тоже может быть выложу скоро одну историю... но никак не могу подобраться к ней.. завалы блин по времени.
ЗЫ - сообщения потом ненужные из темы выкину... потом. да.. потом.
Eukahainen-Druid;Alessandro-Warlock-R.I.P
Вечная Ночь, братья и сестры! Сестра Флеаска, спасибо за рассказ, читается на одном дыхании - прекрасный стиль, так держать!
А тем временем, я, помолившись Темным Богам, начинаю цикл про похождения охотницы и ее возлюбленного. Параллельно учясь играть фурриком))))))
Погнали...
ОБРУЧЕННЫЕ ВЕЧНОЙ НОЧЬЮ.
Глава 1. Плечом к плечу.
С превеликой осторожностью они пробирались предгорьями Хилсбрада по направлению к мельнице Таррен. Пешком. Она – юная орчиха-охотница, одетая в камуфляжной расцветки кольчужную броню с красивым, немного жутковатого вида, луком и колчаном, полным черных стел. Он – молодой статный орк-воин, с головы до ног закованный в тяжелую броню, с обоюдоострым боевым топором в правой руке. До места очередной высадки демонов Пылающего Легиона оставалось около пол лиги.
- Погоди, давай глянем карту, - девушка опустилась на колени, роясь в торбе. Рядом, тяжело дыша, опустился орк. Со всех сторон их окружали плотные заросли белой акации, скрывая от вражеских глаз. Эта территория была оспариваема Ордой и Альянсом, и в любой момент на них могли напасть.
- Ты устал, Дев? – заботливо взглянула в его глаза охотница.
- Все в порядке, Джая, все в порядке.
- Ага, в порядке, - проворчала орчиха. – Полдня таскать на себе четыре пуда железа… Ну ладно, давай сориентируемся.
Они склонились, соприкоснувшись головами, над магической картой Восточных королевств, где места высадок демонов отмечались пульсирующими ядовито-зелеными, как сама скверна, кружками.
- Нам туда, - определила охотница и указала направление рукой. – Успеваем к началу веселья, вроде.
- Как ты разбираешься в этих картах, Джай? - усмехнулся воин. – Темный лес же!
- Примерно так же, как ты в своих рецептах из трав. Темный лес же! – парировала охотница.
Юноша оглядел окружающие их заросли и прошептал, стягивая с головы шлем:
- Любимая, а давай прям здесь…
- Нет, сударь мой Девзегар, - отстранилась Джайнси. – Давай сперва поохотимся, а когда вернемся домой, то я тебе…
Озорно сверкнув глазами, она прижалась к нему и быстро-быстро зашептала на ухо, что-то такое, от чего тот порозовел. Потом отстранилась и захихикала в кулачек.
- Тогда давай скорее убьём этих чертовых демонов и… - на полуслове осекся орк. – Тссс, слышишь?
До их слуха долетел тихий шелест приминаемой чьими-то ногами травы и потрескивание веток.
Охотница резко вскинула правую руку, а потом сжала пальцы в кулак. Орк, указав на нее, двумя пальцами показал сначала на свои глаза, а затем на место, откуда слышались шаги. Она кивнула и осторожно высунула из кустов голову.
По опушке беззаботно топал ворген в обратном им направлении. Чернокнижник.
Охотница убрала голову и вложила губы в самое ухо орка:
- Сейчас я его сделаю! Только бы не перекинулся и не ушел, я его тогда не догоню, - возбужденно прошептала она. – А ты, милсдарь мой орк, считай стрелы.
Она вскочила на ноги, вскинула лук и выпустила стрелу, одновременно прокричав что-то на не знакомом ему гортанном наречии. Выпушенная стрела не преодолела и трети пути, как следом ей вдогонку полетела вторая, которая раздвоилась и причудливыми зигзагами, шипя, понеслась к цели. Ворген повернул к ним морду, дернулся, принимая удар грудью, но остался стоять и начал делать руками какие-то пассы. В их сторону полетел сферический сгусток неведомой орку энергии. Воин увидел, как его возлюбленная дернулась, зашипев от боли, но быстро восстановила стойку и отправила в цель две стрелы подряд. Из уголка ее рта заструилась алая кровь. Не смотря на разрывающую сердце боль от вида раненой девушки, он знал: помогать нельзя! Это закон! Только в самом крайнем случае! Двое дерутся, третий не лезет. А сейчас случай был явно не крайний: чернокнижник шатался словно пьяный, уронив руки. Перед ним шипела, испуская молнии, воткнувшаяся вертикально в землю стрела, а над его головой расцвел красный магический цветок. «Смогла пометить его «Меткой Охотника»!», - догадался Девзегар. – «Сейчас она хорошенько прицелится, а потом он станет полностью уязвим для ее стрел. Умничка!». Джайнси снова выкрикнула какое-то гортанное слово, а ее стрелы полетели с такой частотой, что у орка зарябило в глазах, и закружилась голова. Еще раз пять орчиха конвульсивно дергалась, принимая своим телом удары воргена, а один раз замерла, закатив глаза. Она исцеляла себя магической энергией. Но основная часть ударов чернокнижника не достигала цели – она скакала, как мячик.
Потом же произошло что-то непонятное. Выронив лук, зажав уши руками и истошно закричав, охотница заметалась по полянке. Растерянно взглянув на врага, Девзегар увидел торжество на его морде. Оборотень приготовился убивать его беззащитную любимую, убивать хладнокровно, смакуя, со знанием дела. А вот этого юный воин допустить ну никак не мог! Забыв про все кодексы на свете, задрав к небу лицо, и широко раскинув руки, он закричал. А затем, раскрутив над головой топор, запевший Песнь Стали и Смерти, он, в Героическом прыжке обрушил всю свою мощь на воргена. Тот, не ожидая второй волны атаки, растерялся, и это стоило ему жизни. Лишь один раз, завизжав, он попытался перекинуться в зверя и уйти. Но яростно рычащий Девзегар широким взмахом отсек ему обе руки, прервав пассы, а затем завертелся юлой, нанося удар за ударом. Последний тяжелый удар пришелся по шеи полузверя.
Ворген упал и больше не поднимался.
Девзегар кинулся к девушке, которая качалась, тяжело опираясь на плечо лука. Пустой колчан валялся рядом.
- Джая! Милая! Тебе больно?! – он первый раз видел свою любимую раненой в бою. На нем самом, о чудо, не было не царапины – Сейчас, сейчас…
- Ох, Дев, чет мне хреново… - она кривилась от боли, еле сдерживая слезы. – Сильный попался, сученок… Пелена красная перед глазами… Милый, мне плохо, - заплакала, не в силах больше сдерживаться, Джайнси. - Я рук не чувствую… Дев… скверна… скорее, любимый...
Потеряв сознание, девушка тяжело осела на землю.
Орк скинул латные перчатки, приподнял голову раненой и трясущейся рукой поднес к ее губам флакончик с сильным, обладающим свойством противоядия, лечебным зельем. Отшвырнув пустой пузырек и, забыв, что вполне хватит одной порции, он начал сковыривать пробку с другого.
- Эй, побереги химию, мало осталось, - Девзегар не сразу понял, что происходит и сорвал-таки колпачок. – Я за него знаешь, какую деньгу отвалила?
Лицо охотницы было все еще очень бледным, но в ее небесных глазах уже вовсю прыгали знакомые ему и любимые им озорные чертики.
Тоскливо звякнув, разбился второй пузырек, выпавший из его руки.
- Раскокал? Молодец, лучше бы уж мне скормил…
- Жива… - выдохнул воин и начал осыпать поцелуями ее лицо.
- Да отвали, вот привязался. Щекотно, ну хватит уже слюнявить, - смеясь, Джайнси отталкивала его обеими руками. – Вечером, в постели послюнявишь, воооон там, – она глазами указала на свою промежность. - И вот тут, - она качнула грудью.
- С удовольствием, и не один раз, - широко улыбнулся он, поднимаясь на ноги и протягивая ей руку. – Жива!
- Сильный попался, сученок, - повторила орчиха, вставая. – Пойдем, посмотрим. Вон он валяется – из травы хвост торчит. Дев…
- Что, любимая?
- Спасибо тебе… И грац с почином, лихо ты его уделал… Ну что, пойдем демонов отпецкаем?
Поздно вечером, телепортировавшись в ее гарнизон, они, изнывая от накопившейся страсти, еле-еле успели добраться до ложа. Бегом, теряя части доспехов по пути, но успели. Иначе им бы пришлось заняться любовью прямо на снегах Дренора. Утолив первый голод, Джайнси исполнила, данное на ушко орку обещание. А он, закатив глаза искал и не находил возможность исполнить свою часть обещания.
Высоко-высоко над ними, в Черных Глубинах Хаоса, наблюдающая за молодыми любовниками Дева Порока, отняла длинные изящные мокрые пальчики с кроваво-красным маникюром от своего лона. Прошептав что-то, она легонько коснулась разума Джайнси.
Девушка застонала, не выпуская изо рта пульсирующую плоть возлюбленного, а затем, развернулась, подалась назад и перекинула совершенной формы ножку через его голову. Перед его глазами возникла, старая как мир и дарящая этому миру жизнь, картина. Закрыв глаза, он впился в нее устами…
А тем временем, я, помолившись Темным Богам, начинаю цикл про похождения охотницы и ее возлюбленного. Параллельно учясь играть фурриком))))))
Погнали...
ОБРУЧЕННЫЕ ВЕЧНОЙ НОЧЬЮ.
Глава 1. Плечом к плечу.
С превеликой осторожностью они пробирались предгорьями Хилсбрада по направлению к мельнице Таррен. Пешком. Она – юная орчиха-охотница, одетая в камуфляжной расцветки кольчужную броню с красивым, немного жутковатого вида, луком и колчаном, полным черных стел. Он – молодой статный орк-воин, с головы до ног закованный в тяжелую броню, с обоюдоострым боевым топором в правой руке. До места очередной высадки демонов Пылающего Легиона оставалось около пол лиги.
- Погоди, давай глянем карту, - девушка опустилась на колени, роясь в торбе. Рядом, тяжело дыша, опустился орк. Со всех сторон их окружали плотные заросли белой акации, скрывая от вражеских глаз. Эта территория была оспариваема Ордой и Альянсом, и в любой момент на них могли напасть.
- Ты устал, Дев? – заботливо взглянула в его глаза охотница.
- Все в порядке, Джая, все в порядке.
- Ага, в порядке, - проворчала орчиха. – Полдня таскать на себе четыре пуда железа… Ну ладно, давай сориентируемся.
Они склонились, соприкоснувшись головами, над магической картой Восточных королевств, где места высадок демонов отмечались пульсирующими ядовито-зелеными, как сама скверна, кружками.
- Нам туда, - определила охотница и указала направление рукой. – Успеваем к началу веселья, вроде.
- Как ты разбираешься в этих картах, Джай? - усмехнулся воин. – Темный лес же!
- Примерно так же, как ты в своих рецептах из трав. Темный лес же! – парировала охотница.
Юноша оглядел окружающие их заросли и прошептал, стягивая с головы шлем:
- Любимая, а давай прям здесь…
- Нет, сударь мой Девзегар, - отстранилась Джайнси. – Давай сперва поохотимся, а когда вернемся домой, то я тебе…
Озорно сверкнув глазами, она прижалась к нему и быстро-быстро зашептала на ухо, что-то такое, от чего тот порозовел. Потом отстранилась и захихикала в кулачек.
- Тогда давай скорее убьём этих чертовых демонов и… - на полуслове осекся орк. – Тссс, слышишь?
До их слуха долетел тихий шелест приминаемой чьими-то ногами травы и потрескивание веток.
Охотница резко вскинула правую руку, а потом сжала пальцы в кулак. Орк, указав на нее, двумя пальцами показал сначала на свои глаза, а затем на место, откуда слышались шаги. Она кивнула и осторожно высунула из кустов голову.
По опушке беззаботно топал ворген в обратном им направлении. Чернокнижник.
Охотница убрала голову и вложила губы в самое ухо орка:
- Сейчас я его сделаю! Только бы не перекинулся и не ушел, я его тогда не догоню, - возбужденно прошептала она. – А ты, милсдарь мой орк, считай стрелы.
Она вскочила на ноги, вскинула лук и выпустила стрелу, одновременно прокричав что-то на не знакомом ему гортанном наречии. Выпушенная стрела не преодолела и трети пути, как следом ей вдогонку полетела вторая, которая раздвоилась и причудливыми зигзагами, шипя, понеслась к цели. Ворген повернул к ним морду, дернулся, принимая удар грудью, но остался стоять и начал делать руками какие-то пассы. В их сторону полетел сферический сгусток неведомой орку энергии. Воин увидел, как его возлюбленная дернулась, зашипев от боли, но быстро восстановила стойку и отправила в цель две стрелы подряд. Из уголка ее рта заструилась алая кровь. Не смотря на разрывающую сердце боль от вида раненой девушки, он знал: помогать нельзя! Это закон! Только в самом крайнем случае! Двое дерутся, третий не лезет. А сейчас случай был явно не крайний: чернокнижник шатался словно пьяный, уронив руки. Перед ним шипела, испуская молнии, воткнувшаяся вертикально в землю стрела, а над его головой расцвел красный магический цветок. «Смогла пометить его «Меткой Охотника»!», - догадался Девзегар. – «Сейчас она хорошенько прицелится, а потом он станет полностью уязвим для ее стрел. Умничка!». Джайнси снова выкрикнула какое-то гортанное слово, а ее стрелы полетели с такой частотой, что у орка зарябило в глазах, и закружилась голова. Еще раз пять орчиха конвульсивно дергалась, принимая своим телом удары воргена, а один раз замерла, закатив глаза. Она исцеляла себя магической энергией. Но основная часть ударов чернокнижника не достигала цели – она скакала, как мячик.
Потом же произошло что-то непонятное. Выронив лук, зажав уши руками и истошно закричав, охотница заметалась по полянке. Растерянно взглянув на врага, Девзегар увидел торжество на его морде. Оборотень приготовился убивать его беззащитную любимую, убивать хладнокровно, смакуя, со знанием дела. А вот этого юный воин допустить ну никак не мог! Забыв про все кодексы на свете, задрав к небу лицо, и широко раскинув руки, он закричал. А затем, раскрутив над головой топор, запевший Песнь Стали и Смерти, он, в Героическом прыжке обрушил всю свою мощь на воргена. Тот, не ожидая второй волны атаки, растерялся, и это стоило ему жизни. Лишь один раз, завизжав, он попытался перекинуться в зверя и уйти. Но яростно рычащий Девзегар широким взмахом отсек ему обе руки, прервав пассы, а затем завертелся юлой, нанося удар за ударом. Последний тяжелый удар пришелся по шеи полузверя.
Ворген упал и больше не поднимался.
Девзегар кинулся к девушке, которая качалась, тяжело опираясь на плечо лука. Пустой колчан валялся рядом.
- Джая! Милая! Тебе больно?! – он первый раз видел свою любимую раненой в бою. На нем самом, о чудо, не было не царапины – Сейчас, сейчас…
- Ох, Дев, чет мне хреново… - она кривилась от боли, еле сдерживая слезы. – Сильный попался, сученок… Пелена красная перед глазами… Милый, мне плохо, - заплакала, не в силах больше сдерживаться, Джайнси. - Я рук не чувствую… Дев… скверна… скорее, любимый...
Потеряв сознание, девушка тяжело осела на землю.
Орк скинул латные перчатки, приподнял голову раненой и трясущейся рукой поднес к ее губам флакончик с сильным, обладающим свойством противоядия, лечебным зельем. Отшвырнув пустой пузырек и, забыв, что вполне хватит одной порции, он начал сковыривать пробку с другого.
- Эй, побереги химию, мало осталось, - Девзегар не сразу понял, что происходит и сорвал-таки колпачок. – Я за него знаешь, какую деньгу отвалила?
Лицо охотницы было все еще очень бледным, но в ее небесных глазах уже вовсю прыгали знакомые ему и любимые им озорные чертики.
Тоскливо звякнув, разбился второй пузырек, выпавший из его руки.
- Раскокал? Молодец, лучше бы уж мне скормил…
- Жива… - выдохнул воин и начал осыпать поцелуями ее лицо.
- Да отвали, вот привязался. Щекотно, ну хватит уже слюнявить, - смеясь, Джайнси отталкивала его обеими руками. – Вечером, в постели послюнявишь, воооон там, – она глазами указала на свою промежность. - И вот тут, - она качнула грудью.
- С удовольствием, и не один раз, - широко улыбнулся он, поднимаясь на ноги и протягивая ей руку. – Жива!
- Сильный попался, сученок, - повторила орчиха, вставая. – Пойдем, посмотрим. Вон он валяется – из травы хвост торчит. Дев…
- Что, любимая?
- Спасибо тебе… И грац с почином, лихо ты его уделал… Ну что, пойдем демонов отпецкаем?
Поздно вечером, телепортировавшись в ее гарнизон, они, изнывая от накопившейся страсти, еле-еле успели добраться до ложа. Бегом, теряя части доспехов по пути, но успели. Иначе им бы пришлось заняться любовью прямо на снегах Дренора. Утолив первый голод, Джайнси исполнила, данное на ушко орку обещание. А он, закатив глаза искал и не находил возможность исполнить свою часть обещания.
Высоко-высоко над ними, в Черных Глубинах Хаоса, наблюдающая за молодыми любовниками Дева Порока, отняла длинные изящные мокрые пальчики с кроваво-красным маникюром от своего лона. Прошептав что-то, она легонько коснулась разума Джайнси.
Девушка застонала, не выпуская изо рта пульсирующую плоть возлюбленного, а затем, развернулась, подалась назад и перекинула совершенной формы ножку через его голову. Перед его глазами возникла, старая как мир и дарящая этому миру жизнь, картина. Закрыв глаза, он впился в нее устами…
- Джайнси
Глава 2. Две встречи.
- Соня, просыпайся, ну просыпайся уже, - охотница потрясла его за плечо, а потом легонько прихватила за руку клыками.
- Ну, кусаться-то зачем, - орк заворчал и перевернулся на спину, закинув мускулистые руки за голову, потянулся.
- Пора, у нас сегодня две встречи, помнишь, что я говорила вчера?
- Помню… - Девзегар невольно залюбовался своей возлюбленной.
Его Джая, в накинутом на голое тело прозрачном пеньюаре, переступая узкими босыми ступнями, подошла к зеркалу. Орк, широко раскрытыми глазами, смотрел на ее длинные, изящные пальчики ног с ногтями, покрытыми алым лаком. А потом принялся таращиться на, просвечивающую через воздушную ткань, талию с двумя трогательными ямочками чуть повыше налитых мускулистых ягодиц.
С некоторых пор она наводила красоту сама. И, вы не поверите, она полюбила это занятие. Вот и сейчас, смешно натянув кожу лба и закатив глаза, охотница, вертясь на стуле, красила ресницы. Потом, закончив с веками, которые она мазнула нежно-фиалковыми тенями, взяла бархотку, понюхала, громко чихнув, и начала покрывать лицо тональной пудрой. Затем оглянулась на своего любимого, состроила невинное лицо, хлопая длинными подведенными ресницами.
- Алё, девушка готова, а кавалер валяется?
-Да встаю я, - воин неохотно поднялся с постели и принялся натягивать исподнее. – Я бы, вот если честно, предпочел бы…
- Будет тебе и сладкое… Позже. Ну, Дев, ну обещали же.
- Иду, иду…
Два орка шли, поскрипывая снегом по гарнизону Джайнси. Ее соратники, которых они встречали, почтенно вскидывали руку в воинском приветствии.
- Ух, ты! А это что? А вон там?
- Это гоблинская мастерская, очень полезная вещь, а там… так, торговая лавка, я там кое-что покупаю. Пришли!
Сильно пахло свежим сеном, мясом и зверем. Воин невольно поежился.
Первое, что он увидел, была желто-оранжевая голова ужасного вида ящера, торчащая над плетью изгороди стойл.
- Никого руками не трогай, а то рук не досчитаешься, - зашептала ему в ухо орчиха. – Я сейчас, они немного отвыкли от меня. Когда позову, подойдешь…
Орк окунулся в невиданный ему, но прекрасный мир природы.
- Это – Толстячек, - Джайнси ласкала за ушком гигантского гиппопотама, ластящегося к ее руке. – Он очень добрый, но знаешь, скольких он убил?!
- Это – Кус-Кус, осторожно, он ядовитый! – воин отдернул руку от насекомого.
- А это – Мамочка. Спокойно, девочка, спокойно! - Девзегар смотрел на прирожденную убийцу с холодными глазами, дьявозавра, весом под две тонны. – Это свой!
- Привет, Мишган! – орчиха схватила шею огромного белого медведя, целую его в усы. Воин, испытывая волнение и некий порыв, поклонился могучему зверю.
- Деми, здравствуй, родная! – его любимая опустилась на колени перед странным существом, которое он видел впервые. Орк даже не предполагал, что в мире Азерота есть такие существа. Это была кошка, полупрозрачная, с огромной головой и парой семидюймовых клыков. К его ногам, ластился долговязый и нескладный котенок.
- Замри! Не двигайся, сейчас… Она хочет говорить с тобой, слушай…
- Как слушать?
– Увидишь!
Зверь посмотрел Девзегару в глаза, подчиняя себе его волю. Орк опустился на колени, а, затем, почувствовал легкое прикосновение к своему разуму:
- Воин Девзегар! Слушай, что скажу тебе я! Мы прошли с моей Джайнси не одну битву, во славу Темным Богам. Я сражалась с ней бок обок и берегла ее, но случилось так, что у меня появилась моя Луна. На то была Их воля, воля Восьмерых. Я прошу тебя лишь об одном. Позаботься о ней и люби ее, она заслужила счастья. Сдерживай ее, не давай ей кидаться в битву, сломя голову … Обещай мне это, воин!
- Обещаю! - потрясенный юноша встал на ноги и приложил правую руку к сердцу. – Обещаю…
Кошка отвела от него глаза и, утробно заурчав, лизнула хвостик котенка, крутящегося рядом…
«Обещаю! Тебе обещаю!», - повторил юноша, оборачиваясь к улыбающейся Джайнси…
- Соня, просыпайся, ну просыпайся уже, - охотница потрясла его за плечо, а потом легонько прихватила за руку клыками.
- Ну, кусаться-то зачем, - орк заворчал и перевернулся на спину, закинув мускулистые руки за голову, потянулся.
- Пора, у нас сегодня две встречи, помнишь, что я говорила вчера?
- Помню… - Девзегар невольно залюбовался своей возлюбленной.
Его Джая, в накинутом на голое тело прозрачном пеньюаре, переступая узкими босыми ступнями, подошла к зеркалу. Орк, широко раскрытыми глазами, смотрел на ее длинные, изящные пальчики ног с ногтями, покрытыми алым лаком. А потом принялся таращиться на, просвечивающую через воздушную ткань, талию с двумя трогательными ямочками чуть повыше налитых мускулистых ягодиц.
С некоторых пор она наводила красоту сама. И, вы не поверите, она полюбила это занятие. Вот и сейчас, смешно натянув кожу лба и закатив глаза, охотница, вертясь на стуле, красила ресницы. Потом, закончив с веками, которые она мазнула нежно-фиалковыми тенями, взяла бархотку, понюхала, громко чихнув, и начала покрывать лицо тональной пудрой. Затем оглянулась на своего любимого, состроила невинное лицо, хлопая длинными подведенными ресницами.
- Алё, девушка готова, а кавалер валяется?
-Да встаю я, - воин неохотно поднялся с постели и принялся натягивать исподнее. – Я бы, вот если честно, предпочел бы…
- Будет тебе и сладкое… Позже. Ну, Дев, ну обещали же.
- Иду, иду…
Два орка шли, поскрипывая снегом по гарнизону Джайнси. Ее соратники, которых они встречали, почтенно вскидывали руку в воинском приветствии.
- Ух, ты! А это что? А вон там?
- Это гоблинская мастерская, очень полезная вещь, а там… так, торговая лавка, я там кое-что покупаю. Пришли!
Сильно пахло свежим сеном, мясом и зверем. Воин невольно поежился.
Первое, что он увидел, была желто-оранжевая голова ужасного вида ящера, торчащая над плетью изгороди стойл.
- Никого руками не трогай, а то рук не досчитаешься, - зашептала ему в ухо орчиха. – Я сейчас, они немного отвыкли от меня. Когда позову, подойдешь…
Орк окунулся в невиданный ему, но прекрасный мир природы.
- Это – Толстячек, - Джайнси ласкала за ушком гигантского гиппопотама, ластящегося к ее руке. – Он очень добрый, но знаешь, скольких он убил?!
- Это – Кус-Кус, осторожно, он ядовитый! – воин отдернул руку от насекомого.
- А это – Мамочка. Спокойно, девочка, спокойно! - Девзегар смотрел на прирожденную убийцу с холодными глазами, дьявозавра, весом под две тонны. – Это свой!
- Привет, Мишган! – орчиха схватила шею огромного белого медведя, целую его в усы. Воин, испытывая волнение и некий порыв, поклонился могучему зверю.
- Деми, здравствуй, родная! – его любимая опустилась на колени перед странным существом, которое он видел впервые. Орк даже не предполагал, что в мире Азерота есть такие существа. Это была кошка, полупрозрачная, с огромной головой и парой семидюймовых клыков. К его ногам, ластился долговязый и нескладный котенок.
- Замри! Не двигайся, сейчас… Она хочет говорить с тобой, слушай…
- Как слушать?
– Увидишь!
Зверь посмотрел Девзегару в глаза, подчиняя себе его волю. Орк опустился на колени, а, затем, почувствовал легкое прикосновение к своему разуму:
- Воин Девзегар! Слушай, что скажу тебе я! Мы прошли с моей Джайнси не одну битву, во славу Темным Богам. Я сражалась с ней бок обок и берегла ее, но случилось так, что у меня появилась моя Луна. На то была Их воля, воля Восьмерых. Я прошу тебя лишь об одном. Позаботься о ней и люби ее, она заслужила счастья. Сдерживай ее, не давай ей кидаться в битву, сломя голову … Обещай мне это, воин!
- Обещаю! - потрясенный юноша встал на ноги и приложил правую руку к сердцу. – Обещаю…
Кошка отвела от него глаза и, утробно заурчав, лизнула хвостик котенка, крутящегося рядом…
«Обещаю! Тебе обещаю!», - повторил юноша, оборачиваясь к улыбающейся Джайнси…
Последний раз редактировалось Джайнси 1 сентября 2016, 20:38, всего редактировалось 1 раз.
- Джайнси
Вечная Ночь, братья и сестры)))
На дворе осень - любимая пора поэта, у меня неделя отпуска и очень лиричное настроение... В наушниках звучит "Seven tears are flowing to the river" от моих любимых NARGAROTH, а перед глазами стоит образ моей охотницы Джайнси.
Короче, кому интересно, читаем...
Глава 2. Две встречи. Продолжение.
Они ехали по Хребту Ледяного Огня, направляясь к крепости Камнерогов - столице Орды на Дреноре. Бок обок, плавно покачиваясь в седлах. Орк и орчиха, воин и охотница. Соединенные Вечной Ночью, два одиночества, наконец, нашедшие друг друга…
- Она классная, она тебе понравится, - Джайнси игриво стрельнула глазами в сторону Девзегара. – Ты же любишь красивых орчих?
- Я тебя люблю! А как, ты говоришь, ее зовут?
- Лигра, моя лучшая подруга, между прочим!
Некоторое время спустя, на въезде в крепость, Девзегар любовался на двух девушек, которые, радостно визжа, тискали друг дружку в объятиях. Потом в него вперились две пары глаз – небесно-голубые, нежные и темно-карие, чуть раскосые, развратные глаза молодой хищницы. Орчихи были похожи друг на друга, как родные сестры, но, при этом, были совершенно разные. Его Джая, мускулистая, широкая в бедрах, с большой грудью, обнимала за талию, радостно сверкая глазами, узенькую, не по-орочьи, тонкую и высокую Лигру. На ту была надета плотная шерстяная туника с глубоким разрезом, обнажающим стройное зеленое бедро. Гладко выбритый череп девушки венчал роскошный плюмаж из черных волос.
- Ну как он тебе, подружка?
- Джа, завидую я тебе, - Лигра поцеловала Джайнси в щеку. – Ну что? Прошу к столу!
Два часа спустя, разморенная алкоголем и обильной едой, троица развалилась в креслах. На столе, вперемешку стояли полупустые бутылки с «Жабьим ядом», вилки, ножи, блюдо с жареным на вертеле мясом, тарелки с зеленью. Изрядно пьяная Джайнси что-то шептала на ухо подруге, притянув к себе ее голову. Время от времени, девушки принимались хохотать, хитро поглядывая в сторону юноши. Тот не находил себе места от смущения.
- Пойду-ка я прогуляюсь, голова кружится, - орк поднялся с кресла и, покачиваясь, направился к двери. В спину ему донесся смех подруг. – Посмотрю, что тут к чему...
Он стоял, одетый в легкий подлатник, всей грудью вдыхая ночной морозный воздух Хребта Ледяного Огня. Где-то далеко, изливая в своем вое тоску, пели Волки Дренора. Юноша слушал эту вечную, как мир симфонию, впитывая ее каждой частицей своего разума. Ведь он и сам был из клана Северных Волков.
Воин вспоминал легенды о не запятнанном скверной Дуротане. О его любимой жене Драке. Об их сыне Го'Эле, прославящем Орду, Вожде Тралле. О могучем Оргриме, отомстившем Черноруку за смерть своего друга. О Громе Адском Крике, победившем демона Маннорота, о чернокнижнике Гул'Дане…
А потом он почувствовал прикосновение ласковых рук на своих плечах…
Орк обернулся и увидел ее, стоящую перед ним, зябко кутающуюся в свою тунику, милую и беззащитную… Волнующую…
- Дев, Джайнси уснула… Я проводила ее в спальню… Тазик поставила, на всякий случай… Милый, обними меня, мне холодно… - Лигра протянула к Девзегару руки. – Согрей меня…
Очень осторожно, но, в то же время решительно, он взял узкие и нежные кисти в свои лапища. А потом поцеловал ее длинные пальчики.
- Лигра! Я не могу… и не хочу! Нет, ты не подумай, ты очень красивая, но… Я люблю ее… давай останемся друзьями, не искушай меня!
- А ты лучше, чем я думала, орк! Гораздо лучше! – девушка послала ему воздушный поцелуй. – Люби ее, да даруют вам Боги счастье…
Грациозно повернувшись, и стрельнув, на последок, карими глазами, орчиха пошла прочь…
А высоко-высоко, над миром, мерцали холодные звезды Дренора.
На дворе осень - любимая пора поэта, у меня неделя отпуска и очень лиричное настроение... В наушниках звучит "Seven tears are flowing to the river" от моих любимых NARGAROTH, а перед глазами стоит образ моей охотницы Джайнси.
Короче, кому интересно, читаем...
Глава 2. Две встречи. Продолжение.
Они ехали по Хребту Ледяного Огня, направляясь к крепости Камнерогов - столице Орды на Дреноре. Бок обок, плавно покачиваясь в седлах. Орк и орчиха, воин и охотница. Соединенные Вечной Ночью, два одиночества, наконец, нашедшие друг друга…
- Она классная, она тебе понравится, - Джайнси игриво стрельнула глазами в сторону Девзегара. – Ты же любишь красивых орчих?
- Я тебя люблю! А как, ты говоришь, ее зовут?
- Лигра, моя лучшая подруга, между прочим!
Некоторое время спустя, на въезде в крепость, Девзегар любовался на двух девушек, которые, радостно визжа, тискали друг дружку в объятиях. Потом в него вперились две пары глаз – небесно-голубые, нежные и темно-карие, чуть раскосые, развратные глаза молодой хищницы. Орчихи были похожи друг на друга, как родные сестры, но, при этом, были совершенно разные. Его Джая, мускулистая, широкая в бедрах, с большой грудью, обнимала за талию, радостно сверкая глазами, узенькую, не по-орочьи, тонкую и высокую Лигру. На ту была надета плотная шерстяная туника с глубоким разрезом, обнажающим стройное зеленое бедро. Гладко выбритый череп девушки венчал роскошный плюмаж из черных волос.
- Ну как он тебе, подружка?
- Джа, завидую я тебе, - Лигра поцеловала Джайнси в щеку. – Ну что? Прошу к столу!
Два часа спустя, разморенная алкоголем и обильной едой, троица развалилась в креслах. На столе, вперемешку стояли полупустые бутылки с «Жабьим ядом», вилки, ножи, блюдо с жареным на вертеле мясом, тарелки с зеленью. Изрядно пьяная Джайнси что-то шептала на ухо подруге, притянув к себе ее голову. Время от времени, девушки принимались хохотать, хитро поглядывая в сторону юноши. Тот не находил себе места от смущения.
- Пойду-ка я прогуляюсь, голова кружится, - орк поднялся с кресла и, покачиваясь, направился к двери. В спину ему донесся смех подруг. – Посмотрю, что тут к чему...
Он стоял, одетый в легкий подлатник, всей грудью вдыхая ночной морозный воздух Хребта Ледяного Огня. Где-то далеко, изливая в своем вое тоску, пели Волки Дренора. Юноша слушал эту вечную, как мир симфонию, впитывая ее каждой частицей своего разума. Ведь он и сам был из клана Северных Волков.
Воин вспоминал легенды о не запятнанном скверной Дуротане. О его любимой жене Драке. Об их сыне Го'Эле, прославящем Орду, Вожде Тралле. О могучем Оргриме, отомстившем Черноруку за смерть своего друга. О Громе Адском Крике, победившем демона Маннорота, о чернокнижнике Гул'Дане…
А потом он почувствовал прикосновение ласковых рук на своих плечах…
Орк обернулся и увидел ее, стоящую перед ним, зябко кутающуюся в свою тунику, милую и беззащитную… Волнующую…
- Дев, Джайнси уснула… Я проводила ее в спальню… Тазик поставила, на всякий случай… Милый, обними меня, мне холодно… - Лигра протянула к Девзегару руки. – Согрей меня…
Очень осторожно, но, в то же время решительно, он взял узкие и нежные кисти в свои лапища. А потом поцеловал ее длинные пальчики.
- Лигра! Я не могу… и не хочу! Нет, ты не подумай, ты очень красивая, но… Я люблю ее… давай останемся друзьями, не искушай меня!
- А ты лучше, чем я думала, орк! Гораздо лучше! – девушка послала ему воздушный поцелуй. – Люби ее, да даруют вам Боги счастье…
Грациозно повернувшись, и стрельнув, на последок, карими глазами, орчиха пошла прочь…
А высоко-высоко, над миром, мерцали холодные звезды Дренора.
- Джайнси
Не знаю, куда положить, пусть будет здесь.
Этакий дружеский шарж, росчерк пера, каприз...
Кстати, правдивая история)
Встреча с Легендой.
Высоко в безоблачном небе щебетали птицы, громко стрекотали в траве невидимые насекомые, было жарко, солнце только что свалилось за полдень и палило немилосердно. Обливаясь потом, то и дело отирая лоб, по южному пограничью Валь'шары, кралась юная охотница. Орчиха.
«Где этот чертов демон, мать его ети? Ну сколько можно?» - девушка присела на камень и жадно припала губами к фляге. – «Вода кончается, вот влипла…»
Справа, на траверсе, раздался рык невидимого из-за кустов зверя, кошки. Пружинисто вскочив на ноги, Джайнси (а это была именно она), натянула тетеву. Но зверь, не почуяв орчихи, грациозно проследовал мимо.
«Ффуухх. Пронесло»
Бздынькнул заблаговременно отключенным звуком радар «Спай». Враги. Двое. Шаман и паладин.
«Этого еще не хватало», - мелькнуло в голове. Рука потянулась к поясной сумке за магическим препотом. - «Не хочу драться…»
Но Темные Боги, в своей Черной иронии, уготовили девушке совсем другую встречу.
Не успев проводить глазами парочку из Альянса, Джайнси подпрыгнула, как ужаленная – заверещал гоблинский коммуникатор, позволяющий общаться с братьями и сестрами, на котором она забыла отключить звук:
- Волъдемар!
- Джая, Володька…
- Смотри, слева!
Орчиха оглянулась, а потом увидела ЕГО! На полянке возник прекрасный ночной эльф, красавец-мужчина, друид. Джайнси протянула к нему руку, а потом, поняв, что делает что-то не так, вскинула ладонь в приветствии. Она никогда не видела легенду живьем, только в виде обезображенного трупа с черным штандартом Хаоса промеж ягодиц. Это было не счетово. И вот он стоял перед ней. Прекрасный, волнующий.
А потом друид напал. Вот так взял и напал… Джайнси оборонялась. Ну а что бы стали делать вы? Ждать пока вас убьют?
А потом он побежал, перекинувшись в походную форму. Охотница выпустила по нему «Контузящий выстрел», но куда там! На землю оседала пыль…
Пробежав по инерции несколько шагов, она остановилась, тяжело дыша, кровь пульсировала в ушах.
«Неужели я такая страшная? Почему он убежал? Я лишь хотела спросить его как правильно использовать заклинание «Gorenje Perdaqua»…
Но было еще одно, то, о чем девушка, замирая и смущаясь, не могла признаться даже самой себе. Если бы мэтр не убежал, то, может быть, сгорая от смущения, пряча глаза, заливаясь краской, Джайнси спросила бы его вот о чем: как сделать так, чтобы, вы не подумайте ничего плохого, ее «Баттхёрты» были красочными, многократными и, если получится, струйными. Но маэстро убежал…
А потом охотница догадалась: «Просто у Темного Лорда были неотложные дела! Дело не во мне…»
Она отвернулась и, успокоенная, направилась на поимку своего редкого демона…
Этакий дружеский шарж, росчерк пера, каприз...
Кстати, правдивая история)
Встреча с Легендой.
Высоко в безоблачном небе щебетали птицы, громко стрекотали в траве невидимые насекомые, было жарко, солнце только что свалилось за полдень и палило немилосердно. Обливаясь потом, то и дело отирая лоб, по южному пограничью Валь'шары, кралась юная охотница. Орчиха.
«Где этот чертов демон, мать его ети? Ну сколько можно?» - девушка присела на камень и жадно припала губами к фляге. – «Вода кончается, вот влипла…»
Справа, на траверсе, раздался рык невидимого из-за кустов зверя, кошки. Пружинисто вскочив на ноги, Джайнси (а это была именно она), натянула тетеву. Но зверь, не почуяв орчихи, грациозно проследовал мимо.
«Ффуухх. Пронесло»
Бздынькнул заблаговременно отключенным звуком радар «Спай». Враги. Двое. Шаман и паладин.
«Этого еще не хватало», - мелькнуло в голове. Рука потянулась к поясной сумке за магическим препотом. - «Не хочу драться…»
Но Темные Боги, в своей Черной иронии, уготовили девушке совсем другую встречу.
Не успев проводить глазами парочку из Альянса, Джайнси подпрыгнула, как ужаленная – заверещал гоблинский коммуникатор, позволяющий общаться с братьями и сестрами, на котором она забыла отключить звук:
- Волъдемар!
- Джая, Володька…
- Смотри, слева!
Орчиха оглянулась, а потом увидела ЕГО! На полянке возник прекрасный ночной эльф, красавец-мужчина, друид. Джайнси протянула к нему руку, а потом, поняв, что делает что-то не так, вскинула ладонь в приветствии. Она никогда не видела легенду живьем, только в виде обезображенного трупа с черным штандартом Хаоса промеж ягодиц. Это было не счетово. И вот он стоял перед ней. Прекрасный, волнующий.
А потом друид напал. Вот так взял и напал… Джайнси оборонялась. Ну а что бы стали делать вы? Ждать пока вас убьют?
А потом он побежал, перекинувшись в походную форму. Охотница выпустила по нему «Контузящий выстрел», но куда там! На землю оседала пыль…
Пробежав по инерции несколько шагов, она остановилась, тяжело дыша, кровь пульсировала в ушах.
«Неужели я такая страшная? Почему он убежал? Я лишь хотела спросить его как правильно использовать заклинание «Gorenje Perdaqua»…
Но было еще одно, то, о чем девушка, замирая и смущаясь, не могла признаться даже самой себе. Если бы мэтр не убежал, то, может быть, сгорая от смущения, пряча глаза, заливаясь краской, Джайнси спросила бы его вот о чем: как сделать так, чтобы, вы не подумайте ничего плохого, ее «Баттхёрты» были красочными, многократными и, если получится, струйными. Но маэстро убежал…
А потом охотница догадалась: «Просто у Темного Лорда были неотложные дела! Дело не во мне…»
Она отвернулась и, успокоенная, направилась на поимку своего редкого демона…
- Джайнси
Фуф. Наконец-то добрался и внес в Хроники цикл "Обрученные с Вечной Ночью"
/рад
/рад
Eukahainen-Druid;Alessandro-Warlock-R.I.P